Константин Пензев – Хан Рюрик. Начальная история Руси (страница 4)

«Сами же пираты, которых там называют викингами, а у нас аскоманнами, платят дань датскому королю, за что он позволяет им грабить варваров, в изобилии обитающих вокруг этого моря (Балтийского. – К.П.). Вследствие такого положения вещей эти пираты зачастую злоупотребляют вольностью, предоставленной им в отношении иноземцев, обращая ее на своих. Они до того не доверяют друг другу, что, поймав, сразу же продают один другого без жалости в рабство – неважно, своим сотоварищам или варварам. И многое еще в законах и обычаях данов противно благу и справедливости»[21].

Храбрость викингов также была весьма преувеличена: «Викинги боялись смерти, как все люди, но скрывали этот страх друг от друга, наедаясь перед битвой опьяняющими мухоморами»[22].

Вряд ли викинги могли стать основанием какой-либо общественной организации. По своей сущности они антисистемны, как и всякие люди с уголовными наклонностями. Существующие в исторической литературе утверждения о том, что мухоморные наркоманы могут создать государство, весьма оригинальны. Возможно, медельинский наркокартель и принял бы викингов в свое руководство, но с каких пор подобного рода организации вдруг взяли на себя социальные функции?

Безусловно, уголовный элемент может проникать в государственный аппарат или политик может заниматься уголовной деятельностью в виде казнокрадства, взяточничества или организации политических убийств. Так, например, И.В. Сталин начал свою политическую карьеру с организации вооруженных грабежей для нужд РСДРП. Вообще, глядя на то же российское государство в иные времена его существования, трудно удержаться от мысли, что оно не является уголовной бандой, но, таким образом, не следует принимать нужду за добродетель в том, что это государство в древние времена могло явиться плодом деятельности заезжих наркоманов.

Всякое общество, в первую очередь, строится из людей уважающих законы и основывается на сотрудничестве и взаимопомощи. Воровская шайка некоторым образом также основана на сотрудничестве (в случае с викингами данное утверждение очень спорно) и на своеобразных воровских установлениях, однако обществом она не является ни в коей мере, поскольку является деструктивным, внесистемным и паразитическим образованием, а потому подлежит быстрейшему уничтожению.

БСЭ называет действия викингов «экспансией». Стоит задуматься: а оправдан ли в данном случае подобный термин? Под экспансией (от лат. expansio – распространение) обычно понимается расширение сферы господства, влияния, распространение чего-либо за первоначальные пределы (напр., территориальная, экономическая, политическая экспансия). Найм скандинавских дружин на службу к византийским цезарям экспансией не является. Территориальные захваты, произведенные норманнскими шайками не так уж и значительны, да они к ним и не стремились. Пожалуй, самое серьезное завоевание – это завоевание северо-западной части Франции, получившей затем название Нормандии. Так вот. Отметим особо. Завоеватели нисколько не изменили существующие в то время государственные институты и очень быстро ассимилировались с местным населением, оставив после себя нормандский диалект, но диалектов во Франции достаточно и без норманнского участия. «А как же захват Англии, разве это не самое значительное территориальное приобретение норманнов?» – может спросить пытливый читатель. Отвечаю. Те норманны, которые отправились в 1066 году на завоевание Англии вместе с Вильгельмом, представляли собой совершенно другую категорию людей, нежели те, кто пришли во Францию с Ролло. Вояки Вильгельма – более французы (если так можно выразиться в современных терминах), нежели какие-либо скандинавы, как культурно, так и этнически, и это при том условии, если они действительно являлись когда-либо скандинавами.

Кроме того, именно скандинавское нашествие было успешно отражено 25 сентября 1066 г. при Стамфорд-Бридж (близ английского города Йорка). В этот день англосаксонское войско Гарольда II Годвинсона разгромило высадившихся в Британии норвежцев во главе с Харальдом Сигурдарсоном Суровым. Но уже через девятнадцать дней, 14 октября, англичане потерпели поражение при Гастингсе, столкнувшись с армией нормандского герцога Вильгельма, впоследствии известного как Завоеватель.

Кстати, говоря о том, что норманны отвоевавшие у Франции часть территории, и норманны Вильгельма Завоевателя не есть одно и то же явление, я имею союзником Дэвида Ч. Дугласа, который утверждает в своей книге «Норманны: от завоеваний к достижениям 1050 – 1100 гг.»[23]: «С другой стороны, норманны (в том виде, в котором они появляются в Европе в период между 1050 и 1100 годами), хоть и были безжалостными и жестокими, резко отличались от тех «людей с севера», которые наводили ужас языческим террором на Западе ранее».

