Константин Муравьев – Тайная жизнь города (страница 45)

И это, во-вторых. С внедрением этой метки происходили достаточно сильные изменения в ментальном поле самого существа. Она его перестраивала под свои какие-то непонятные нужды, в соответствии с программой, внедрённой этим превалирующим дубликатом. Теперь-то мне стало понятно, почему он — именно превалирующий.

Матрица или ментальное поле частично подстраивалась под него. Не полностью, конечно. Слепок-то был не полный, он дублировал лишь небольшую часть всей моей структуры. Но и этого вполне хватило. И чем более развит был в ментальном и физическом плане оригинал, с которого создавался этот дубликат, а это, соответственно, я сам, тем большее количество изменений происходило с ментальным полем получателя метки.

И, как результат, можно наблиздать очень много эффектов. Тут и уплотнение самого поля, и лёгкая ментальная защита от низкоуровневых воздействий, и упорядочивание токов ментальной энергии в структуре самого поля, и лёгкое расширение каналов.

И, как результат, просто само по себе внедрение этого маркера повышало магический потенциал объекта внедрения процентов на десять-пятнадцать. Но были и дополнительные улучшения, только вот проявлялись они не у всех. Или, что более вероятно, просто проявлялись у всех, но заметны были у немногих.

Например, в нашем случае на гноме это не сильно проявилось, но вот в маге параллельно с его магическими способностями слегка вытянуло и какое-то из его наиболее развитых природных умений. Этим умением оказалась его способность оставаться незаметным в толпе.

Было и ещё одно направление. Физическое развитие. Только вот с этими двумя оно почему-то не сработало. Видимо нужно, чтобы это направление было превалирующим или одним из основных в направлении развития разумного. А ни маг, ни гном явными силовиками не были, поэтому эти изменения и прошли в сильно урезанном виде, оставшись незаметными. То, что они были, можно не сомневаться.

И внедрение этой ментально-метрической метки по местным меркам достаточно сильно совпадало с ритуалом принятия в клан. Как минимум, результат был практически идентичен тому описанию, что я нашёл. Правда, об этом я узнал чуть позже, когда на это обратил внимание информатор. Тогда же и нейросеть нашла нужную информацию в уже проанализированных информационных пакетах.

И вот сейчас осталось что-то ответить парню.

— Ты знаешь, почему принятие в клан никогда не проводят в детском возрасте? — неожиданно я нашёл тот самый ответ, который мне требовался.

И подсказали мне его знания, почерпнутые из воспоминаний одного из эльфар. Того, что был со второй неразвитой ипостасью. Парень оказался тем, кто из-за своей двойственной природы не смог пройти посвящения, и поэтому его не изгнали, а выдворили за пределы клана, не став убивать, как это происходит обычно, а просто выселив из Княжества. Его даже не лишили магических способностей. Так вот, именно у него и оказался ответ на этот вопрос.

— Нет, — помотал головой Труш.

— Клану нужны полностью сформированные и готовые личности, которым для дальнейшего развития не хватает лишь небольшого толчка. Именно внедрение клановой метки и даёт этот толчок. Но вот чтобы и самому развиться в достаточно зрелую личность нужно много и упорно тренироваться. Магии, боевым искусствам, обычным ремёслам. Не имеет значения. На момент внедрения метки, ты должен стать цельной личностью, с уже обозначенным и, главное, верно выбранным выбором направления развития. Ведь клановая метка позволяет развить твою самую сильную сторону, и лишь немного повлиять на все остальные. Именно поэтому принятие в клан проводят для уже взрослых людей, когда их цели и желания определены, и они могут ответить за свой выбор.

И посмотрев прямо парню в глаза, я добавил.

— Поэтому нет. Сейчас я не буду принимать тебя в свой клан, — и, хлопнув парня по плечу, я добавил, — но буду готов вернуться к этому вопросу лет через десять, когда ты сам определишься со своим жизненным выбором. Договорились?

— Да, — медленно кивнул головой Труш.

А потом, задумавшись на пару секунд, сказал.

— Моя сестра совершеннолетняя. А её вы сможете принять в клан?

— Смогу, — спокойно ответил я ему, и немного помолчав, добавил, — если она сама захочет этого.

Труш вновь кивнул головой.

— Я поговорю с ней, — только и ответил он.

Я лишь пожал на это плечами. Ничего большего я ему пока обещать не мог, так как и сам не понимал, что же смогу предложить его сестре. Хотя, в свете последних событий и некоторых мыслей, у меня возникла кое-какая идея.

Но мне нужно было понять, насколько всё же хорошим магом она является, и сможем ли мы провернуть эту идею? Если её способностей не хватит, мне могут не поверить и задать слишком много лишних вопросов. Но именно в моём случае их не будет очень уж много, особенно если девушка окажется чуть более сильным магом, чем обычные средние. У меня точно будет для неё работа, даже две.

