Константин Пылаев – Дева-воительница (страница 12)

— Что значит подарить плётку?

Уши его вспыхнули, словно их обдали кипятком. Он смутился.

— Это когда… Ну… Девушка и парень… того… Ну как они. — и указал на новобрачных.

— А плётка здесь причём?

Долговязый вдруг ожил.

— Сейчас увидишь.

Все как по команде замолчали и уставились на жениха и невесту. Крупный мужчина торжественно нёс поднос. На нём лежала плеть — красного цвета резная, деревянная рукоять с прикреплёнными к ней тонкими кожаными ремешками. Брачующиеся поднялись, поклонились мужчине в пояс. Жених встал у невесты за спиной и начал расшнуровывать платье. Девушка покорно стояла, склонив голову. Оголив небольшой участок кожи, парень взял с подноса плётку и трижды коснулся ею заголённой спины. При этом мужчина хлопал себя по ноге в такт с движением плети, символизируя вероятно, звук удара. Жених поцеловал место, куда касались ремешки, и стал зашнуровывать платье. Руки у него при этом возбуждённо дрожали. Мужчина, вероятно отец невесты, поцеловал её в маковку и столы взорвались криками. Снова принялись пить и громко разговаривать.

— И что это значит? — сквозь шум спросила Саффи парня.

Вместо него ответил сосед слева, нагловатый мужичок, небольшого роста, с хитро бегающими глазками.

— То, что впредь будет покорной. Ходить под мужем. Или будет бита плетьми. Папаша благословил зятька. — он опрокинул в себя стакан вина, и продолжил. — Слушай, Парас, а твоя мать, часом, не хочет подарить кому плётку? Почитай, три года без мужа. Я бы её, — он сделал неприличный жест, — отодрал. — и громко и нагло расхохотался.

Долговязый поджал губы и обиженно засопел, но смолчал.

— Я, пожалуй, пойду. — Саффи потихоньку встала из-за стола и направилась к воротам.

— Подожди! — парень нагнал её уже за выходом. — Я тебя провожу.

Девушка презрительно осмотрела провожатого снизу вверх.

— Сдаётся, он, — она кивнула на наглого мужичка, — тебя оскорбил. Я бы на твоём месте дала ему в морду. — и усмехнулась. — Прощай.

Саффи села в кровати, поджав ноги и укутавшись в одеяло. Её глаза улыбались. Перед ним снова был ребёнок, счастливый и радостный.

— Риз, а Риз. Когда вернёмся домой, сделаем такое же. — она нежно погладила матрас. — Жаната обещала раскрыть секрет. Мя — ягко. Давай, ложись. Будем спать. Нет, расскажи чего-нибудь. Ты сто лет мне на ночь ничего не рассказывал.

— Ну, ты же уже большая девочка? — коварно спросил брат. — Сказки на ночь читают только маленьким.

Девушка глубоко вздохнула. Ещё раз. И … посмотрела.

— Ну ладно, слушай. — сломался Риз. — Только закрывай глазки и спи.

Саффи радостно свернулась калачиком, зажмурилась и приготовилась слушать.

*

Риз проснулся оттого, что Саффи прижалась к нему и зажала рот ладонью.

— Продолжай делать вид, что спишь. — прошептала она прямо в ухо. И бесшумно стекла с постели, прижавшись к стене слева от окна.

Кто-то снаружи возился со ставнями. Умело так возился. Но всё равно громко — ночь выдалась тихая и безветренная — каждый шорох слышен.

Риз вначале подумал, что это кто-то из местных, подобно Йохану решил подсмотреть за приезжей красавицей, но вспомнил, что они на втором этаже.

Скрипнули петли. Маленькие ставни разошлись и в комнату стал протискиваться человек в тёмном. Сперва он просунул правую ногу в маленький оконный проём. Тут Риз на всякий случай очень убедительно всхрапнул. Человек замер, прислушиваясь к происходящему в комнате. Убедившись, что в его появление осталось незамеченным, он полностью влез внутрь.

Появившийся у шеи острый клинок, стал для него неожиданным и неприятным сюрпризом. Вдобавок, на расстоянии вытянутой руки перед ним возник, ощетинившийся и сверкающий страшными глазами, волк.

— Медленно лёг на пол. — шепнула, зашедшая со спины, но так, чтобы её не было видно из окна, Саффи. — Рыпнешься — умрёшь.

Ночного посетителя не ввёл в заблуждение девичий голосок — он знал, к кому лез. К тому же напротив стоял лютый зверь. Правила диктовали они. Он покорно лёг на пол, стараясь не делать резких движений — его не прельщало бриться подобным образом.

— Сколько вас? — минуя ненужные, кто ты и зачем здесь, Саффи задала самый важный сейчас вопрос.

— Вместе со мной, восемнадцать.

Девушка тихонько присвистнула.

— Что ты должен был сделать?

Тут незваный гость решил поартачиться.

— Ничего больше не скажу. Всё одно прикончишь. Я видел, как ты убиваешь. Режь.

При других обстоятельствах она так бы и поступила, несмотря на то, что находилась в чужом доме, в гостях. Саффи не была жестокой — она всё ещё оставалась маленькой девочкой. Просто её так учили — убивай или убьют тебя. Это постоянно втолковывал её, сгинувший у Кериги, любимый наставник.

