Константин Муравьев – Неизвестный с «Драккара» (страница 19)
«Да ты… ты… — возмутилась Леита, даже не закончив предложения, такая детская обида сквозила в её голосе. — Так нельзя, — через некоторое время и уже немного спокойнее сказала она. — Тебе может понадобиться наша помощь».
Но тут, как ни странно, мне помогла Рахута. Я точно знал, что она не произносила этого вслух, но я явственно услышал её мысль, переданную Леите, и дальнейший разговор.
«Нет, Леи, ты что, действительно не видишь, что Лёша из тех немногих, кто со своими проблемами справляется сам и кому и вправду чужая помощь может только помешать и он не особенно нуждается в ней? Ты правда не замечаешь, что он совсем не похож на простого мусорщика, как ты постоянно его называешь?»
«Нет, — удивлённо ответила ей вторая девушка. — Я, честно говоря, давно уже и не задумывалась над тем, что он выбивается за рамки обычного человека. А ведь это действительно так. Помнишь, как я тебе рассказывала о нашей жизни на станции. Как он летал на истребителе или собрал эту странную летающую конструкцию из нескольких кораблей. Ведь действительно, он какой-то другой, не такой, как все. Не подходит ни под один из понятных и известных мне шаблонов людей».
«Вот и я про то же. Я это сразу поняла. Думала, и ты относишься к нему и его действиям так же. А ты всё ещё его недооцениваешь. Хотя всё лежит на поверхности. Ведь видно же, что он далеко не так прост, как кажется на первый взгляд».
«Да, это так», — согласилась Леита.
«Так что давай ему не мешать, я думаю, если ему действительно понадобится наша помощь, он нас позовёт», — сказала, как оказалось, более наблюдательная Рахута.
«Я понимаю, но так хочется быть ему полезной. Чтобы он обратил на меня внимание. Я так люблю ловить на себе его восхищённые взгляды!» — ответила Леита.
«Я тоже люблю, когда он смотрит на меня, но давай ему не мешать».
«Хорошо», — казалось, через силу согласилась Леита.
И уже мне на нейросеть пришли её слова:
«Лёша, только ты будь там как можно осторожнее».
«Конечно, эту просьбу я выполню с большим удовольствием», — ответил я и наконец обратил внимание на труп врага, лежащий у моих ног.
Я уже давно подошёл к нему, но посмотрел на него только сейчас, занятый разговором с девушками и искинами.
Первое, с чем я смог сравнить увиденный труп, — это с большой кучей тряпья или материи, сваленной на полу у моих ног. Но, присмотревшись внимательнее, я понял, что материя — это крылья, которые накрыли существо. Вынув нож из ножен на бедре, я аккуратно раскрыл крылья, чтобы увидеть тех, кто нападал на меня.
Внутри оказались большие, просто огромные, ростом со взрослого и крупного мужчину летучие мыши. Ну, это я сравнил этих существ с летучими мышами, они действительно были очень похожи на них на первый взгляд. Но если присматриваться внимательнее, то становилась понятна разница. Их крылья были единым полотном, а не кожистой перепонкой, натянутой между преобразовавшимися в результате эволюции пальцами рук. Понял я это потому, что руки у существ были отдельно от крыльев, вполне обычные руки, только с очень длинными когтистыми и, вероятно, гибкими пальцами. В остальном же существа ничем не отличались от телосложения стандартных летучих мышей. А то, что они разумны, не вызывало сомнений.
Я обошёл все шесть трупов и на каждом заметил некоторое подобие пояса со множеством кармашков, также на них были надеты какие-то медальоны со штекерами подключения нейросети.
«Это что же получается, им её где-то устанавливают? А их мозг совместим с человеческим, или они используют специально разработанные для них типы нейросетей. Вот дела… Интересно, это какой-то эксперимент или такие же члены Содружества, как, к примеру, аграфы? И вообще, откуда они появились на станции? Хотя, судя по логам, сюда заходило три корабля, и, по-моему, один достаточно недавно, но точно я не помню, так как на дату не обратил внимания, а зря. Подумал, что такие же, как и я, бродяги. А похоже, всё гораздо сложнее».
Когда я немного определился с внешним видом своих противников, то передал их описание на корабль.
«По таким существам в базах нет никакой информации», — отрапортовали Ника и Ньютон.
«Странно, а вот они о Содружестве явно знают не понаслышке», — сказал я и подумал, что, вероятно, многое могло поменяться за прошедшие пятьдесят лет, но не озвучивать же эту мысль вслух.
