Константин Третьяков – Zумеры (страница 51)
Тем временем невольным слушателем этого диалога оказался одноклассник Звягинцева. Козлов Андрей. Тот самый, которого Саша вытащил из горящей аптеки сразу после катастрофы. Как ни странно, но после того, как парень чуть не погиб, что-то внутри него переключилось. Он перестал употреблять наркотики. Пытался найти Звягинцева, но ничего не вышло. А через пару дней Андрей примкнул к нормальным ребятам. Спортсменам. До него даже не сразу дошло, что Никита по сути ничем не отличается от его бывших корешей нариков или того же Демьяна. Первые дни ему казалось, что он наводит порядок в городе. Только спустя четыре дня пребывания среди ММА-шников Андрей понял, как ошибался. Те школьники, которых он приводил к Никите, оказывается, становились рабами. Вот только назад дороги уже не было.
Однажды Андрей увидел, как один из парней решил уйти из команды Никиты. Сначала ему прострелили коленки. Потом бросили к рабам. Затем Никита несколько дней публично ломал его психику. В конце концов, труп парня остался висеть над воротами фермы, в назидание остальным.
А потом появился Саша. Никита о чем-то с ним болтал на Привокзальной площади. А потом Звягинцев его увидел. После этого Никита устроил допрос, впрочем, без пыток, но стал еще пристальнее наблюдать за Андреем. Покинуть ММА-шников стало вообще невозможно. И как бы ни было муторно на душе, приходилось выполнять приказы отморозка.
Развязка последовала совсем неожиданно. Ночью пришел Рома и приказал готовиться к атаке. На кого, естественно Андрей не знал. А когда понял, то снова ничего сделать было невозможно.
– О! Андрюха! – Никита обратил не него свое внимание. – Ну-ка подойди сюда.
Козлов тут же вытянулся стрункой перед боссом.
– Вот ты-то нам и поможешь! Что думаешь по поводу наших врагов?
– Я не думаю. Я их убиваю, – отозвался Андрей.
– Молодец. Поможешь мне убить твоего корефана, Звягинцева?
Внутри у Козлова все похолодело. Но внешне ни один мускул не дрогнул на его лице.
– Он мне никто, – твердым голосом сказал парень.
– Отлично! Вот и проверим. А если что-то пойдет не так, то ты труп. Так что слушай сюда и запоминай.
***
– Ой, и впрямь, они мертвы! – раздался слева от меня голос Вани, когда мы вышли из ворот.
Я тут же посмотрел на говорившего.
– Рассказывай, Ваня, – приказал я.
– Никита так уже несколько раз делал. Приводил своих людей. Они говорили, что мы теперь свободны. А потом всех, кто выходил из фермы, он жестко избивал, возвращал на место и говорил, что мы никогда не покинем этих стен. А за то, что мы захотели свободы, несколько человек будут казнены. Лично Никита выводил нас, словно скот на улицу. Потом выбирал несколько человек и у всех на глазах их убивал. А мы смотрели. Если кто пытался ему помешать, то ему не давали умереть быстро. Поэтому, никто тебе не хотел верить.
– А ты почему поверил?
– Не хотел умирать, словно скот. Лучше уж попытаться забрать с собой как можно больше сволочей.
– Отлично. У тебя есть шанс. Сейчас Никита пытается разгромить мою базу, которая находится в крепости. Они взяли ее в окружение со стороны суши и теперь пытаются разбомбить ворота и стены. Я предлагаю закрасться к ним в тыл и устроить ад. Главное – устранить Никиту. Это я беру на себя. Думаю, как у ММА-шников не останется главаря, то мы сможем их убить. Вы нужны, чтобы отвлечь внимание основных сил. Справитесь?
Вместо ответа парень сверкнул глазами и покрепче стиснул в руках автомат.
Вскоре на дороге показались и мои люди. Им удалось пробраться сюда по воде.
– Ну как там? – спросил я.
– Жестко! – отозвался один из них. – Еще немного и разворотят стену. А потом ворвутся вовнутрь.
– Никита там?
– Да. С ним Мирон о чем-то болтал. Потом Никита спрятался где-то за грузовиками, и мы его не видели.
– Отлично. Наша задача следующая: Подкрадываемся. И устраиваем резню. Я тем временем нахожу Никиту и убиваю его. Потом попробуем поговорить и убедиться сдаться. Не сдадутся, значит, просто атакуем со всех сторон. Это помощь, – кивнул я на своих спутников.
Тем временем мы все ближе и ближе подкрадывались к банде Никиты, которые продолжали бомбить крепость.
– Стоять! – раздался откуда-то голос.
