Константин Семенов – Иностранные формирования Третьего Рейха (страница 102)
Вооруженные силы КОНР располагали собственной системой военного обучения и подготовки командного состава. Действовавшие при 1-й дивизии РОА курсы подготовки младших офицеров были преобразованы в школу подготовки командного состава для всей «освободительной армии в целом». В январе 1945 г. с ней была объединена офицерская школа восточных войск под руководством полковника Киселева. Начальниками объединенной школы последовательно являлись полковник С. Т. Койда, генерал-майор В. Г. Ассберг (Арцезо) и генерал-майор М. А. Меандров. Кадровый состав включал 18 штабных и 42 строевых офицера, 120 унтер-офицеров и рядовых. В числе преподавательского состава было 6 полковников, 5 подполковников и 4 майора. Школа успела провести два ускоренных курса, на которых прошли переподготовку 244 офицера; 3-й курс, насчитывавший 605 слушателей, до конца войны окончен не был{1054}.
Для подготовки новобранцев из лагерей военнопленных и пополнения строевых частей служила сформированная в Мюнзингене учебно-запасная бригада РОА под командованием полковника Койды. В составе бригады имелись части всех родов оружия (пехотный полк с танковой ротой и зенитной батареей, артдивизион, моторизованный, противотанковый и саперный батальоны, конный эскадрон, батальон связи, батальон снабжения, батальон выздоравливающих и школа для подготовки младших командиров), а ее численность достигала 7 тыс. человек, однако обеспеченность бригады вооружением и автотранспортом оставляла желать лучшего{1055}.
Дело не ограничивалось созданием частей и соединений сухопутных войск. 19 декабря 1944 г. главнокомандующий Люфтваффе рейхсмаршал Г. Геринг подписал приказ о создании военно-воздушных сил РОА, которые 4 февраля 1945 г. вошли в непосредственное подчинение Власова. Основой этих сил послужил личный состав русской авиагруппы, сформированной в составе Люфтваффе в ноябре 1943 г. и принимавшей участие в боях на Восточном фронте. Командующим ВВС РОА был назначен полковник (с 12 февраля 1945 г. — генерал-майор) В. И. Мальцев, а офицером связи от Главного командования Люфтваффе (ОКЛ) — бывший военно-воздушный атташе в Москве, генерал-лейтенант Генрих Ашенбреннер, бывший до этого генерал-инспектором восточных добровольцев в составе германских ВВС.
К началу апреля в Эгере (Судетская область) был сформирован 1-й авиационный полк (командир — полковник Л. И. Байдак) в составе 5-й истребительной (16 самолетов Me.109G-10) и 8-й ночной бомбардировочной (12 Ju-88) эскадрилий, которыми командовали бывшие офицеры ВВС РККА, Герои Советского Союза С. Т. Бычков и Б. Р. Антилевский. Кроме того, формировались еще одна эскадрилья бомбардировщиков (5 Не. 111), разведывательная (3 Fi. 156,1 Ме.262), транспортная (2 Ju.52) и учебно-тренировочная эскадрильи (2 Ме.109, 2 Ju.88, 2 Fi. 156, 2 У-2, 1 Не. 111 и 1 Do. 17), а из наземных частей — зенитно-артиллерийский полк (2800 чел.), батальон парашютистов-десантников и рота связи{1056}. В связи с ухудшением военного положения и отсутствием условий для специального обучения наземных частей было решено готовить их к использованию в качестве пехоты, а также создать условия для объединения этих подразделений и частей аэродромного обслуживания, насчитывавших в общей сложности до 5000 человек, в боевое формирование в виде бригады или дивизии.
2 марта 1945 г. ОКВ срочным порядком издало приказ о замене германских эмблем на униформе личного состава подчиненных Власову русских формирований нарукавными знаками и кокардами РОА. Одновременно немецкому кадровому составу, осуществлявшему в частях ВС КОНР функции офицеров связи и инструкторов, предписывалось снять со своей формы знаки РОА. Это означало, что Вооруженные силы КОНР, за исключением некоторых связей чисто формального свойства, целиком и полностью отделялись от Вермахта и юридически приобретали статус армии союзного государства, подчиненной германскому командованию лишь в оперативном отношении. Вермахт в ВС КОНР отныне представляли лишь офицеры связи, не имевшие командных полномочий — генерал ОКВ при главнокомандующем и группы связи при штабах русских дивизий{1057}.
