Константин Муравьев – Серый (страница 76)

— Вошёл через вентиляцию, нашёл небольшую брешь в их системе безопасности. Сначала вырубил этих четверых, — показывает на телохранителей и главу наёмников, — потом добил остальных. Этих двух допрашивал, — подойдя к лежащим возле них трупам, добавил он, — узнав, что ему было нужно, убил.

— А почему он не допросил этого? — и офицер показал на креата из метрополии. — Ведь наверняка он главный среди них.

— Быть главным и знать то, что нужно, это две разные вещи, похоже, он этого не знал. К тому же, — и Бул махнул рукой, указывая на другой угол помещения, — целью были не они.

— А кто? — посмотрев в указанную сторону и ничего не увидев, спросил Трак.

— Не знаю, — честно сказал старый тролль, — но догадываюсь. Там клетка, — и он опять кивнул, указывая на дальний угол склада, — в которой обычно держат рабов, и у неё выломана дверь. И ещё…

Тролль протянул Клариссе небольшой медальон.

— Нашёл в клетке, — сказал он.

— А теперь рассказывайте, что сегодня произошло? — спросила Кларисса у своих дочерей.

Трак просто стоял у стены кабинета и смотрел на своих сестёр. Ему сказать пока было нечего.

Лора и Талия переглянулись, и более старшая из них сказала:

— Мам, мы и так хотели всё рассказать, но сначала ты расскажи, к чему всё это?

Женщина посмотрела на своих таких разных, но таких одинаковых дочек и, засунув руку в карман, а потом вытащив её оттуда, вытянула вперёд и раскрыла ладонь, где в свете потолочной лампы сверкнул медальон.

Это была та единственная вещь, что осталась у Лоры от её родной матери, та, с которой она не расставалась никогда.

— Откуда он у меня? — спросила Кларисса, смотря в глаза Лоры, которая непроизвольно потрогала свою шею.

А потом она перевела свой взгляд на Талию и добавила:

— Или правильнее будет спросить, как он ко мне попал?

— Не знаю, — честно ответила девушка и в свою очередь посмотрела на Лору. — Думаю, и она не знает.

После чего Талия отошла немного в сторону и сказала:

— Рассказывай.

Её младшая сестра немного помялась, но потом вздохнула и, посмотрев себе на руки, рассказала всё, что с ней произошло сегодня.

И про неудачную шутку над хуманом. И про то, что она потом поселила его в тот самый шестой номер, который под запретом, за сумасшедшие пятьдесят кредитов в сутки. И про его невероятный подарок. И про то, что её попросил помочь Руук. И про то, как она очнулась под обеспокоенный голос своей сестры.

— Это всё, — понурив голову, закончила девушка, — я всё рассказала.

— Тебе есть что добавить? — спросила у старшей своей дочери Кларисса.

— Только то, что я нашла её у входа в наш бар. Её кто-то аккуратно положил, прислонив к стене здания. И то, что мне сказал Растер, когда мы занесли Лору в её комнату.

— И что он сказал? — заинтересовалась Кларисса.

— Что с ней всё хорошо. Ей не успели ничего сделать, — тихо проговорила девушка под жёстким взглядом матери, — и что принёс её, скорее всего, мужчина. Да, и он сказал ещё, что от неё пахнет смертью. Последнее я не слишком хорошо поняла.

— Зато я поняла, — произнесла их мать и, повернувшись к Траку, попросила: — Он как-то сюда шёл, во многих местах у нас установлены системы слежения и безопасности, видеонаблюдение. Проверь, не засветился ли он где?

— Уже делаю, — ответил тот, — где-то он должен был мелькнуть, не призрак же он.

И замолчал, связавшись через нейросеть с искином службы безопасности колонии.

— Что ты сама думаешь по этому поводу? — спросила у Талии пожилая креатка.

— Не знаю, — посмотрев на неё, ответила девушка, — но я уверена, что Руук как-то замешан в этом. Нужно его найти и допросить.

— Уже не нужно, — задумчиво произнесла Кларисса, и под вопросительным взглядом девушки пояснила: — Его уже нашли.

— Так чего же мы ждём? — воскликнула Лора. — Быстрее к нему, пока он не успел опомниться Допросим его! У меня к нему появилась масса вопросов!..

— Боюсь, он не сможет тебе ответить, — как-то даже удовлетворённо ответила Кларисса.

— Почему? — удивилась младшая дочь.

— Да потому, что очень трудно говорить с огромной такой дыркой в черепе.

— Так он мёртв? — спросила Талия.

— Да, — кивнула её мать.

— Он что, хотел помочь мне? — Удивилась Лора.

— Скорее наоборот, — посмотрев на неё, сказала Кларисса.

— Но тогда я не понимаю, — и Лора растерянно посмотрела сначала на Талию, а потом и на свою мать, — за что? Что им от меня было нужно? И почему Руук?

— Скорее всего, это как-то связано со мной, но более точно на эти вопросы теперь может ответить лишь один разумный, — тихо и задумчиво произнесла её мать.

— Кто? — спросила Лора.

Талия посмотрела на неё как на глупышку и ответила:

— Тот, кто тебя спас.

Лора хотела сказать что-то ещё, но её прервал удивлённый голос Трака.

— Его нигде нет, на всём пути от складов до нашего бара он нигде не засветился!

И посмотрев на Лору пристальным взглядом, он добавил:

— Тебя спас призрак.

Вниз спускаться особого желания у меня не было, и поэтому я решил, коль с модернизацией корабля уже разобрался, то можно немного отдохнуть, а потом подумать над тем, как наиболее продуктивно и эффективно распланировать график работ.

А пока отдых.

И я, дав себе команду проснуться через шесть часов, отключился.

Я чётко ощущал, что сплю. Понимал, что это не может быть реальностью, а лишь плодом моего воображения. Я знал, что это лишь мой сон и моё сновидение.

Не знаю, что мне приснилось в этот самый момент, но я отчётливо почувствовал чужое присутствие рядом с собой.

Транс. Счёт.

Я понимал, что глупо вгонять себя в транс, находясь во сне, но ощущения были настолько явственные и реальные, что я уже не отличал своего сна от действительности.

И как это ни странно, я перешёл в привычное состояние транса.

Но опять же, по ощущениям.

На самом деле оно значительно отличалось от того, что происходило со мной в действительности, когда я не спал. Чувство было таким, будто моё сознание выкинуло из тела и оно находится где-то в стороне, наблюдая за всем как безучастный зритель.

Находясь в этом непривычном состоянии транса, вызванного из моего сна, я осмотрелся вокруг.

Комната, та же уже виденная мною комната. Кровать. Но вот в кресле у окна сидит кто-то совершенно незнакомый мне и смотрит на моё спящее тело.

— Видишь? — вдруг раздаётся чей-то голос в моей голове.

И взгляд сидящего в кресле невидяще обшаривает комнату, переходя с моего тела, лежащего на кровати, на меня, парящего где-то под потолком комнаты. Но, не останавливаясь, он возвращается обратно.

Неизвестный не заметил меня. Он не понял, что смотреть нужно в другую сторону.

— Ты меня видишь? — ещё раз спрашивают меня. — Или слышишь? — Уже гораздо тише и потеряв надежду, произносит незнакомец.