Константин Муравьев – «Не тот» человек (страница 35)
– Извини, – сказала она, – меня срочно вызывают в деканат, какие-то проблемы с поступлением. И это моя работа, как декана по учебной части.
И указала в сторону факультета артефакторики.
– Поднимайся на третий этаж. Уже там спросишь, как пройти к магистру Касису? Ему скажешь, что от меня. Если у него будут какие-то вопросы, просто уточни, что я направила тебя к нему после рассказа Лерака. Он поймет, о чем речь.
– Хорошо, – не стал я задерживать девушку.
Она пару секунд всматривалась в мое лицо. Потом кивнула и сказала:
– Надеюсь на тебя, и удачи тебе.
Она быстро развернулась в обратную сторону и заспешила по направлению к основному зданию главного корпуса.
Я же постоял пару секунд на месте, любуясь грациозной походкой леди Резалии, после чего встряхнул головой, мысленно ухмыльнулся…
– И правда, одни красавицы кругом… – тихо произнес я.
После чего развернулся и направился в нужную мне сторону. Где-то впереди находилось здание факультета артефакторики.
Решив особо не петлять и пройти через симпатичный тенистый парк, благо, и карта при мне и примерное направление мне известно, я двинулся вперед.
Подходя к небольшому скверику, который был не так хорошо заметен со стороны тропинки, огибавшей парк, я услышал странный шорох с его стороны. Мне стало интересно, что это, и я обернулся в сторону раздавшегося шума.
«Ну конечно, как же без этого», – мысленно прокомментировал я увиденное.
Со стороны той самой тропинки, что огибала парк, происходящего внутри не было не видно и не слышно. Однако, приблизившись к этому оплетенному каким-то вьюном деревянному строению, я заметил привычную для моего мира, но никак не для этой воображаемо-виртуальной реальности, картину.
Хотя я и находился снаружи, но благодаря своему восприятию смог вполне четко распознать, что трое достаточно сильных магов прижали к стене, похоже, двух других магов. Правда, эти двое были значительно слабее своих предполагаемых противников в магическом плане. К тому же это был тот самый тип слабых магов, которых я решил считать универсальными.
Подкрадываюсь ближе и четко слышу происходящий внутри разговор.
– Новичок, – раздался грубый бас, – мы тебя предупредили еще вчера. И что мы видим сегодня. Ты ничего не достал…
Раздается глухой звук, сиплый выдох и какой-то детский приглушённый вскрик. Было понятно, что кого-то бьют. Удар под дых, а вот детский всхлип это видимо второй маг.
«Там что, ребенок?» – удивился я.
– Где наша агарийская трава? – продолжил все тот же грубый голос. – Ты же помнишь, что мы обещали сделать, если ты нам ее не достанешь?
И тут раздался гогот.
– За твою оплошность расплатится твоя маленькая и миленькая сестренка…
Пара новых глухих ударов. А потом уже явно испуганный голос:
– Не надо, пожалуйста…
«Угу, не ребенок, девушка», – сообразил я.
Тогда как все тот же голос произнес:
– Гус, прижми этого и держите девку. Будем по очереди.
Слышу странное сипение и непонятную возню. А потом сильный звук пощечины и голос грубого:
– Не трепыхайся…
В общем ситуация ясна. Это обычная вымогаловка, плюс изнасилование, как урок неугодным.
В данном случае неизвестному магу, который не достал какую-то траву.
Никогда не любил подобных уродов, еще с детского дома. Это и приучило давать им тот отпор, который я мог. Чаще всего у меня мало что получалось, но, в конце концов, поняли, что я лучше сдохну, чем под кем-то прогнусь.
Ну и еще я понял одну простую истину. Никогда нельзя оставлять все на самотек и, получив удар с одной стороны, подставлять вторую щеку.
А потому я мстил. Как только выбирался из больничной палаты, старался найти всех. И им было не лучше, чем мне.
Ни карцер, ни повторная больничная койка меня не пугали. Даже к смерти я относился равнодушно, а вот эти гады очень хотели жить. И потому они отступали. Каждый, в конце концов, понимал, что если я выживу, то постараюсь добраться до них. И они получат свое.
А жить с мишенью, прицепленной к спине, никто не хотел. Поэтому меня, в конце концов, оставили в покое.
И сейчас я должен был решить, что делать дальше? Только вот что решать? Сейчас у меня возможностей больше. Я не прикован к коляске. Да и если уж быть до конца откровенным, ничего бы не поменялось, сложись сейчас все по-иному. Тем более, я и так уже подобрал увесистую дубинку покрепче и тихо крался к входу в беседку. Остановившись у самого проема, я прикинул по расположению фигур, кто и где находится.
Двое по сторонам и один в центре, похоже, наклонился или уже пристроился к девушке. А значит, сейчас самое время. И я быстро заскальзываю в скверик, даже сам не ожидал от себя такой отточенности движений.
Размах, удар налево, первое тело отлетает к стене, на возвратном движении, удар по правому противнику. Его тело просто заваливается вниз. Удар оказался не так силен, как я рассчитывал.
Но время еще есть.
А потому шаг вперед и по уже почти развернувшейся голове того грубого, чей голос я слышал, удар пяткой ноги.
Развернуться и повторить подобный удар по правому.
Оглядеться.
Все тела лежат. Интересно, сколько у меня времени?
– Степень повреждений от пяти до семи процентов, – отреагировала Ведунья, – время восстановления…
И над каждым из противников я увидел примерную цифру. Время варьировало от тридцати до тридцати семи минут.
– Вывести уровень здоровья и повреждения противников? – уточнила у меня нейросеть.
– Да, – подтвердил я. И заметил, что больше всего досталось как раз первому из них. Кроме сильного сотрясения, я ему еще и скулу, оказывается, сломал, когда он лицом пропечатался о стену. Два других противника просто отделались беспамятством и сотрясениями.
– Сохраняю изменения настроек восприятия оператора, – доложила Ведунья.
Весь этот анализ боя пролетел в моей голове в мгновение ока, и потому я практически сразу обратил внимание и на жертв этой троицы.
– Вы как? – спросил я у девушки, с испугом смотрящей на меня, которая старалась сильно стиснутыми маленькими кулачками стянуть у себя на груди разодранное платье.
Как я понял, главарь местных гопников еще не успел с ней ничего сделать, только ударил по лицу, – я видел разбитую губу и капельку крови на ней, – а также разодрал одежду.
Девушка все еще дрожала.
Я хотел наклониться к ней и помочь выбраться из-под придавившего ее тела главаря. Но она зажмурилась, сжалась еще сильнее и постаралась вжаться в стену этой небольшой беседки.
«Вот же урод, – откидывая тело главаря в сторону, подумал я, – за сладкое вы еще ответите».
А сам обратился к этой миниатюрной девушке:
– Не бойся, я хочу помочь, – и я слегка потрогал ее за плечо.
Она открыла глаза, я же посмотрел в них и добавил:
– Уже все закончилось. Я хочу помочь, – повторил я.
Девушка несмело протянула мне руку в ответ. Когда она поднималась, ее одежда слегка натянулась от неловкого движения, когда она потянулась ко мне, ее платье затрещало и развалилось на две части, полностью оголив грудь девушки.
– Ой, – вскочив, воскликнула с испугом она и, быстро отвернувшись от меня, прикрыла ее ладошками.