Константин Нивский – Серп властителя (страница 31)

— Дорога, — сказала Тайлисс и остановилась.

Вокруг был всё тот же лес и даже просвета не видно. Какая ещё дорога?

— Запах, — стрега поморщилась. — Колёсным дёгтем тянет. Не слышите?

Брайд старательно принюхался, но ничего такого не заметил. А командор только пристально посмотрел на Тайлисс и спросил:

— В какой стороне?

Она махнула рукой чуть левее и первой пошла туда. Вскоре лес действительно слегка поредел, впереди можно было различить полоску густого кустарника, который обычно и вырастает вдоль дорог. Осевшая на листьях лёгкая пыль, чахлая, прибитая трава в колеях указывали на то, что дорога была наезженной, а значит соединяет она немаленькие поселения.

— На север? — спросил Брайд, когда они стояли и озирались, уже не с досадой и напряжением, как в лесу, а с некоей уверенностью. Вышли всё-таки.

Командор кивнул и направился вперёд. Ну хоть иголки не впиваются в ноги, а пальцы не цепляются за корни. В обуви-то обычно и не замечаешь сколько в лесу торчащих, жёстких корней. Дорога вела через лес, сильно петляя. На таких хорошо устраивать засады, за поворотами почти ничего не видно, а густые заросли вполне могут скрыть отряд нападающих. Если, конечно, идти без эвоката.

Близость поселения почувствовалась загодя. На обочине изредка стали попадаться обрывки старой мешковины, просыпавшееся зерно, осколки глиняной посуды — весь тот хлам, который годами копится близ дорог, которыми часто пользуются люди. А вскоре они услышали и само поселение.

Слишком громко оно звучало. Недобрыми звуками боя. Или же, что вернее, — бойни. Кричали женщины. Высоко, надрывно — так, как бывает, когда страх охватывает всё существо, а бежать некуда. Бежать не позволят. Догонят. Не покидая седла, взмахнут походя клинком и промчатся дальше. Ржали кони, захлёбывались бессильным лаем боерские собаки, срывались на предсмертный визг.

Самоубийство. Полезть сейчас в гущу схватки было бы несомненным самоубийством. Прячась за стенами домов, Брайд смотрел на то, что происходит, разрываясь от желания хоть как-то помочь и одновременно понимал, что в этом случае в поселении потом просто насчитают на три трупа больше.

Это не были мятежники, не были вольные хунны — это были тангары. Обученные воины и несколько дахака, судя по их волосам, сплетёнными в косы и необычного вида доспехам — лёгким, кожаным, усиленным пластинами неизвестного сине-серебристого металла. Их клинки, тонкие и изящные, разили с точностью невероятной. Скашивали людей, как коса свежую траву.

Но их заметили. Сначала маг, что неподвижно стоял неподалёку — то ли просто наблюдал, то ли плёл заклинания — обернулся как раз в сторону, где прятались Серпы, и Брайд отчётливо увидел улыбку на его губах. Два всадника оказались рядом почти мгновенно.

Взметнулся столб из пламенных искр. Шеер на руке Тайлисс взлетел длинным бичом, хлестнул по ногам лошади. Конь рухнул вместе со всадником, но тангар успел вынуть ноги из стремян. Перекатился, сумел увернуться от очередного удара шеера, отразил прямой выпад меча подскочившего Гвинна. А вот второй удар, по нижней дуге пропустил. Бедро выплеснуло фонтанчик крови из перерезанной вены. Командор рванулся в сторону мага — всадник сам подохнет. Быстро.

Брайд ушёл в рывок, сорвал с седла второго всадника, глубоко погрузил меч, в упавшее тело. Выдернул, развернулся, успел заметить, что Тайлисс пригнулась, уворачиваясь он напавшего сзади пешего тангара с тяжёлым мечом. Увернулась. Бросила щит в сторону командора, свободной рукой указала Брайду, чтобы двигался туда же.

Тангарский маг щит проломил с лёгкостью невозможной. Силовая волна ударила беспощадно, сбив Гвинна с ног, выбила разом дыхание, заставила тело бессильно корчиться в пыли. Защита Крови прикрыла Брайда, но он уже с отчаянием чувствовал — ненадолго. А вот для рывка сил уже не хватило. Маг был слишком опытен, слишком хорошо обучен. Потоки его Силы окружали Брайда плотным кольцом, прорваться через которые не представлялось возможным.

Тангар, не глядя, выбросил руку в сторону, прикрываясь от удара распущенного шеера Тайлисс. Только поморщился, когда единственный тонкий огненный хвост полоснул по лицу, оставив короткий ожоговый след.

И тут Брайд почувствовал, как в него вливается чужая, раскалённая мощь силового потока, взывает к Крови, превращает её в кипящую лаву. Стрега скидывала ему Силу напрямую.

Он не успел удивиться как это возможно. Тело само рванулось вперёд, скорость была невероятной. Маг осел под ударом клинка, не успев даже понять, откуда прилетел этот удар. А Брайд уже был рядом с подбегающими тангарами.

