Константин Случевский – По Северо-Западу России. Том 2. По Западу России. (страница 47)

В августе 1873 года в Нарве было введено новое тогда городовое положение.

Нарвское городское общественное управление воспользовалось предоставленной ему этим положением самостоятельностью, составило план заселения прилегающей к морю полосы своей мызной земли, разделило ее на участки, прорубило дороги, провело канавы, прорезало через дюны выходы к морю и пригласило желающих брать участки в вечную аренду, как выше сказано, по 1¹/₃ коп. за кв. сажень в год — сперва без особой единовременной платы, а впоследствии — по 100 руб., и по 500 руб. за место, так сказать, вступных. Нарвское городское управление отнеслось к начатому им хорошему делу вполне толково и способствовало, насколько позволяли ему средства, устройству имения: поддержанием путей, содержанием сторожей, отводом помещения для почтово-телеграфного отделения, а главное, что весьма важно, оно не стесняло поселенцев Гунгербурга и Шмецка часто ненужными и нередко отяготительными порядками.

Развитие местности заметно сказалось в том, что уже в 1876 году построено небольшое заведение теплых ванн, в 1878 небольшой дачный водопровод, а в 1881 году кургауз с рестораном и меблированными комнатами. В 1886 году, 17-го августа, при сильном северо-западном ветре, выгорела большая часть старого Гунгербурга, и пожар способствовал ему, как и Москве, к украшению. Из лабиринта прежних переулков и закоулков вышли прямые улицы и площадь с недурными домами. Но немалого труда представляло уговорить более сорока лиц отказаться добровольно от своих старых грунтов и согласиться на новые; задачу эту решил блестящим образом председатель комиссии по благоустройству Гунгербурга, нынешний нарвский городской голова, В. П. Цветаев. Может быть, было бы недурно, если бы нарвское городское управление воспользовалось, как помещик Гунгербурга, 883 ст. 3 п. св. мест. узак. губ. остзейск., правом учреждать в пределах своего имения местечки, и, оставив за собой доходы, предоставило Гунгербургу отдельное самостоятельное управление.

Быстрому росту Усть-Наровы способствовало много причин, и должно сказать, что одной из весьма важных является то участие к однажды начатому делу, которое проявлял и постоянно проявляет А. Ф. Ган, считая, вполне по праву, Гунгербург за свое детище. Главной причиной, однако, является характер самой местности. Здесь, в этом углу Наровы и моря, слиты воедино два очень важных гигиенических фактора: чистая боровая местность, исключительно сосна, по глубокому песку, без мешающих фильтрации воды подземных наслоений, и морской воздух, обвевающий эту местность. В Гунгербурге процветает одна только сосна, исключая, конечно, деревья, насаженные в садах; тогда как непосредственно подле Шмецка появляется ель и многие лиственные деревья, что, уже само по себе, свидетельствует о значительно большой сырости почвы. Гунгербург тянется вдоль моря узкой полосой, а за ним, поясом версты в четыре, чистейший сосновый бор; это — «легкие» Гунгербурга. Самый берег — «пляж», тянущийся на 5 верст, в совершенную противоположность северному побережью Финского залива от Терриок до Сестрорецка и далее, усеянному валунами, так что ходить по берегу нельзя, — отличается безусловным отсутствием камней, как «пляжи» Трувилля, Дьеппа и др.

В настоящее время в Гунгербурге более 300 дач, самых разнообразных стилей, размеров и т. д.; почти все они меблированы и снабжены посудой, а хорошие ледники обеспечивают сохранение провизии; существуют пансионы. Дачи, пансионы и кургауз, имеющий тоже пансион и ресторан, помещают более 400 семейств приезжих. Врачи, аптека, морское купанье, водолечебница, почтово-телеграфное сообщение, некоторое количество необходимых магазинов, как в Гунгербурге, так и в Нарве, музыка утром и вечером играющая поочередно в кургаузе и на берегу моря, — все это довольно необходимые для курорта подспорья. Устраиваются также красивые экскурсии — вдоль по берегу моря, к Нарвскому водопаду и его колоссальным, образцово устроенным трем мануфактурам: суконной и льнопрядильной, бывшим барона Штиглица, и кренгольмским — бумагопрядильной и ткацкой. Для любителей охоты и рыбной ловли здесь раздолье, и в этом отношении очень почтенное место занимают тихая река Россов я Тихое озеро; недалеко, в Смолке, на полпути пароходом до Нарвы, — прекрасный лес и изобилие грибов. Помимо обычной музыки, по воскресеньям составляются в кургаузе танцевальные вечера, а по средам — детские собрания.

Гунгербургский оркестр — воспитанники нарвского музыкального общества, основанного в 1884 году, по почину E. М. Козинцова, и состоящего под Августейшим покровительством великого князя Владимира Александровича: в школе общества около 70 воспитанников, бюджет достигает 7,000 руб., оркестр школы играл, в 1893 году, в петербургском «Аквариуме». Недурна, по-видимому, мысль преобразовать эту школу в капельмейстерское училище, для выпуска из неё в войска совершенно подготовленных людей, что облегчило бы замену весьма многочисленных иностранцев — русскими.

