Константин Семенов – Ибо истину говорю Я (страница 53)
Маленького роста паренек в коротких широких штанишках черного цвета на двух широких помочах с крупными белыми пуговицами. Худые плечики и голый живот были перепачканы чем-то зеленым, взъерошенные рыжие волосы пухлые щечки, курносый нос и черненькие глазки под рыжими узкими бровями. Все лицо усыпано конопушками. Малец стоял, нахмурившись с надутыми губами, и смотрел на меня из подлобья.
— Сам не знаю, — неопределенно пожал я плечами и робко улыбнулся.
— Не знаешь или говорить не хочешь? — он прищурил глазки и смотрел на меня с подозрением.
Маленький человечек подошел к камню и резкими движениями начал закрывать булыжник ветками. Стоя ко мне спиной он тихо ворчал, что он говорил, я разобрать не мог.
Зачем Ляля посоветовала сюда прийти? Что такого я мог здесь найти, кроме этого странного существа? Система молчала, место было обычным. Камень как камень, ничего особенного. Вот только малец странноватый, может он мне и нужен? Может ведьма и намекала на встречу именно с ним?
— Я правитель земель этих, — решил я зайти с другого конца, наблюдая как «рыжее чудо» присыпает землей выбитые на камне руны. — Вот и решил посмотреть, что у меня во владеньях есть.
— А чего без охраны? — не отвлекаясь от своего занятия, спросил меня паренек. — Раз такой большой господин?
— А зачем она мне? — усмехнулся я и слишком уж самоуверенно произнес. — Я в своих землях, здесь я хозяин.
— А звери и монстры лесные, об этом знают? — он повернулся ко мне, отряхивая свои маленькие ладошки от земли, на его детском личике играла улыбка.
— Надеюсь, что догадываются, — хмыкнул я, понимая, что сморозил глупость.
— Ну, ну, — мелкий присел на присыпанный камень и посмотрел на меня. — Как звать то тебя? Хозяин.
— Евпатий, князь местный, — протягивая руку, представился я.
— Анчутка я, за лесом приглядываю, — лесной смотритель с удивлением посмотрел на мою протянутую руку. — А ты чего руки то тянешь?
— Да принято у нас так, — словно оправдываясь, пробормотал я. — Когда знакомишься с кем-то. Вроде как знак доверия.
— А с чего мне тебе доверять? — неожиданно нахохлился Анчутка. — То, что ты морок мой обошел еще не значит, что ты людина с добрыми намерениями. Много кто алаборы ищут.
— Алаборы?
— Мудрости в тебе еще мало, — покачал рыжей головой Анчутка. — Вот камень тебе и не открылся.
О как! Уровнем получается не вышел. Интересно, что же в этом камне такого?
— И что же этот алабор мне даст, когда я мудрости наберусь? — все же решил уточнить я у лесного жителя. — И еще вопрос. Вы случаем к эльфам лесным отношение какое-то имеете?
А вот последний вопрос был точно лишним. Анчутка весь напрягся и ощерился, словно собачонка, был бы повыше росточком, тогда сравнил бы его с псом, а так собачонка и есть. Мелкие зубы с четырьмя клыками прям как у вампиров, хотя много ли я их видел? Марек не в счет, его зубов я по понятным причинам не рассмотрел.
— А сам случаем не от них? — злобно прошипел малец. — От этих друидов, что блохастыми стали, словно волчата брошенные.
— Не… — отмахнулся я от вопроса. — Я этих ушастых на дух не переношу. — Для верности сплюнул под ноги и, подняв руку, продемонстрировал Анчутке крепко сжатый кулак. — А если лесных встречу, что из Дремучего леса, так тех вообще на ближайшей сосне повешу или сожгу.
— Ишь ты, — расслабился мелкий охранник непонятного алабора и даже как-то немного подобрел. — Сожжёт он их. Ты с ведьмой, что у озера живет часом не знаком?
С подвохом вопросик. Сказать правду? А вдруг он и с ней в контрах? Не сказать, выясниться, что друзья-товарищи они. Ведь не зря она посоветовала на камешек посмотреть.
— А тебе интерес какой? — вопрос на вопрос, выбрал я старый проверенный способ.
— Хитроватый ты, как я погляжу, — хмыкнул Анчутка и дернул головой. — Ляля баба конечно с придурью, но пользы от нее лесным жителям много.
— Попросила она меня к камню сходить, — получив нужный мне ответ, начал я сочинять на ходу. В надежде получить или узнать для себя что-нибудь полезное. — Мол, глянь, что да как. Все ли в порядке, на месте ли алабор? Не пропал ли куда? А то лесные эльфы нынче к орде переметнулись, вдруг зло какое, против лесных жителей задумали.
Рыжий Анчутка смотрел на меня с хитрым прищуром. Наверно догадывался, что я несу полную околесицу, а может просто задумался о чем-то своем.
— К орде говоришь, переметнулись? — все с той же хитрой гримасой на детском личике, переспросил меня он.