Но сегодняшний случай на дороге, заставил смотреть на эти вещи по-иному. Брат не хотел убивать — значит убийство — это плохо. Конечно, если будет нужно она убьёт. Но если можно обойтись без крови… Она дала себе слово.

Сильный удар в шею, и потревоживший их сон сам уснул. Саффи на всякий случай связала ему руки и ноги, нещадно порванной, простынёй. Бедная Жаната — она должно быть расстроиться.

— Риз, дверь! — шепнула девушка.

Юноша неслышно метнулся ко входу и тихонько накинул засов. Запираться, будучи в гостях у столь любезных хозяев, они посчитали излишним.

Прямоугольный брусок неслышно лег в паз. Вовремя. Снаружи подозрительно заскрипели ступени. Кто-то осторожно подкрадывался к двери. Похоже, их гость должен был пустить своих подельников в комнату.

Саффи метнулась к окну. Аккуратно выглянула на улицу.

— Кажется, чисто. — девушка поспешно одевала броню. — Я с Роксаной первые. Ты с Вороном сразу за мной. Вперёд.

Стараясь не шуметь, Саффи протиснулась наружу. Стоя на лестнице, подставила шею волчице. С ней на плечах она стала спускаться. Под двойной ношей лестница предательски заскрипела. Те, кто стояли под дверью, наверняка слышали этот скрип, но посчитали, что это поднимается их человек, и значит скоро дверь откроется.

Саффи уже стояла внизу. Роксана осторожно выглядывала за угол дома, разведывая обстановку. Риз сбросил сестре на руки мешок с припасами и стал спускаться. Ворон сидел у него на плече.

— Вы останетесь здесь, а я в конюшню. Нам с семнадцатью не справиться. Завяжем драку — могут пострадать наши гостеприимные хозяева. Ждите меня во — он там, — она показала на щель между зданием гостиницы и торговой лавкой. — Я скоро.

Саффи исчезла за углом. Риз, как и было указанно, укрылся с друзьями в нише. Потекли минуты беспокойного ожидания. Вначале всё было спокойно. Ночь выдалась на редкость тихая. Внезапно раздался звук удара и треск ломающегося дерева. Видимо, вышибли дверь. Грубая брань оскорбительно разорвала ночную тишину. Из окна появилась голова в круглом, кожаном шлеме. Её обладатель что-то крикнул внутрь и стал выбираться наружу.

И тут из-за угла появился всадник. Всадница. За ней бежали ещё две лошадки. На спине одной лежало тело. Саффи поскакала к лестнице и пнула её, в тот момент, когда преследователь уже встал на неё двумя ногами. Воин сделал попытку ухватиться за один из ставней, но сорвался и шлёпнулся на землю, ударившись спиной.

— Прыгай! — Саффи остановила коней у укрытия. — Ты на эту, Ворон, — она показала на лошадь с лежащим на ней телом, — на эту. Ходу.

Всё это не осталось без внимания. Из окна их комнаты высунулся ещё один воин в таком же шлеме, что и первый. И тоже прокричал внутрь, продолжая наблюдать за сбегавшей четвёркой.

— Это не наши лошади. Где ты их взяла? — задал неуместный вопрос юноша.

— Зар и Зара, Риз! — выругалась Саффи. — Какая разница. Купила! — и она подхлестнула лошадь брата.

— Пошла вон отсюда, побродяжка.

От ласара у Дагарлы сильно начал болеть живот, а питаться одной рыбой… Вот они и пришли в эту деревню, с целью выпросить хоть немного хлеба и каких-нибудь овощей. Как просить милостыню, ни Саффи, ни Дагарла, понятия не имели.

Саффи, с младенчества, проведшая все свои семь лет в походном лагере отца, никогда прежде не видела нищих. Она и нужды никогда не ведала, несмотря на то, что жила наравне с воинами, людьми суровыми, и питаясь с ними из одного котла. Другой жизни она просто не знала, и их пища, и их заботы были пищей и заботами маленькой Сафф.

Она знала, как собрать палатку, как развести костёр, как поставить силки на мелкого зверя или птицу. С пяти лет пробовала бить из лука рыбу.

Собственно, с лука всё и началось. Как-то Саффи, ей к тому времени едва исполнилось пять, самостоятельно согнув ветку орешника и привязав к ней украденную у кого-то из воинов, тетиву, забавлялась, стреляя по стволу дерева. Она так увлеклась этим занятием, что не заметила, как сзади осторожно, стараясь не спугнуть, подошёл отец. Девочка увидела его лишь когда пошла собирать закончившиеся палочки-стрелы. Смутилась, и покраснев, попробовала спрятать импровизированное оружие за спину. Он молча покачал головой и ушёл, не проронив и слова.

А через две недели преподнёс ей подарок. Он прекрасно разбирался во всём, что касалось воинского дела. Мог выковать меч не хуже, а может, и лучше заправского кузнеца. Мог сделать доспех при необходимости из любых подходящих материалов. А уж о такой мелочи, как конская сбруя и говорить не приходилось.

Его он тоже сделал сам. И наконечники для стрел выковал. И тул склеил, не доверяя никому этой работы. Простой, без изысков, но надёжный и крепкий, в пору маленькой девочке.