Общая численность власовских формирований в марте 1945 г. составляла около 50 тыс. человек. Отсутствие времени и средств для развертывания новых дивизий предполагалось компенсировать за счет включения в состав ВС КОНР других русских формирований. В январе 1945 г. командир действовавшего на Балканах Рус-ского корпуса генерал-лейтенант Б. А. Штейфон встретился в Берлине с Власовым и заявил о готовности включить свое соединение в состав ВС КОНР, а 16 февраля всем солдатам и офицерам корпуса было предписано носить нарукавные знаки РОА{1058}.
Другим формированием, присоединившимся к Власову, стала группа под командованием генерал-майора А. В. Туркула, бывшего начальника Дроздовской дивизии в годы гражданской войны. По соглашению с германским командованием в марте — апреле 1945 г. Туркул получил под свое начало формировавшиеся в Линце и Филлахе полки (по крайней мере, один из которых первоначально относился к резервному казачьему соединению А. Г. Шкуро), а также действовавший в районе Любляны полк СС «Варяг» полковника М. А. Семенова. Штаб Казачьей группы Туркула, переименованной в марте 1945 г. в бригаду (некоторыми авторами она даже именуется 4-й дивизией РОА и даже отдельным корпусом{1059}) находился в Зальцбурге. Всего в подчинении Туркула состояло 5200 человек — в основном освобожденные из лагерей советские военнопленные и офицеры-эмигранты на командных должностях. Формировавшиеся части испытывали острую нехватку оружия и необходимого снаряжения. Так, например, полк в Линце, насчитывавший примерно 1000 человек личного состава, имел на вооружении всего лишь 100 винтовок, 9 ручных и 3 станковых пулемета и 1 миномет. Единственной боеспособной частью был полк СС «Варяг» (до 1500 человек), принадлежавший к группе Туркула скорее формально, чем фактически.
Крайне важным Власов и его окружение считали включение в состав Вооруженных сил КОНР казачьих частей как наиболее боеспособных и сплоченных формирований восточных войск. После безуспешных переговоров в январе 1945 г. с начальником Главного управления Казачьих войск генералом П. Н. Красновым, стоявшим на позициях казачьего сепаратизма, было решено создать при штабе ВС КОНР собственное управление казачьих войск во главе с атаманом донских казаков в эмиграции ГВ. Татаркиным. Борьба за «умы и сердца» казаков закончилась проведением 24 марта в Вировитице (Хорватия) съезда казаков XV казачьего кавалерийского корпуса, на котором было принято единогласное решение об объединении казачьих формирований с Вооруженными силами КОНР, а 20 апреля Власовым был подписан соответствующий приказ{1060}. После включения в конце апреля в состав Вооруженных сил КОНР XV казачьего кавалерийского корпуса и формирований Казачьего стана общая численность русских формирований, фактически или формально подчинявшихся Власову, составила по разным оценкам от 100 тыс. до 124 тыс. человек{1061}.
Командование ВС КОНР предполагало использовать эти силы на предоставленном ему немцами собственном участке фронта, в составе отдельной группировки, под непосредственным руководством Власова или одного из его генералов, рассчитывая в немалой степени на силу пропагандистского воздействия участия в боевых действиях против Красной Армии крупных русских соединений. Однако критическая для Германии военная обстановка в начале 1945 г. уже не позволяла воплотить эти планы в жизнь. Гитлеровское руководство, чьей главной задачей на данном этапе было любой ценой остановить наступающие советские армии, не могло в данной ситуации мириться с тем, что крупные власовские контингенты бездействуют в тылу, ожидая завершения формирования, в то время как сражающимся на фронте немецким войскам не хватает оружия.
Опасаясь потерять в одночасье с таким трудом созданные соединения, командование ВС КОНР все же подчинилось требованиям немцев, поскольку, с другой стороны, и само было заинтересовано в том, чтобы испытать свои части в действии, проверить собственные возможности и не в последнюю очередь заслужить благосклонность фюрера. Еще в январе 1945 г. для проверки боеспособности частей ВС КОНР из офицеров и солдат личной охраны Власова и курсантов офицерской школы РОА (всего 50 человек) был сформирован отряд истребителей танков в составе трех взводов под командованием полковника И. К. Сахарова. Вооруженная лег-ким автоматическим оружием и фаустпатронами, эта группа была введена в бой 9 февраля 1945 г. в районе Гюстебизе с целью выбить советские войска с плацдарма на западном берегу Одера. В ходе ночной атаки и 12-часового боя власовцам удалось овладеть несколькими опорными пунктами и взять в плен несколько десятков красноармейцев. В последующие дни отряд Сахарова предпринял две разведки боем в направлении г. Шведт и участвовал в отражении танковой атаки. Действия отряда заслужили признательность германского командования, а сам Власов получил личное поздравление Гиммлера{1062}.
После этого эксперимента по приказу организационного отдела ОКХ