18+
реклама
18+
Бургер менюБургер меню

Константин Симонов – Стихотворения и поэмы для 11 класса (страница 225)

18
своих тридцати двух фуэте, своего темперамента, ворожит, закручивает: не отпускает. Есть балерины тишины, балерины-снежины — они тают. Эта же какая-то адская искра. Она гибнет – полпланеты спалит! Даже тишина её – бешеная, орущая тишина ожидания, активно напряжённая тишина между молнией и громовым ударом. Плисецкая – Цветаева балета. Её ритм крут, взрывен. Жила-была девочка – Майя ли, Марина ли — не в этом суть. Диковатость её с детства была пуглива и уже пугала. Проглядывалась сила предопределённости её. Её кормят манной кашей, молочной лапшой, до боли затягивают в косички, втискивают первые буквы в косые клетки; серебряная монетка, которой она играет, блеснув рёбрышком, закатывается под пыльное брюхо буфета. А её уже мучит дар её – неясный самой себе, но нешуточный. «Что же мне делать, певцу и первенцу, В мире, где наичернейший – сер! Где вдохновенье хранят, как в термосе! С этой безмерностью в мире мер?!» Мне кажется, декорации «Раймонды», этот душный, паточный реквизит, тяжеловесность постановки кого хочешь разъярит. Так одиноко отчаян её танец. Изумление гения среди ординарности — это ключ к каждой её партии. Крутая кровь закручивает её. Это не обычная эоловая фея — «Другие – с очами и с личиком светлым, А я-то ночами беседую с ветром. Не с тем – италийским Зефиром младым, — С хорошим, с широким, Российским, сквозным!» Впервые в балерине прорвалось нечто — не салонно-жеманное, а бабье, нутряной вопль. В «Кармен» она впервые ступила на полную ступню. Не на цыпочках пуантов, а сильно, плотски, человечьи. «Полон стакан. Пуст стакан. Гомон гитарный, луна и грязь. Вправо и влево качнулся стан… Князем – цыган. Цыганом – князь!» Ей не хватает огня в этом половинчатом мире. «Жить приучил в самом огне, Сам бросил в степь заледенелую! Вот что ты, милый, сделал мне! Мой милый, что тебе – я сделала?» Так любит она. В ней нет полумер, шепотка, компромиссов. Лукав её ответ зарубежной корреспондентке. – Что вы ненавидите больше всего? – Лапшу! И здесь не только зарёванная обида детства. Как у художника, у неё всё нешуточное.