Константин Мзареулов – Капитан Багровой Тьмы (страница 70)

Пока оборотень ломал голову, как тот ишак меж двух кормушек, Кабурина объявила волю Властителя переживавшим во дворе родным и друзьям. Хоть и занят был Тарх непростыми раздумьями, не мог не заметить, как перемигиваются родители, оценивающе поглядывая то на Кабурину, то на ставшую пунцовой Надду.

В разгар этой идиллии одна из стен комнаты превратилась в портрет Темного Властителя. Причем портрет оказался живым, и лик повелителя заговорил:

— Конечно, ты уже решил остаться в своей дыре. Поэтому назначаю тебя наместником Вергатила и прилегающих губерний. Ты должен вычистить эту клоаку и навести крепкий порядок, как при Грозных Царях, верно служивших мне в прошлую эпоху.

— Слушаюсь, повелитель…

— Не перебивай! Поторопись, Тархошамрахудан. Послезавтра, когда нагрянут поганые светотворцы, юг должен быть умиротворен.

— Нужно, чтобы император дал местным властям приказ выполнять мои указания…

Изображение на стене захохотало:

— Император? А кто это? Здесь нет такого. Удивляюсь тебе, Темный! Зачем тебе бумажка с подписью жалкого мальчишки? Наместником тебя назначил я — этого достаточно! И помни — когда начнется мясорубка, ты должен быть не ниже третьего ранга.

Стена снова стала обычной стеной. Проблема выбора решилась просто, как положено у Темных: Властитель приказал оборотню возвращаться в родной город, и Тарх не видел причин отказываться.

Кабурина открыла Невидимую Дорогу и, прощаясь, намекнула тихонько, что надеется на скорую встречу без такой оравы посторонних.

Корабль с блондинкой быстро взлетел, провожаемый множеством взглядов. Подавив рвавшийся из глубин сущности вздох, Тарх осведомился, кто идет с ним в Вергатил. Все гуськом ринулись в коридор сверхъестественного маршрута, и лишь Надда поинтересовалась:

— Мне идти, или я уже не нужна?

— С чего бы вдруг? — не понял Тарх.

— Да уж видала, как вы шептались. Ты, конечно, будешь говорить про дела государственной важности… Рассмеявшись, он ласково проговорил:

— Пошли, малышка. И не переживай. Все будет хорошо.

— Все-все? — не поверила она.

— Все, что зависит от нас, — уточнил Тарх. Блондинка шмыгнула носиком. Личико ее осталось озабоченным.

Губернатором Вергатила наместник назначил ротмистра тайной полиции Механуса Нацца, приказав последнему вернуть в тюрьмы всех зачинщиков и активных участников мятежа. Потом собрал вождей магических Орденов и повторил указания Властителя: никакой вражды, все койсарские маги — братья, главная задача — отвратить Небесную Раковину, главный враг — упорствующие в архаичных заблуждениях фанатики Аждо-Тика.

Вабланг и Шудлай подтвердили, что покоряются воле Властителя. Впрочем, Оз-Вабланг сделал оговорку, что некоторые Светлые гипернатуралы не смогут воевать против аждотинских интервентов из идейных соображений.

— Разберись с ними сам, — посоветовал Тарх. — Я не хочу лишних казней.

— Мы решим проблему, — заверил его Вабланг. — Ни один наш Светлый не ударит в спину койсарской армии.

Едва ушли маги, попросил приема Мех, сообщивший, что в городе некому поддерживать порядок, а по ночам шалят банды грабителей, вурдалаки на людей бросаются. Губернатор просил организовать патрулирование улиц силами армейских подразделений.

— Сделаем, — кивнул Тарх. — А что же полицейские — разбежались?

— Кто разбежался, кого война унесла, а кого мирные горожане порешили. Ты ведь знаешь, как наш народ полицию ненавидел.

Еще бы их любить… По логике вещей, полицейским полагалось ловить преступников и охранять покой честных обывателей. Однако в Койсаре и особенно в Вергатиле полиция больше занималась притеснением порядочных граждан, а с ворами и взяточниками жила в любви и согласии. Предстояло попыхтеть, набирая новых стражей порядка из числа честных магов и натуралов.

— Для начала сколотим отряд полицейских из вампиров, — решил Тархошамрахудан. — Они туповаты, но хотя бы взяток не берут.

Поздно вечером наместник обратился к жителям Вергатила, Шестигорья и других южных губерний, заверив сограждан и собратьев, что в Койсар вернулась справедливость. Тархошамрахудан пообещал, что все обиженные прежними властями получат компенсацию за счет обидчиков, а виновные в притеснениях простых граждан будут справедливо наказаны. Еще он говорил, что намерен снять глупые ограничения на мощность общедоступного колдовства, так что каждый сможет пользоваться достижениями бытовой магии, а потому жизнь станет богаче и лучше.

— Ты бы поспал, — скулила сгоравшая от жалости Надда. — Совсем ведь в призрака превращаешься.

