Константин Мзареулов – Экстремальные услуги (страница 6)

«Паровоз» потихоньку тормозит, приближаясь к месту назначения. Когда расстояние до планеты становится меньше десятка мегаметров, а скорость падает до тысячной доли световой, аппаратура показывает расположившуюся вокруг Мертвых Скал флотилию изрядной численности. Еще немного — и можно разглядеть сами корабли. Три транспорта, по паре корветов и фрегатов, недостроенная орбитальная крепость, крейсер — судя по обводам, представитель третьего поколения. И еще что-то очень большое — явно боевой корабль, но незнакомой мне конструкции.

Настраиваюсь на волны отзыв-сигналов. Так и есть, крейсер «Аллигатор», бортовой номер 313. А еще над планетой висит гигантский военный корабль с бортовым номером 09. У меня слегка отвисает челюсть. Вот куда двинули «Колдуна» для проведения ходовых испытаний! Видать, командование всерьез обеспокоено ситуацией в этом секторе…

С линкора сигналят обычной радиоволной, приглашая пристыковаться к правому переднему шлюзу.

Встретившему меня атлету в повседневном мундире с генеральскими погонами я, по старой дружбе, пожаловался:

— На меня напали. По дороге сюда.

— Кто? — Фаттах поднял бровь.

— Откуда мне знать… — Я пожал плечами. — От нападавших мало что осталось.

Генерал Оливейра Фаттах, он же Одиннадцатый Проконсул, сказал с веселым недоумением:

— А я, грешным делом, считал, что твой корабль не вооружен.

— Одно другому не мешает, — отрезал я.

Послушав повествование о недавней гонке в гипер-спейсе, генерал ободряюще предложил выпить, но я только отмахнулся. Алкоголь перед работой — даже не моветон, а непростительная ошибка. Пьяницы вообще живут недолго, а в нашем деле — тем более.

Оливейра Фаттах всегда правильно понимал мою жестикуляцию. Однажды на Монтеплато, когда отказала акустическая связь и мы общались только в видеорежиме, я сделал не вполне осознанное движение ладонью, но он сообразил, что я имею в виду. Его рота обошла опасное место, накрыв противника с тыла…

— Ты суров, землячок, — проворчал Фаттах. — Пообедаем или сразу возьмемся за наши проблемы? Я хмыкнул:

— Ваши проблемы имеют привычку стремительно становиться моими… Я перекусил по дороге. Рассказывай.

Включив запись, Оливейра показал схему ЧД-каналов, обнаруженных в этой зоне. Как и следовало ожидать, военных интересовала не та черная дыра, через которую прибыл я, а другая — та, что вращается между Уллой и Планетой Мертвых Скал. От нее расходятся веером тонюсенькие капилляры — мы называем их «ЧД-каналетто». Тоннели совсем узенькие — кораблю не протиснуться, разве что человеку в специальном скафандре.

Замысел понятен: если расширить капилляры, то земляне получат доступ в четыре новые системы, расположенные в скоплении Белая Химера. К владениям Империи прибавятся девять звезд и шестнадцать планет, а граница передвинется на десяток световых лет, и Единые Миры получат важнейшую базу в выступе между владениями Драй и Малой Галактики.

— Работы часа на два-три, — прикинул я вслух. — Не учитывая времени на полет к черной дыре. В общем, к ужину закруглимся.

— Не спеши. — Генерал погрозил пальцем. — Или всерьез решил, что тебе платят четверть лимона за один проход бульдозером?

— За два. Туда и обратно.

Ответственный чиновник Генерального штаба странно поглядел на меня, молча увеличил масштаб трехмерной схемы и развернул звездную карту по двум осям. Затем, взяв лазерную указку, выделил довольно длинный отрезок ЧД-канала, пересекающего Белую Химеру. Необычно длинный отрезок. В природе такие редко встречаются. Ситуация становилась занятной. Я издал неопределенный звук.

— Вот именно, — сказал Фаггах. — Назовем его «артефакт-канал». Теперь ты понимаешь, что будет дополнительное задание. Надо разведать эту трассу. Ты расширишь капилляр и сделаешь врез в эту противоестественную трубу. Потом туда войдут боевые корабли. Ты будешь сопровождать их — на случай, если понадобятся… хм-м… экстремальные услуги.

Я потребовал объяснений, но дополнительная информация оказалась скудной. Флот пришел в систему Уллы всего полгода назад, и до последнего времени все силы были брошены на строительство системы обороны. Когда наконец развернули станцию наблюдения с гравилокаторами, начался зондаж гиперспейса. В прошлом месяце военные с грехом пополам построили карту ЧД-каналов, и тогда был обнаружен тоннель, соединяющий безымянное скопление в созвездии Зайца и расположенную в Гидре группу звезд, названную Зеленой Пирамидой.

Проще говоря, еще до появления здесь имперских сил кто-то проложил неподалеку гипертрассу, оконечности которой разделяли полторы сотни световых лет. С точки зрения Генштаба, это была рокада — транспортный коридор, охватывающий пограничную область Единых Миров.

