Константин Подземельев – Царство 369 . Том II (страница 2)
Голова коснулась земли.
Щелчок.
Сердце бешено колотится в груди. Я делаю резкий вдох. Холодный воздух пахнет дымом. В груди мягко растворяется жгучая боль.
Распахиваю глаза. Всё тело болит. Перед глазами всё плывёт, откуда-то спереди бьёт свет полыхающих стен острога.
Вокруг меня обступили крестьяне, не один десяток напуганных и удивлённых лиц.
Поворачиваю голову налево. Светозара сидит на коленях, на её лице облегчение, она медленно убирает от меня руки. На её испачканных в крови ладонях стихают лучи лечебного света.
Повернуть голову направо я не успеваю.
— Живой! — воскликнула Кукуня и, напрыгнув на меня сверху, впилась поцелуем, крепко сжимая мою голову.
Я ответил на её поцелуй, обхватив талию руками. Он длился долго. Она целовала так, словно в первый раз или словно в последний, не отпускала моих губ ни на секунду. Когда я уже ощутил нехватку воздуха, она наконец оторвалась и, крепко обняв за шею, прижалась что было сил.
Светозара неловко отвела взгляд в сторону, отряхнула руки и начала подниматься с колен.
— С возвращением, — кивнула она.
— Спасибо, — ответил я, обнял Кукуню за плечи. — Ну всё, всё я живой, — сказал я, пытаясь подняться, но она даже не шелохнулась, а только крепче вцепилась пальцами, натягивая кольчугу.
— Не пущу! — замотала головой. — Я так испугалась. Ты бы только знал ты бы только видел! — Чуть отпрянув, Кукуня посмотрела на меня невероятно задористым взглядом. — Смотри! Смотри, что у меня получилось! — Она чуть отодвинулась вбок и ткнула пальцем в сторону острога.
Толпа расступилась, и я увидел чуть поодаль, шагах в десяти от нас, над телом мёртвого дружинника стоит оживший мертвец с горящими синими глазами. По одежде это тоже явно был дружинник, его я не поднимал. Сразу понял, что это дело рук Кукуни. Невольно улыбнувшись, я кивнул и снова прижал к себе девушку.
Вокруг фигуры нежити был ореол, яркий свет
Я поднимаю глаза выше и понимаю, что свет исходит от горящего острога. Стены полыхают снизу доверху, кое-где почерневшие брёвна уже провалились внутрь. Сквозь открытые ворота видна верхушка большого двухэтажного терема с луковичной крышей, который тоже уже весь почернел.
Улыбка тут же сходит с моего лица.
— Так! У нас пожар! Вы чего стоите! — Я быстро осматриваю крестьян. — Пожар! — снова кричу я.
Они, словно очнувшись от какого-то транса, начали переглядываться, смотреть то на меня, то на острог и, резко запричитав, забегали во все стороны. Начали выстраиваться в линию, чтобы тушить огонь.
Кукуня нехотя слезла с меня и даже помогла подняться на ноги, изо всех сил потянув за руку.
— Это уже не потушить, — равнодушно заметила Светозара.
Девушка подняла с земли корону, упавшую с головы Братомирича, отряхнула, сдула грязь и, аккуратно держа двумя руками, подошла ко мне. Улыбнулась.
— Да здравствует князь? — спросила она.
Я посмотрел на костяной венец. Да, именно что костяной. Корона была целиком сделана из костей: рёбер, клыков, фаланг пальцев, насаженных на костяной обод. Я был уверен, что живых существ с такими костями не бывает. Вокруг короны начали витать строчки текста. Сфокусировал взгляд на них.
И снова артефакты.
— Артефакты для достойных, — усмехнулся я и, взяв из рук Светозары корону, аккуратно надел её себе на голову.
Ожидал какого-то волшебного эффекта или ощущения. Думал, может, свет снизойдёт с небес и ангелы запоют.
Но нет.
Я просто надел на голову корону. Волшебные эффекты не ощущались.
— Тебе к лицу, — Кукуня встала прямо напротив меня, игриво разглядывая новый аксессуар и поправляя его на моей голове.