В это время начала делиться своими воспоминаниями Леита:
«У меня на родине существовали предания, сказки, истории, считайте как хотите, о таинственных „детях ночи“. Они появлялись ниоткуда, исчезали в никуда. Говорят, они могли превращаться в огромную рмуку (аналог летучей мыши, как перевело мне моё подсознание). Они могли принять облик любого аграфа. Они были быстры и безжалостны. Говорят, они были сильными магами. Но главное, они пили кровь аграфов, часто выпивая её полностью, высасывая из своих жертв все живительные соки, превращая их в мумии. Из этого они черпали свою силу. Они охотились на аграфов в ночи и убивали их на месте, но иногда эти твари пленяли своих жертв, превращая их в живые сосуды с едой, часто организуя целые загоны для своей кормёжки, кем они считали аграфов. С тех пор как среди нас появились маги, их научились вычислять, хоть и с большим трудом. А это дало возможность их уничтожать. Как мне известно, последних из них встречали больше тысячи лет назад. Нам это рассказывали на истории видов в университете. Да и родители меня часто в детстве баловали сказками и страшными рассказами».
«Значит, это были не они, — задумался я. — Или, что более вероятно, как я понял из их умения затеряться в толпе, те были не последние, просто они научились гораздо лучше скрываться. Особенно меня смущает тот факт, что мне вся твоя история очень сильно напоминает сказочных персонажей с моей планеты — вампиров. Это тоже были люди, которые пили кровь. Они были сильны, быстры и выносливы, превращались в летучих мышей и боялись солнечного света».
«Про боязнь света мне ничего не известно, но они всегда нападали ночью, как гласят предания», — дополнила свой рассказ Леита.
«Только здесь всё наоборот. У нас есть несколько больших летучих мышей, рмук, как ты сказала, и они что-то не спешат принимать облик человека или аграфа. А ведь, по идее, если они ликантропы, то ментоструктуру изменения внешнего вида уже некому удерживать, и она должна распасться, и эти существа уже приняли бы свой истинный облик. А они до сих пор выглядят как до своей смерти. Так что пока ещё неизвестно, умеют ли эти рмуки превращаться в человека или аграфа. А вот темнота здесь полная, и действовали они тут вполне уверенно. Хотя чему удивляться, ведь этот кто-то очень похож на летучих мышей, а те ведь ночные хищники. И то, что они неимоверно быстрые и сильные, это факт, на себе испытал. Правда, так и остался не до конца закрытым вопрос о их ментоспособности: я реально видел, как действовало только одно их заклинание, некий аналог маскировки или невидимости, о других сказать ничего не могу, и на основании этого делать вывод о том, что они сильные маги, пока рано. Ведь это может быть некоей особенностью их вида, и таким свойством обладают все они».
Я замолчал, обдумывая свои умозаключения.
«А вот интересно, что они вообще тут делали? — задался я вопросом. — Не просто так же они тут сидят и поджидают случайных прохожих, заглянувших на огонёк? Слишком далеко эта станция от жилых секторов. Нужно её потщательнее исследовать. Чувствую, эти существа тут неспроста, и они — только охрана… Так, сейчас я с пульта управления проведу рекогносцировку узла, переключу всё управление им на нас. Расконсервировать его я пока не буду, чтобы не вызывать подозрений у тех, кто ещё есть на станции, а подключу только камеры и датчики слежения системы безопасности станции. Хотя если у них есть связь между собой, то они о нашем визите уже давно в курсе. Но всё же…»
Я подошёл к пульту и провёл активацию всей системы безопасности. Странно, она была полностью деактивирована и частично размонтирована, в частности, в двух отсеках были отключены все системы слежения, и одним из этих помещений являлась рубка управления, где я и находился.
«Так, я нашёл некоторую странность, — сосредоточился я. — Система безопасности станции охватывает не все её отсеки. Есть ещё одно помещение, кроме того, где я нахожусь сейчас, в котором отключена система слежения. Если учесть, что тут на меня напали эти странные существа, то и там меня может ждать сюрприз. По всей остальной станции камеры и датчики я активировал и перевёл их контроль на вас, Ника и Ньютон, чтобы вы с корабля могли отслеживать текущую обстановку и проводить её анализ. Я включать свою систему маскировки пока не буду, чтобы поддерживать с вами оперативную связь, вплоть до того момента, как подберусь к отключённой от систем слежения комнате. Вам же нужно контролировать все входы и выходы из неё, начиная от основного и резервного шлюзов и заканчивая системами вентиляции и очистки воздуха. Приказ понятен?»
«Принято к выполнению», — ответила мне Ника.
«Тогда я пошёл». Я вышел за дверь в коридор.
Мягким, стелющимся шагом, перетекая из одного помещения в другое, я обследовал все технические и жилые отсеки, избегая того, что не просматривалось снаружи системой безопасности станции. Прошло уже больше трёх часов, когда я, проверив всё, куда смог попасть, пролезть или забраться, закончил беглый осмотр станции. Повезло, что она была построена на основе малого жилого модуля и не являлась сплетением сотен и тысяч километров коридоров и комнат. Всё, что я не смог проверить визуально, обследовали с помощью датчиков системы безопасности мои искины с «Драккара».