Время превратилось в плотное нечто. Пространство сжалось до узкого коридора с размытыми стенами оставив чёткой только цель впереди. Он тараном вошёл в троих воинов, меч описал широкую дугу, одним ударом зацепил двоих — один успел отскочить, запнулся, упал. Брайд нанёс ещё удар, добивая того, кому досталась рана вскользь. Прыгнул в сторону упавшего и приземлился коленом на шею тангара. Скорость сыграла свою роль — позвонки хрустнули как ореховая скорлупа под сапогом.

Краем глаза заметил, что Тайлисс опускается на колени, потом медленно, неловко валится на бок — всё выбрала. Успел разглядеть отдышавшегося командора, который яростно отбивался от двоих теснивших его тангаров. Успел, как раз перед тем как Кровь затихла, исчерпала себя, а появившийся верховой дахака вскинул руки, посылая очередную силовую волну.

Она разбросала всех — и Серпов и тангаров. Расшвыряла в стороны, как мальчишек, которых растащил из драки суровый дядька. Воздух наполнился звоном, а зрение затуманилось розоватой дымкой — видно, полопались сосуды в глазах. И только удивительно ясно Брайд видел массивный медальон на груди дахака — голову скалящейся собаки из чернёного серебра.

Дахака спешился, неторопливо подошёл к Брайду. Посмотрел как-то снисходительно, губы шевельнулись, но слов Брайд не расслышал — в ушах по-прежнему плыл звон. Тангар поморщился, наклонился и резким движением вдавил палец в шею Брайда, сразу под левым ухом. Острая боль тряхнула тело, но в голове тут же чуть прояснилось. Он рванулся перехватить руку дахака, дёрнуть его на себя...

Удар сапога в живот попытку пресёк. А Кровь уснула. То ли исчерпанная боем, то ли под магией дахака. Тангар ещё раз пнул, на этот раз по подтянутому к животу бёдру и скучным голосом сказал:

— Не дёргайся, армох. Успеешь... подёргаться.

Тангары скрутили его ловко и быстро. Хитрые петли грубой верёвки обездвижили тело намертво — не пошевелиться. Оттащили в пустой скотник, швырнули в стойло на покрытый подпрелой соломой пол. А вскоре притащили и Гвинна. Бросили рядом. Командор был без сознания. Затылок залит густеющей кровью. На груди вторая рана — длинная, резаная, по виду не слишком глубокая. Брайд не хотел думать о том жива ли Тайлисс. Отчего-то любая из мыслей пугала его одинаково. Но, судя по тому, что Брайд успел узнать про дахака, смерть была бы для неё предпочтительнее. Да, в общем-то, для них всех.

То, что они были по-прежнему в Хорте, сомневаться, наверное, не стоило. А вот то, что в землях Амеронта так вольно бесчинствовали тангары — вопрос весьма острый. Даже в приграничье редко когда рейды врага были столь наглыми. Марашт, теперь вот это поселение. Оба вырезаны подчистую. И хорошо, если только они. Тангата начала наступление? Войну? Или же это спланированная серия устрашающих показательных операций, как говорила Тайлисс. Зачем? Как бы ни были ненавистны тангары, в отличном стратегическом планировании отказывать им не стоит. Недооценивать врага — ошибка непростительная. Да, в Амеронте принято обывательски думать, что Тангата — государство, в котором изнеженные роскошью и гнусными забавами маги только и могут, что разводить чудовищ-некродов, да пощипывать приграничье мелкими укусами. А в открытом бою доблестные армии Амеронта сотрут их в порошок запросто. Но не стоит и забывать о том, что подрывная деятельность на территории неприятеля зачастую более эффективна, чем честные сражения. В Амеронте восстания участились, а это значит, что планы тангаров вполне разумны. Ослабить регулярную армию долгой борьбой с бунтовщиками, измотать перемещениями от севера до южных границ. Посеять страх среди жителей. А где страх, там новые бунты. Когда люди видят, что поселения безнаказанно вырезают, не щадя никого, попробуй избежать волнений. И дахака этих выпустили не просто так. Для большего ужаса.

Рядом захрипел Гвинн, приходя в себя. Брайд невольно дёрнулся, но путы были надёжны. Попали крепко. И вся надежда на то, что прикончат побыстрее. Думать иначе было бы слишком самонадеянно.

Глава 17

Дахака возвышался над ними неподвижным изваянием. Заложив руки за спину, он молча разглядывал пленников и чуть улыбался, будто-бы каким-то своим мыслям. Его лицо густо покрывала вязь причудливых татуировок. По вычурному доспеху и слишком надменной морде было понятно, что этот тангар не из простых.

— И как сюда занесло Серпов, да ещё и в таком неподобающем виде? — спросил он, закончив пялиться. — Или армия Потентара настолько обнищала, что даже сапог не выдают нынче?

Не дождавшись ответа, дахака присел на корточки перед Брайдом, запустил руку ему в волосы и рывком поднял голову, заставляя смотреть себе в лицо.