Так вот. Следует признать, что стремление к разбоям на больших торговых путях и стремление к захвату территорий, как бы там ни было, по сути разные вещи. Захват и удержание (что самое главное) территории предполагает другой тип мышления, весьма отличный от примитивного штампа «убить-ограбить».

Однако не будем придираться к словам и оставим термин «экспансия» для характеристики действий разбойных шаек на протяжении «пути из варяг в греки».

Суть дела в настоящее время состоит в том, что мир разделен между государствами-нациями и всякая нация ищет в истории примеры своего, иногда былого, величия. Скандинавы не стоят в стороне от этого процесса. По размаху пропаганды следует полагать, что мир в конце VIII – начале XI веков трепетал перед скандинавскими нашествиями. Однако широкий размах скандинавской экспансии, особенно на восток, вызывает сомнения.

Смотрите сами. Адам Бременский не позднее 1176 года сообщает в «Деяниях архиепископов гамбургской церкви», цитируя Эйнхарда, следующее:

«Он (Эйнхард. – К.П.) пишет: «От Западного океана на восток простирается некий залив». Оный залив местные жители называют Балтийским, так как он тянется через области скифов вплоть до Греции на большое расстояние наподобие пояса. Его также именуют морем Варварским, или Скифскими (выделено мной. – К.П.) водами, потому что по его берегам обитают варварские народы…

Схолия 115 (схолия – приписка на полях. – К.П.). Восточное море, море Варварское, море Скифское или Балтийское – это одно и то же море, которое Марциан и другие древние римляне называли Скифскими, или Меотийскими, болотами, гетскими пустынями или скифским берегом. А море это, начинаясь от Западного океана и пролегая между Данией и Норвегией, простирается на восток на неизвестное расстояние (выделено мной. – К.П.).

Что же касается слов [Эйнхарда], что этот залив «простирается на неизвестное расстояние», то это недавно подтвердилось (выделено мной. – К.П.) благодаря изобретательности могучих мужей Гануза Вольфа, датского наместника, и короля нордманнов Харольда, которые предприняли сопряженное с большими трудностями и опасностями для их спутников путешествие paди исследования величины этого моря, но вернулись, сломленные и побежденные двойной опасностью – бурями и пиратами. Даны же утверждают, что протяженность этого моря проверена не раз на опыте многими. По их словам, некоторые при благоприятном ветре за месяц добирались из Дании до Острогарда Руссии»[24].

«Некоторые», может быть, и добирались, но официальная экспедиция потерпела неудачу. Т. е. напрашивается тот вывод, что скандинавы, может быть, и хорошо знали западную часть Балтики, но в восточной ее части все-таки были редкими гостями. Кроме того, «короля нордманнов» Харольда запугали некие восточные пираты! Давайте поверим, что норманны терроризировали всю Европу, но, оказывается была сила страшнее норманнов – ужасные пиратские шайки на востоке Балтики.

Записка на полях «Деяний» свидетельствует: «Схолия 125. Данов, свеонов, нордманнов и прочие народы Скифии римляне именовали гипербореями: Марциан превозносит эти народы многочисленными хвалами».

Итак. Во-первых, Балтийское море в середине XI века называлось еще и Скифским. Во-вторых, область, примыкающая к Балтийскому морю, называлась Скифией. Если Причерноморье, со слов «Саксонского анналиста», – это Нижняя Скифия, то прибалтийский регион, соответственно, Скифия Верхняя. Какое отношение имеют скандинавы к скифам и о чьем доминировании в регионе следует утверждать?

В-третьих. Скандинавы имели возможность проникать в те же славянские земли, вплоть до Греции, только на кораблях, т.е. транзитом. О каких-либо завоеваниях в этих областях речи нет и быть не может. По этому поводу Адам Бременский сообщает: «Опытные люди тех краев рассказывают, что некоторые путешествовали из Свеонии в Грецию по суше. Но варварские народы, обитающие между ними [Свеонией и Грецией], мешают этому пути, поэтому [обычно предпочитаются] опасности путешествия на кораблях».

Разве кто-то может завоевать какую-либо территорию на кораблях? Нет. Разве что только какое-нибудь прибрежное рыбацкое селение разграбить.

В-четвертых, какого-либо значимого проникновения скандинавов в Нижнюю Скифию и Грецию быть не могло. Миф о скандинавах, массами разгуливающих по всему белому свету, является мифом, причем довольно нелепым.