Константин Муравьев – Неучтённый (страница 16)

– Ника, сколько ещё таких помещений на корабле? – спросил я.

– Ещё каюта майора Карлона и сейф-комната корабля, – ответил мне корабельный искин.

– Есть сведения, что хранится в корабельном сейфе?

– Точных сведений нет, но в последнем рейсе там хранился контейнер.

– Он ещё на месте? И что в нём может быть?

– До нападения архов его не успели выгрузить с корабля, так что вероятность нахождения его в сейфе 90 %. Из протоколов переговоров, которые велись на корабле, ясно, что в контейнере должны были находиться пять миллиардов кредитов для передачи их при запланированной встрече, но встреча прошла по другому сценарию. Отчёт о последнем рейсе может быть предоставлен через три минуты.

– Скинь отчёт и все возможные материалы по данному полёту, мы их потом совместно просмотрим.

«Что-то нечисто с этим последним вылетом, на хвосте которого прилетели таинственные архи», – задумался я над только что полученной информацией. Нужно будет хорошенько всё проанализировать по данному вопросу.

«Задача к работе принята».

«Опять забыл о том, что у меня в голове целый аналитический отдел окопался, – укорил я себя и обратился к Сети и Магику: – При окончании анализа сообщите мне о своих выводах».

Ну ладно, продолжим: к двери каюты профессора подошёл, паролей доступа к ней нет, пробуем её взломать.

«Сеть, просчитай вероятность взлома или подбора кода доступа к этой двери», – запросил я помощи у своего личного искина (а почему нет, похоже, по мощностям он, может, и уступает, но функций выполняет никак не меньше).

И одновременно у корабельного компьютера:

– Ника, мне нужно попасть в каюту доктора, за сколько времени возможно произвести взлом кодов доступа для двери.

«При использовании ресурсов с низким приоритетом и вероятностью 100 % подбор кодов доступа можно произвести за пятьдесят пять секунд, взлом управляющего контура двери за тридцать пять секунд», – пока я отдавал распоряжение искину корабля, уже отчиталась Сеть.

– По предварительным подсчётам, понадобится шестьдесят секунд, вероятность успеха 100 %.

«А мои девайсы попроизводительнее, похоже, или специально заточены под такие задачи. Ведь задействована ещё только низкоприоритетная зона, а с увеличением приоритета зоны должно уменьшаться время, потраченное на операцию, – порадовался я своей производительной мощи, когда радость схлынула, и задумался: – Что-то с такой ценной нейросетью не так, или она должна быть неимоверно дорога, не верю я, что такие девайсы ставят всем подряд. Даже в экспериментальном виде её должны были развивать с какой-то основы, которая и была у других людей, или она ещё в такой стадии разработки, что гибнет каждый второй хомячок. И в этом случае я как раз и есть тот глупый хомячок, который смог выжить. А отсюда два вывода, и оба не очень радостные, ведущие к одному заключению: первый – не дать узнать полностью всех возможностей моей нейросети и второй – не попадаться тем, кто это может проделать (медики, военные, различная научная братия). А то, чувствую, буду я оставаться этим хомячком всю жизнь».

Невесёлые мысли заставили порадоваться карточке, не показывающей всем подряд моих истинных сил и возможностей. Уже в более приподнятом настроении я приказал нейросети подобрать код. Через минуту индикатор доступа к каюте высветился зелёным цветом.

Войдя в небольшое помещение, увидел слева у стены каюты кровать, она, скорее всего, должна была убираться в стену, но сейчас была выдвинута. Стул, совмещённый с маленьким столиком, прямо по проходу, справа от стола был, по-видимому, шкаф, так как в стене была щель и на полу из неё торчала часть какой-то одежды. За шкафом ближе к двери была ещё одна щель, по логике там должен быть санузел.

На кровати лежал небольшой серый рюкзак. Я подхватил его, он оказался достаточно лёгок и удобно вешался на спину. Попытался открыть застёжки, но они не поддавались, рассмотреть ничего необычного в них не получилось, начал изучать их и рюкзак в целом более подробно и заметил на одной лямке некую потёртость, в том месте, где удобно рукой держать за неё рюкзак. Когда я взялся за лямку, в голове прошелестел голос на абсолютно непонятном языке и высветилась полоска.

«Похоже, опять требуется пароль. Тут все параноики?» Я уже устал удивляться и просто отметил это как достаточно доказанный факт текущей действительности. И уже привычно приказал:

«Сеть, нужно подобрать код».

Но меня огорошил ответ:

«Не фиксирую запроса на принятие кода. Поставленная задача не корректна, так как не имеется точки фиксации воздействия и приложения сил».

«А что же это тогда у меня?» Я до сих пор отчётливо видел небольшую красную полоску перед глазами.