Отмахнувшись, Тарх вызвал Меха, приказав выводить на казнь погромщиков и предателей. Головы наместник рубил собственноручно, так что к рассвету снова стал четверочником.

Глава 21

СВЕТОТВОРЧЕСТВО

О приближении аждотинов задолго предупредили корабли дальней разведки, отправленные в океан. Вскоре после рассвета моряки донесли, что враг идет, построившись многими колоннами. Всего разведчики насчитали сотен шесть кораблей, нацелившихся на южное побережье Койсара.

Штабные офицеры принимали рапорта и выкрикивали: — Пехотная бригада «Витязь Престола» готова… Гвардейский полк Голубых Драгун занял исходную позицию… Кавалерийский полк «Небесное пламя» доложил о готовности… Девятая пехотная дивизия завершает сосредоточение в исходном районе… Вергатильский чародейский легион готов… Вторая эскадра готова…

Вдоль побережья на полсотни верст в глубину развернулись огромные силы. Два армейских корпуса натуралов, получившие положенные, согласно штатам военного времени, подразделения магической поддержки, затаились в полосе от Штайнбурга на западе до Персиковой бухты на востоке. Здесь же были сосредоточены остатки колдовских армий, сведенные в несколько легионов. Во втором эшелоне командование оставило гвардейские полки.

В центре, защищая Вергатил, держал оборону легион полковника Миштпора — шесть когорт, укомплектованные магами трех расцветок. Колдовское воинство поддерживали бригада натуралов под командованием полковника Самилко, полк дафгарских и мишвендских магов, три дивизиона метательных машин, а также воздушная бригада полковника Хиндачага в составе дюжины малых быстроходных корабликов и солидной драконьей стаи. Все эти части были сведены в Восьмую дивизию, которой командовал Светлый троечник генерал-майор Оз-Вошпольд, бывший командир корпуса в Армии Светоносной Мудрости. Начальником штаба у него был Тархошамрахудан.

Вторую линию обороны занимали Лиловые Плащи и Черные Бушлаты, подчинявшиеся непосредственно командующему Южной армией генерал-полковнику Андрею Буре. Вообще насчет субординации возникали некоторые проблемы: все вышестоящие командиры помнили, что начштаба Восьмой дивизии является наместником Властителя, причем имеет привычку отдавать распоряжения в обход положенных инстанций.

Разослав приказы командирам частей усиления, Вошпольд произнес восторженно, что ни в одном учебнике стратегии не упоминается такой концентрации огневой мощи.

— Нечему радоваться, — проворчал Тарх. — Когда закончится эта битва, на Теллусе может не остаться гипернатуралов. А потом и вообще никого и ничего не останется

— Вы пессимист, — упрекнул его Вошпольд. — Победители разломают вдребезги Небесную Раковину.

Из окна превращенного в штаб дивизии магистрата было видно море и темное облачко над горизонтом. Это показались эскадры аждотинов.

— Помоги нам, Тьма, — шепнул Тарх.

— Спаси нас, Свет, — сказал Вошпольд и вдруг добавил: — Вы правы, капитан. Неделю назад нас было гораздо больше. Но в эту неделю вместилась целая война.

Грустно усмехнувшись. Тарх произнес:

— Я мог бы ответить, что неделю назад каждый Светлый, включая вас, генерал, предпочел бы стрелять в меня, но не в аждотинов. Поэтому лучше прекратить этот разговор, а то мы рискуем затеять спор до самого Сошествия Мрака.

Генерал кивнул и снова согнулся над картами. Вошпольд был настоящим солдатом, и воинский долг почитал превыше идеологических пристрастий. Тарх так не умел.

Когда враг оказался в полусотне верст от берега, командир имперского флота передал ультиматум: если корабли Аждо-Тика приблизятся к границам Койсара, то будут атакованы. Вражеский адмирал ответил, что имеет приказ свергнуть Темного тирана, и бросил на противника множество кораблей-перехватчиков. Из облачных укрытий немедленно вывалились еще две койсарские эскадры, обрушившиеся на флот вторжения. Через час из трех сотен сцепившихся кораблей погибли больше двухсот, вдобавок аждотины потеряли сотню драконов, однако сумели пересечь границу Империи.

Установленные на берегу и прибрежных островах громобойники палили без перерыва. Затем вступили в бой катапульты и тяжелые арбалеты. Молнии, огненные шары, зачарованные стрелы поражали неприятельские машины и крылатых тварей. Тем не менее около тысячи кораблей прорвались к побережью. Четыреста из них шли прямо на "Вергатил, не обращая внимания на потери от заградительного огня.

Половина из них села вокруг города, сотня — на воду, в бухте и за ее пределами. Еще около сотни — самые легкие и верткие — носились в воздухе над городом, и сидевшие в них солдаты бросали вниз горящие снаряды и пускали стрелы.

Лазутчики доносили, что приземлившиеся в полях корабли уже высадили многочисленный десант — не меньше семи десятков пехотинцев сошли с каждого летучего корыта. У кораблей оказались колеса, и теперь все двести парусников катились на стены Вергатила, подгоняемые ветром.