Утвердительно покачал головой в ответ.
— Просьба у меня к тебе будет Евпатий, — маленький человечек встал с камня и скрестил руки на груди. — Справишься, отблагодарю. Хорошо отблагодарю.
Вот оно что. Задание. Я смотрел на застывшего Анчутку. Он в ответ вопросительно смотрел на меня. Система подозрительно молчала. А это говорило только об одном, предлагать мне выбор не будут. Если я соглашусь, то сразу получу квест, если нет, значит и Анчутка промолчит о своей просьбе. Такой вот своеобразный «кот в мешке».
— Ну, говори свою просьбу, — вздохнул я, надеюсь, по времени ограничений не будет. — Сделаю, что попросишь.
— Слушай молодой господин, — широко улыбнулся Анчутка.
Подойдет. Сразу конечно не сдюжу, но с моими планами на будущее просьба мелкого хозяина леса совпадает полностью. Кстати мелкий этот скупо кивнул в знак благодарности, и испарился, будто бы его и не было. На прощанье, успев пробормотать: «Как закончишь, заглядывай».
В целом довольный я вернулся к коню и двинулся в сторону дороги, что вела от моего замка к хутору каменотесов. Лес становился реже, ярко светило полуденное солнышко, одним словом красота и покой вокруг. Ничего не предвещало беду.
Крики и звуки боя я услышал метров за триста до дороги. Спешился, коня привязывать не стал, здраво рассудив, что в случае отступления, тратить время на отвязывание было бы глупо. Идея, конечно, не самая мудрая, одному идти «посмотреть» что там происходит, но любопытство вещь странная, она с мудростью не очень ладит. Хорошо меч не забыл взять, посох то в замке остался, собирались ведь до ведьмы и назад, причем вдвоем. Но кобелю этому пернатому все мало. «Я к вечеру буду князь» коверкая его голос у себя в голове, я осторожно шел, стараясь не шуметь, в сторону дороги, звуки становились отчетливей и громче.
Трое «стандартных» оборотней, длинные острые уши, вытянутые волчьи морды с желтоватыми клыками в огромной пасти, серая густая шерсть, длинные мощные руки с когтями и трехколенчатые лапы, окружали Никодима, здоровяка из Каменистого хутора. Он стоял с большим кузнечным молотом в руках у разбитой телеги с камнем. Лошадь лежала рядом с разорванным горлом, около телеги два разорванных и переломанных трупа хуторянских мужиков. В самой телеге среди уложенных камней я заметил две маленьких детских головки, над которыми нависла дородная женщина в красном платке на голове, прикрывая ребят руками. Все трое, к моему удивлению, сидели молча, но в глазах был страх и предчувствие неминуемой скорой смерти.
На Никодиме было несколько рваных неглубоких ран, мужчина еще крепко стоял на ногах, рядом с ним валялись два мертвых лесных эльфа, оборотни после смерти принимают форму того, кем были до трансформации.
Не знаю, бросился бы я на помощь оставшемуся в одиночестве здоровяку, если бы не баба с двумя ребятишками. Тут, знаете ли, кровь в жилах закипает, а глаза словно кровавая пелена окутывает, на падаль эту смотришь уже без страха, жизнь твоя в такие моменты уже не важна, я даже забыл, что мне то как раз бояться нечего. Я вроде как бессмертный. От этой мимолетной мысли твари стали еще ненавистней знают, что у людей шанса нет.
Молча, без единого крика выскочил из лесных зарослей, в два прыжка преодолел расстояние до чудовищ и со всей силы рубанул по ближайшему ко мне монстру. Моему появлению удивился не только Никодим, в волчьих глазах, может мне и показалось, я увидел выражение крайней озабоченности.
Клинок сумел перерубить позвоночник монстра, но не смог отсечь голову. Твари этого оказалось достаточно, шерсть стала кусками опадать на землю, послышался хруст трансформируемых костей, мертвый оборотень возвращался в первоначальную форму. А вот дальше события начали развиваться в совершенно неожиданном для меня направлении.
Я услышал до боли знакомый тонкий голосок и все, что успел сделать, это повернуться на его звук. После чего мои мышцы задеревенели и словно налились свинцом, я не мог пошевелить даже собственными веками.
Справа от меня у самой обочины дороги, когда я сидел в лесном кустарнике «оценивая» обстановку, этот участок находился в мертвой зоне моего обзора, треща своими прозрачными крылышками, в метре над землей висела Шараболька. Рядом с ней стоял тот странный друид, с которым они сбежали с Варпаховской лесопилки. Не хватало только порнозвезды Шмули и предателя Зика.
В тонкой ручке феи светился голубоватым светом небольшой кристалл в навершии магического жезла, который был направлен в мою сторону. Эта мелкая мерзавка наложила на меня какое-то парализующее заклинание. Печаль была в том, что я не мог использовать собственную магию и снять его с себя.