Константин Симонов – Стихотворения и поэмы для 11 класса (страница 458)

Шрифт

Предложил ей как знаток дамских струн: Мол, Русалка, все пойму И с дитем тебя возьму, — И пошла она к ему как в тюрьму. Бородатый Черномор — Лукоморский первый вор Он давно Людмилу спер, — ох хитер! Ловко пользуется, тать, Тем, что может он летать: Зазеваешься – он хвать! — и тикать. А коверный самолет Сдан в музей в запрошлый год — Любознательный народ так и прет! Без опаски старый хрыч Баб ворует, хнычь не хнычь, — Ох, скорей ему накличь паралич! Нету мочи, нету сил, — Леший как-то недопил — Лешачиху свою бил и вопил: «Дай рубля, прибью а то, — Я добытчик али кто?! А не дашь – тады пропью долото!» «Я ли ягод не носил?! — Снова Леший голосил. — А коры по сколько кил приносил! Надрывался – издаля, Все твоей забавы для, — Ты ж жалеешь мне рубля — ах ты тля!» И невиданных зверей, Дичи всякой – нету ей: Понаехало за ей егерей… В общем, значит, не секрет: Лукоморья больше нет, — Все, про что писал поэт, это – бред. Ты уймись, уймись, тоска, — Душу мне не рань! Раз уж это присказка — Значит, сказка – дрянь.

Сказка о несчастных сказочных персонажах

На краю края земли, где небо ясное Как бы вроде даже сходит за кордон, На горе стояло здание ужасное, Издаля напоминавшее ООН. Все сверкает как зарница — Красота, – но только вот В этом здании царица В заточении живет. И Кощей Бессмертный грубую животную Это здание поставил охранять, — Но по-своему несчастное и кроткое, Может, было то животное – как знать! От большой тоски по маме Вечно чудище в слезах, —

457 458 459 460 Вперед