На поверку дело оказывается проще, чем я опасался. Репульсивные поля гравигенов почти не встречают сопротивления, раздвигая границы свернутого пространства и превращая ЧД-каналетто в нормальный ЧД-канал. Расстояния в этом мире — штука эфемерная, поэтому пройденный путь измеряется в ламоррах — извращенных единицах, определяемых через длину, время и стерические углы. Как правило, 10 ламорров в гиперспейсе соответствуют 15–20 световым годам обычного пространства. Сегодня, преодолев 31 ламорр, «Паровоз» благополучно соединяет две черные дыры, разделенные полусотней световых лет. Трасса Улла — Белая Химера готова.

Радиограмма с «Колдуна»: генерал-лейтенант Оли-вейра Фаттах беспокоится за земляка и спрашивает, как идут дела. Сигналю в ответ: «Порядок. Чуток передохну и потопаю обратно». Медленно разворачиваю «Паровоз» носом к ЧД «Улла-2», но двигатель врубать не спешу. Напротив, надеваю скафандр и выхожу за борт.

Стенки канала светятся в длинноволновом крыле спектра, переливаясь оттенками красного — от оранжевого до темно-багрового. Локатор, встроенный в шлем, находит чрезвычайно узкие, но невероятно подвижные отростки капилляров. Именно то, что нужно для полноценного отдыха.

Простенькая процедура — и сила продольного вращения. Вышвыривает меня из ЧД-воронки в необычное местечко. Это не планета, которой суждено до скончания времен наматывать обороты вокруг звезды. Я в своем мире. Это — микровселенная с заданными свойствами. Здесь здоровый воздух, мягкий климат, целебное излучение псевдонеба. Богатая флора и фауна. Меня ждет уютный домик в колониальном стиле — с фронтоном и колоннами.

Только я знаю дорогу в это место, куда можно попасть из любой ЧД. А если постараться, то из любой точки Вселенной.

Поддерживаемый полем антигравитации, я лечу в десятке километров над плоским основанием рукотворного мира. Внизу громоздится увенчанная ледником гора, по склону стремится к озеру речка, вокруг — леса и степи. Притормозив гравигенным ранцем, опускаюсь на площадке возле особняка.

Яник, Гобби, Демик и Василек встречают меня с таким энтузиазмом, что я даже готов прослезиться от умиления. Между прочим, Гобби сильно подрос и почти достает мне до плеча. Если ожидаемое событие не произойдет в ближайшие два-три года по земному времени, милый монстрйк станет опасным даже для меня, но сейчас об этом не хочется думать. С умилением ласкаю зверюшек, приговаривая: «Хороший песик, хорошая кошечка».

Здесь чудесно, и главное чудо — управляемый темп событий. Конструируя этот микромир, упрятанный внутри черной дыры, я немного перестарался. У нас, астрофизиков, есть такое выражение: «отклониться от вертикали». Имеется в виду наклон оси времени объекта, находящегося в ЧД, по сравнению с темпоральным потоком «большой» Вселенной. Так вот, я сделал локальную ось времени неустойчивой, и теперь она, повинуясь моим прихотям, отклоняется от вертикального положения в любую угодную мне позицию.

Обычно этот пузырь, вздувшийся на изнанке космоса, течет через время раза в три медленнее, чем космос, в котором планета Земля оборачивается вокруг звезды Солнце. Но всякий раз, когда тут появляюсь я, время в микровселенной ускоряется. Здесь проходят часы, а снаружи — минуты.

Сегодня я не могу задерживаться, поэтому нужно максимально использовать каждый квант времени. Недолгие игры со зверюшками, приготовленный роботами обед, восемь часов сна. Потом снова надеваю скафандр, включаю антигравитацию и взлетаю к черной дыре.

Хронометры «Паровоза» и «Колдуна» зафиксируют лишь кратковременный перерыв связи с вышедшим за борт дыролазом. Избавившись от жесткой космической одежды, снова сажусь к пульту. Надо работать.

— Чего надрываетесь? — осведомился я, разворачивая корабль. — Ну, отвлекся на секунду. Надо было кое-что разглядеть поближе.

— Осложнения? — немедленно насторожился Фаттах. — Нужна помощь?

— Ничего мне от вас не нужно, кроме пополнения на банковском счете. Все, кончаем трепаться

Пока я выполнил лишь первую часть задания. Теперь же предстоит ювелирная работа, на какую способен далеко не всякий дыролаз. Надо найти в стенке моего канала подходящий капилляр и протаранить его, с математической точностью угодив в стенку загадочно прямого канала.

На это пришлось потратить изрядное время, но с четвертой попытки я добиваюсь желаемого и с удовлетворением докладываю расположившейся на «Колдуне» штабной группе:

— Готово. Я возвращаюсь.

Теперь канал достаточно широк, поэтому обратный путь «Паровоз» проделал гораздо быстрее. На этом этапе я не столько расширял, сколько уплотнял стенки скрученного в тоннель пространства.