Местность от Нарвы до моря полна для русских самых священных воспоминаний о Петре Великом. Еще далее, вглубь истории, во времена седые, в 1223 году, сновали тут датчане, немцы и русские, и местность называлась Ругодив; в 1492 — царь Иоанн III поставил против немецкого замка, так называемого «Длинного Германа», свой замок — Ивангород, — и стоять они теперь друг против друга, но не врагами, а мирными созерцателями. Кто не помнит знаменитых двух нарвских боев 1700 и 1704 годов? По пути от Нарвы к Гунгербургу лежит островок Гросгольм, и на нем имеется небольшой, слишком небольшой, памятник Петру I, поставленный ко дню 200-летия, на том именно месте, где, по преданию, великий государь сидел перед взятием Нарвы и следил за движением войск.

Река Нарова служит большую службу трем вышеназванным громадным фабрикам, работающим силой её водопада; обширную лесную торговлю ведут в Усть-Нарове с заграницей Кочнев и Зиновьев. Фирма «Зиновьев и комп.», имеет, кроме лесопильных, машиностроительный завод значительных размеров; фирма Кочнев содержит пароходство на Нарове, сам П. А. Кочнев — основатель и попечитель местного училища.

Регулировали Нарову еще при Екатерине II, и кое-где заметны и до сегодня сваи, вбитые при графе Минихе в 1764-1765 годах; производятся некоторые работы и теперь. Очень заметны в устье Наровы сваи, очертания брустверов и батареи 1855 года, когда Усть-Нарову, без всякой цели и пользы, в течение шести часов бомбардировала английская эскадра.

За ближайшее время скромный Гунгербург дважды оживлялся небывалой жизнью. В 1886 году, 3-го июля, его посетили великий князь Владимир Александрович и великая княгиня Мария Павловна, во время путешествия Их Высочеств по прибалтийским губерниям. В 1890 году, 5-го августа, Гунгербург был осчастливлен прибытием Императора Александра III и Императрицы Марии Феодоровны в сопровождении других высочайших особ, по случаю закладки храма во имя св. равноапостольного князя Владимира. Храм этот построен архитектором Ивановым, освящен 17-го августа 1893 года и стоит на левом возвышенном берегу Наровы, красуясь и производя отрадное впечатление на всех приближающихся к Гунгербургу по величественной Нарове или со стороны моря, откуда виден, как и маяк, очень далеко.

В 1894 году в Гунгербурге сделано было важное улучшение: вместо устарелого заведения теплых морских ванн, построена вблизи кургауза водолечебница, принадлежащая д-ру Э. Е. Кругу, в которой, кроме обыкновенных теплых морских и речных ванн, можно иметь ванны грязевые, паровые, электричество, массаж, души Шарко из теплой и студеной до замерзания воды, и проч.

Гунгербург, как передовая гавань-порт Нарвы, имеет маяк, лоцманскую команду, землечерпальную машину (имени министра финансов С. А. Грейга), спасательную станцию. В 1894 году посетило порт 60 пароходов и 43 корабля иностранного плавания, в 56,826 тонн. Привозятся: хлопок, джут, уголь, чугун, машины; вывозятся: брусья, шпалы, доски.

Для дальнейшего развития Гунгербурга и укрепления за ним характера серьезного курорта имеется ввиду:

— Сделать лес, подходящий одним углом к кургаузу, в центре Гунгербурга, заповедным лесом, чтобы эти 400 десятин соснового насаждения не рубились, не застраивались и навсегда оставались местом прогулки больных и здоровых, ищущих успокоения и отдохновения.

— Провести железную дорогу от нарвской станции балтийской железной дороги до Гунгербурга, Шмецке и Меррекюля — не входя непосредственно в эти места, боящиеся всякого шума и движения, но только подходя к ним.

— Построить евангелическо-лютеранскую капеллу для Богослужения в летнее время как для дачников евангелическо-лютеранского вероисповедания, так и для мореходов, посещающих порть Гунгербург в довольно большом числе.

В заключение, подумав о том, сколько русских миллионов уходит ежегодно в заграничные курорты, нельзя не порадоваться тому, что в Гунгербурге остается, так сказать, дома, ежегодно до полумиллиона денег, привозимых дачниками в течение лета и идущих всецело на крестьянские и помещичьи сельские хозяйства, на культуру ближайших к Гунгербургу местностей.

В девять часов утра 4-го июля, до отправления из Нарвы в дальнейший путь, в Ямбург, последний из городов, предстоявший посещению, проследовали к памятнику на могиле наших воинов, павших при взятии Нарвы 9-го августа 1704 года. Памятник этот, железный крест, поставлен очень красиво на древнем валу «Виктория», с которого начался штурм. К памятнику подходят по саду, составляющему одно из украшений Нарвы и раскинутому вдоль высокой террасы, тянущейся над Паровой. Вид из этого сада на реку, на Ивангород, на Длинного Германа, на самый город — замечательно хорош. Терраса упирается в небольшой павильон и подле него стоит самый памятник. Очертание старого вала заметно очень хорошо; тут была сделана брешь, сюда подносили каторжники, за этот подвиг прощенные, штурмовые лестницы; отсюда очень хорошо видна вся местность атаки, брешь батареи противоположного берега и место переправы. Ясный солнечный день и удивительная прозрачность воздуха обусловливали возможность видеть все детали местности; известная картина Коцебу «Взятие Нарвы» передает ее очень хорошо. Самый памятник очень прост и перенесен на это место только в 1882 году; рассказывали, будто прежде на нем была другая надпись; нынешняя гласит о «храбрых воинах», прежняя говорила о «русских воинах». Теперь сделано распоряжение о восстановлении прежней редакции.