- «Особенно, если мне получится подготовить из неё артефактора», — мысленно закончил я.

Хотя можно придумать и обходное решение. Но это потом. А сейчас у меня были другие дела, и я посмотрел на Труша.

— Помнишь, ты рассказывал о зверинце, что тут есть? — спросил я у парня.

— Да, — несколько удивился тот.

— Пошли-ка, прогуляемся туда, — сказал я ему, есть у меня там небольшое дело.

— Хорошо, — только и согласился малец и двинулся в нужную сторону. Я же пошел следом за ним.

— Расскажи мне о местном владельце? — попросил я молодого каменного тролля, показывая в сторону виднеющихся вдали вольеров с какими-то животными.

— Неплохой эльфар, — немного подумав, начал обстоятельно отвечать мне парень, — часто давал мне работу, — правда посмотрев в сторону зверинца, он добавил, — хотя тут нечему удивляться, она есть там всегда. Платил за работу хорошо. Своих работников у него немного. Я слышал, что сам он когда-то был сильным магом, но потом попал на каторгу за какие-то провинности, где и лишился своих магических способностей. Вроде, был контрабандистом.

Между тем Труш посмотрел в сторону зверинца.

— Может за это он и на каторгу угодил? — пробормотал он, видимо рассуждая об эльфаре и том, чем он занимался ранее.

Но потом, ещё немного подумав, он тряхнул головой и, пожав плечами, продолжил:

— Года три или четыре назад осел здесь на рынке…

Что-то не вязался у меня в голове образ того, кто мог довести, предположительно, моего драка до того состояния, в котором его нашли у городских стен Парна, с тем эльфаром, о котором сейчас рассказывал парнишка.

Труш хотел сказать еще что-то, как у меня в голове щёлкнуло.

— Так. Стой, — притормозил я молодого парня, — так его тут не было в то время, когда из зверинца сбежал туманный драк?

Всё-таки не зря у меня было мысленное рассуждение о том образе, что нарисовало мое сознание, с тем, кого мне описал тролль.

— Нет, — помотал головой Труш, — тогда им владел кто-то другой. Только я не знаю, кто это был.

И парень пожал плечами. Но здесь не приходилось сомневаться в том, кто это точно должен был знать. Нынешний владелец зверинца. А потому поговорить с ним мне придётся в любом случае.

— Идём, — сказал я Трушу, выдвигаясь в сторону места, где тут на рынке можно было приобрести обычных и очень необычных зверей. Хотя в моём понимании все местные животные были волшебными и сказочными зверьми.

— Господин, — показал молодой каменный тролль, местный парнишка, которого Ленис прекрасно знал, и который часто работал на него, помогая ухаживать за животными или чистить стойла, — нам сюда.

И он показал в сторону эльфара.

— Вот, это господин Ленис, тот владелец зверинца, о котором я вам рассказывал, и с которым вы хотели встретиться, — и мальчишка указал в сторону стоящего эльфара.

Сам же эльфар с подозрением наблюдал за этим, казалось бы, простоватым и несколько рассеянным молодым человеком, который с огромнейшим любопытством постоянно вертел головой, стараясь всё рассмотреть и заглянуть в каждый вольер или клетку. Вот он подошел ближе и их взгляды встретились. И только Ленис увидел лицо этого человека, как все его подозрения сразу подтвердились.

— Я недавно говорил с вашими соотечественниками, — напрямую сказал он, обращаясь к молодому парню, — и мне больше нечего добавить к своим предыдущим словам.

Подошедший с удивлением посмотрел сначала на него, а потом и на своего проводника среди местных, которым и был, судя по всему, мальчишка-тролль.

— Простите, о чём вы? — постарался выяснить этот человек.

Но эльфар был уверен, что и этот его посетитель пришёл к нему с тем же вопросом, что и предыдущие четыре гостя.

— Я ничего не могу рассказать о пропавшем туманном драке. Это произошло более четырёх с половиной лет назад. Ещё до того, как я обосновался тут и приобрёл этот зверинец, — немного подумав, он добавил, — как мне рассказывали знакомые, это произошло что-то около шести с половиной лет назад. И на момент, когда тут что-то произошло, и кто-то продавал драка, меня даже не было на этом рынке.

Что странно, этого туманника, а парень точно был одним из них, его слова совершенно не смутили.

— Да, я знаю, — спокойно подтвердил он. А потом пояснил.

— Мой проводник, — и он кивнул в сторону местного тролля, — сообщил об этом.

И этот незнакомец на пару мгновений замолчал, а потом продолжил.