— Спасибо, — отозвался я, посмотрел под ноги и пробубнил: — А где меч Братомирича?
Девушки тоже начали осматриваться по сторонам. Довольно быстро стало понятно, что он, скорее всего, лежит под телом бывшего князя. Изувеченный «касанием нави» старик уже был слабо отличим от прочей нежити, только чуть более дорогой наряд выделял его среди остальных трупов на дороге.
Смело отпихнув тело бывшего князя, я поднял с земли рукоять его волшебного клинка. Это была тяжёлая длинная рукоять с круговой стальной гардой, которая по факту была просто уширением перед местом, откуда должно выдвигаться телескопическое лезвие. Вообще эта штука больше походила на реквизит к какому-нибудь фильму про далёкое-далёкое будущее, но снятому эдак в шестидесятых годах. Округлые формы, винты с крестовой резьбой, сталь явно выточена на станке, а не выкована кузнецом.
Стоило только этому артефакту оказаться в моей ладони, как форма рукояти тут же подстроилась под мой хват, будто внутри был скрыт механизм.
В зоне около большого пальца находился тусклый грязный квадратик, до боли похожий на сканер отпечатков, над ним — три кнопки с тремя светодиодами, тоже в досягаемости большого пальца.
Положив большой палец на сканер, я услышал приветственное пиликанье и невольно улыбнулся.
— Клинок признал тебя? — весело спросила Кукуня, подходя поближе и с интересом разглядывая оружие.
— Аккуратнее — тихонько сказал я и, направив оружие вниз, нажал на самую левую кнопку. Она приятно щёлкнула, и тут же выдвинулись телескопические лезвия. Клинок практически достал до земли.
От резвости этого события Кукуня вздрогнула.
Улыбнувшись, я рассмотрел оружие поближе. На клинке было множество следов от ударов: рытвины, царапины, вмятины, даже следы, похожие на укусы, но совсем не было ржавчины.
Снова отведя клинок подальше от лица, нажал на следующую кнопку, но услышал лишь жалобное пиликанье, похожее на сигнал об отказе.
— Хм — буркнул себе под нос.
Нажал на третью кнопку — результат тот же.
— Что с ним? — посмотрел я на Светозару.
Та стояла чуть поодаль и смотрела на оружие искоса, будто оно было связано у неё с не самыми приятными воспоминаниями.
— По легендам которые рассказывал сам князь — гримаса отвращения скользнула по лицу девушки, когда она делала эту ремарку, — раньше этот клинок обладал силой разить так, что даже камень раскалывался надвое. Но он всё сломал. — Она снисходительно усмехнулась, переведя взгляд на мёртвого князя.
Я задумчиво посмотрел на клинок и, чуть отведя его, увидел плавающие подписи.
///
Успел я только прочесть название, как буквы замигали. Они начали сменять друг друга в хаотичном переключении, словно собираясь и разбираясь из отдельных палочек и чёрточек, будто кто-то перепечатывал надпись прямо сейчас.
Протерев глаза, я снова присмотрелся к наименованию.
Я присвистнул.
— Вот тебе и вундервафля — тихонько прошептал я.
— Что? — подняла брови Кукуня. Её взгляд метался то на меня, то на оружие. — Что ты видишь?
— В каком смысле, что он видит? — непонимающе спросила Светозара, подходя ближе и растерянно рассматривая клинок.
— Я понимаю, почему Братомирич легко расправлялся с врагами: у него было нехилое преимущество когда эта штука работала на полную мощь — задумчиво ответил я.
— Эм — Кукуня вопросительно посмотрела на меня.
Я не знал, как ей объяснить концепцию цифр урона и показателей, которые вижу. Поэтому, почесав затылок, ответил:
— Не знаю, что эта штука делает во втором режиме работы, но в третьем она точно полыхает огнём будь здоров. Похлеще Перунова топора.
— Режиме? — тут же вопросительно посмотрела на меня Светозара.
— Ну в хм — Я не смог подобрать слов, чтобы заменить это слово на более архаичное, поэтому просто нажал на первую кнопку и схлопнул лезвие обратно в рукоять.
Оно приятно звякнуло, и обе девушки вздрогнули от резвости этого события.