Тут, как это ни странно, ответил Магик:

«Слабый артефакт распознавания ментоэнергетического поля. При максимальной насыщенности поля выдерживает входящую нагрузку, не превышающую десяти энеронов. Артефакт первого уровня. Внутренняя градация – девятая-десятая ступень. Свойства: сравнение ментоэнергетических полей с образцом. Поступление энергии за счёт носителя. Остаточное излучение – 0 энеронов. Очень простая структура, в оптимизации не нуждается. Артефакт обнаружен две секунды назад, когда оператор взял его в руки и он произвёл свою активацию, текущее положение помечено на карте. Для оператора артефакт не опасен».

«И как мне его открыть?» – озадачился я.

«Можно воспользоваться тремя способами.

Первый. Провести процедуру изменения параметров собственного поля для того, чтобы они стали идентичны сохранённым в образце. Положительные стороны: можно провести на текущем уровне подготовки оператора. Отрицательные стороны: при выполнении работ с низким приоритетом опасности проведение операции занимает неоправданно долгое время и её нужно выполнять каждый раз, когда потребуется воспользоваться рюкзаком. Примерное время – трое суток. Максимально повысив приоритет опасности до четвёртого, мы снижаем время проведения данной операции до двадцати часов.

Второй. Нужно провести процедуру подмены образца оригинала ментоэнергетического поля. Его структура вплетена в модуль-анализатор артефакта, вероятность успешного проведения данной операции зависит от умения работать с энергополем оператора. На текущем уровне умений и подготовки вероятность проведения успешной операции 5 %. С ростом уровня умений оператора этот вариант повышает свой шанс на успешное завершение до 100 % вероятности, не выходя из зоны с низким приоритетом и укладываясь в приемлемые сроки (от одного до пяти часов).

Третий. Перехват управляющего сигнала на ментоструктуре. Наиболее быстрый и производительный результат для разового использования. На текущем этапе уровня развития оператора невозможен. Нужно чёткое и точное управление сигналами с малой насыщенностью.

По какому из вариантов начать процедуру?»

«Не нужно. Первый вариант отпадает, очень долго проводиться будет. Второй не даёт почти никакого шанса открыть рюкзак. А про третий мне прямо сказали, что не дорос ещё. И эта сумка-рюкзак довольно удобная, в будущем может пригодиться, и внутри её может быть что-то нужное или интересное, а не узнаешь, что будет при неудаче».

«С вероятностью 70 % внутреннее содержимое будет уничтожено, а нормальное функционирование артефакта прекратится», – ожила Сеть.

«Значит, отложу своё любопытство до лучших времён», – решил я.

Закинув рюкзак за плечи, я пошёл к каюте майора Карлона.

Тут повторилась процедура вскрытия двери. Войдя в помещение, я убедился, что оно один в один такое же, как и у профессора. Единственное, что его отличало от другой каюты, – это идеальный порядок и чистота. А также полная пустота в помещении. Пройдясь по каюте, подошёл к шкафу и попытался раздвинуть панели в нужном месте, и, когда это не удалось, решил всё-таки осмотреть стену, нашёл небольшой кругляш, приложил к нему руку, панели и раздвинулись.

«Ну что могу сказать? Голова дана не только чтобы есть, ею ещё и кирпичи ломать удобно». Я решил, что самокритика мне не повредит.

В шкаф был уложен большой кейс. Вытащив его оттуда и положив на пол, я наткнулся на ту же проблему – он не открывался, но у этого чемодана было явное табло для ввода кода или пароля.

«Они тут точно все параноики, ну или такие попадаются исключительно мне». И пошла обычная процедура.

Ника отказалась участвовать в мародёрстве, сославшись на то, что чемодан – это автономная структура, и она к ней не имеет прямого доступа. Вполне логичная причина, если не считать того, что прямого доступа к чемодану нет и у меня, но мою Сеть это не остановило, и через пять секунд я уже рассматривал содержимое этого мобильного арсенала.

«Ну, зато теперь надобность в личном стрелковом оружии отпала». Две трети кейса занимали разные виды оружия, оставшееся место было отдано трём каким-то металлическим контейнерам, примерно десять на пять и на пять сантиметров. Ещё там содержалась пустая биометрическая карта и несколько карт, похожих на неё, но более узких и тонких.

– Что скажете по содержимому кейса? – спросил я сразу у всех, перечислив, что в нём лежит.

– Карты – это электронные банковские карточки на предъявителя, подробнее о них можно узнать после их проверки через считыватель – сколько на них лежит кредитов и к какому банку они принадлежат. Хотя с комиссией снять деньги можно будет через любой банк, – первым отреагировал 896-й. – Контейнеры похожи на те, что предназначены для транспортировки имплантатов и нейросетей. Опознание оружия я смогу провести только после восстановления данных в базе. Биометрическая карта – аналог той, что заполнил я для вас. На базе больше пустых экземпляров нет, так что эта может быть полезна.