Засада. Впрочем, паниковать было рано. Раз до сих пор еще не расстреляли, то есть вариант поболтать. В любом случае, время отката для ускорения уже прошло, так что в любой миг можно было разделаться с противником. Конечно, хотелось этот аргумент оставить до встречи с Никитой. Я демонстративно поднял руки и увидел, как к нам со всех сторон подходят ММА-шники. Человек десять. А во главе отряда был Андрей Козлов.
– Привет Андрей, – ухмыльнулся я, медленно опуская руки. – Ну что, как тебе твой босс? Прислуживаешь?
Желваки на лице парня заходили ходуном. Было видно, что парень переживал.
– Может, все же одумаешься со своими парнями? – продолжил я. – Уберем Никиту. Будешь фермой заниматься. Ты и те, кто сам того захочет. Рабов я уже отпустил на волю. Наведем в городе порядок. У меня тут, кстати, электричество есть. Прикинь, как будет после того, как все восстановится?
Ствол в руках одноклассника медленно опускался.
– А ты уверен, что мы сможем убить Никиту? Он крут! – хриплым голосом проговорил Андрей.
– Вместе сможем.
– Опустить оружие! – раздался приказ.
Все ММА-шники облегченно вздохнули и убрали автоматы.
– Спасибо, дружище! – сказал я Козлову. – Ты знаешь, где Никита сейчас?
– Около того грузовика, – парень указал рукой куда-то вдаль.
– Тогда попробуем подкрасться незаметно и закончим эту войну.
Я пошел вперед, а следом за мной тут же устремился мой увеличившийся отряд.
***
Андрей шел, пряча глаза. Но он вновь ничего не мог сделать. Если Звягинцев хоть как-то узнает, что его ведут в засаду, то Андрею тут же пустят пулю в лоб. Снайпер внимательно наблюдал за ним в оптический прицел винтовки. Козлову даже казалось, что он физически ощущает на себе враждебный взгляд.
***
Никита действительно стоял там, куда указывал Андрей. Он находился в окружении своих ребят и что объяснял им, при этом активно махая руками. На нас никто не обращал никакого внимания.
– На счет «три». Открываем огонь. Напоминаю, Никита мой, – бросил я за спину.
Расстояние до врага стремительно сокращалось. Уже были видны лица окружения Никиты.
– Раз… Два…
– Три! – раздался голос позади, и внезапно люди Андрея, рабы с фермы и окружение Никиты подняли на нас стволы.
Я, мои ребята и Зураб со своими, оказались в ловушке. Тем временем, у моих спутников забрали оружие, поставили на колени, и уже какой-то гад потянулся за моим автоматом.
– Эй! Зумеры! – раздался усиленный мегафоном голос Никиты. – А мы тут вашего Звягинцева взяли! Я пока с ним разделаюсь. А вы думайте, нужно ли вам умирать следом за ним.
«Скорость х10». У меня было всего лишь десять секунд. Автомат в руках задергался, а мои противники один за другим начали медленно заваливаться на землю. Единственный, кого я пощадил, был Андрей. Рука дрогнула. Хоть он и предал меня. Из остальных никто не успел среагировать. Еще драгоценные секунды ушли на то, чтобы поменять магазин.
8 секунд. 7 секунд. 6 секунд. Что же их так много? Жаль, что Никита спрятался за кабиной грузовика. Я сорвался с места и побежал в его сторону, на ходу скашивая его сторонников.
3 секунды. 2 секунды. 1 секунда.
Никого на ногах уже не осталось.
Время вышло. И тут из-за угла мне в лицо прилетел удар тяжелого армейского ботинка. Автомат улетел куда-то в сторону, а я рухнул на землю, пытаясь прийти в себя после нокдауна.
Передо мной ухмыляясь стоял Никита. Я собрался было вскочить и ответить на удар, даже нажал «Сила х10», но тут понял, что не могу пошевелиться.
– Не только у тебя есть особые дары, – сказал он. – Прощай, Звягинцев.
А я стоял и смотрел, как мне в лицо летит нога бойца ММА. Осознание того, что теперь точно все, взорвало мой мозг. Только это ничего не меняло. Я по прежнему ничего не мог предпринять.
***
– Товарищ генерал! Разрешите обратиться! – Коля подошел к отцу.
– Говори, Майор, – холодно ответил офицер.
– Может, все же настоять на том, чтобы поговорить с этим Никсоном. Ну, если он создал эту игру, то у него обязательно должен был быть план, как ее закончить.
– Не получится, – устало ответил отец. – Убили Никсона. Так что отправляйся в игру и постарайся привести в исполнение наш план. Я в тебя верю. Иного пути у нас нет.