Константин Муравьев – «Не тот» человек (страница 30)
И думается мне, что это не просто так.
Конечно, в город можно было выбраться через множество дырок, которые обнаружились в стене, но вот именно что незаметными они не были. Практически везде нейросеть, а за отрисовку карты, как я понял, отвечала она, выдавала более чем девяностопроцентную вероятность обнаружения попытки взлома и пересечения охранного периметра территории Академии.
Вот так-то. И потому я сидел и думал, что делать дальше?
Самое простое не получилось. Тогда следующий шаг.
А это прорываться с боем или нет? Но тут встает несколько иной вопрос. А как я вообще сам отношусь ко всему происходящему?
Это игра? Это реальность? Что во всем этом правда? Кто мне может объяснить и помочь разобраться?
Ведунья лишь сообщила, что для нее все, что видит и ощущает оператор, является объективной реальностью.
То есть на этот вопрос мне нужно ответить самому? Но как на него ответить?
С одной стороны, вроде все то, что до этого со мной происходило, больше смахивает на какую-то навороченную компьютерную игру. И мое здоровье, и полученная нейросеть, и мои проснувшиеся в ходе общения с Драконом умения. И сам Дракон, и магия или энергия, разлитые вокруг.
Но с другой стороны, тот же Дракон утверждал, что это не игра. Но покажите мне хоть одного психа, который скажет, что он псих. Скорее все вокруг него ненормальные. Только вот больно уж этот Дракон не был похож на сумасшествие. Он больше выходил за рамки реальности, но никак не на бред умалишенного.
И третий постулат, в игре не должно быть боли. А тут она была. И что-то вот именно в ее реальность мне верилось больше всего. А значит, можно принять за основу такую версию.
Я действую как в игре, полностью доверившись своим возможностям и словно из ниоткуда возникающим знаниям и умениям. Например, той же карте, или тому, как я понял, что же за пентаграмма была в зале, или чем занимались те двое магов на площадке.
И в противовес этому, помня постулат боли, вывожу как его закономерное следствие и еще большее ограничение постулат травмы и смерти. А потому стараюсь все время помнить об этом и понимать то, что если я получу какую-то травму тут или, еще хуже, погибну, то это будет именно моя реальная травма и бесповоротная и реальная, а не виртуальная смерть.
И отсюда вновь выплывает следующее, на что нужно получить хоть какой-то ответ.
«Иду ли я на сознательное боестолкновение с местными?» – мысленно, я сам себе озвучил этот уже ранее заданный первоначально вопрос. И сам же себе ответил: «Да, в случае крайней необходимости я на это пойду. Тем более, как-то мне не хочется быть вечным рабом какого-нибудь мага или его подопытной крысой. А как они отнесутся к неизвестному гостю из другого мира, а это явно другой мир, я не знаю».
Почему я так решил? Это если говорить о крысе и рабе. Ну, больно уж благозвучно прозвучала в моем сознании фраза, подсказанная нейросетью: «Пентаграмма подавления воли». И в этом случае название говорит само за себя.
«Тем более крови я не боюсь и никогда не боялся. Не в том месте я рос, чтобы как-то сильно переживать и мандражировать по этому поводу. Да и жизнь приучила показывать свои зубы. Но пока можно от этого воздержаться. Все-таки я не маньяк и не псих».
Но тогда что делаем дальше? И это уже следующий шаг. Это какая-то Академия магии. И это первое.
Думаю, что само по себе это заведение достаточно элитное, коль занимает такую большую часть города, который является столицей целого государства.
И отсюда второе. За местного ученика я могу и не прокатить по нескольким причинам.
Не уверен, что здесь есть люди? Хотя я и видел того паренька достаточно хорошо и он вроде как был похож на человека. Но все же. Может, я еще чего-то не знаю.
Дальше. Это Академия магии. Тут учат магов. Ну, а к самим магам должны, как минимум, прилагаться какие-то их способности к этой самой магии.
И более чем уверен, что местные умеют определять эти самые способности. Их наличие и некую направленность их развития.
И тут я тоже, возможно, могу им не подойти. То, что у меня есть какие-то способности, я уверен.
Даже как-то три умения на основе поглощения той самой пентаграммы изучил. Только вот гложет меня какое-то смутное сомнение, что мне именно с подобными своими способностями лучше бы не очень светиться. Больно это напоминает какое-то незаконное заимствование, считай – «воровство», и более чем уверен, подобных воров от магии мало кто должен любить.
А вот про обычные способности я ничего сказать не могу. Но уж восприятие какого-то энергетического мира (а возможно, и еще что-то) мне доступно.
Ну и последнее. Третье. Это учебное заведение. Да еще и в своеобразном подобии средневекового мира. А значит, если тут учеба и не прерогатива знати, то, как минимум, это удел очень богатых людей. А я не знать и не очень богатые люди.
Но как только я подумал о том, кто тут может учиться, в моей голове высветился тот самый план, что возможно, позволит мне легализоваться в этом мире, по крайней мере в первое время.
Только вот нужно было поточнее выяснить насчет того, а есть ли тут все-таки люди? Иначе всем моим замыслам не суждено будет сбыться. Но для этого осталось только подождать. Правда, ждать лучше где-то за пределами столь уютного домика, который мне так помог.
И я тем же путем, что и попал сюда, выбрался через окно обратно на улицу. И резво переместился в глубину небольшого, но густого парка.
Отсюда можно было быстро и незаметно скрыться в нескольких направлениях, и в дополнение из этого места прекрасно просматривалась основная улица, которая шла через всю эту Академию, как я понимаю, от главного корпуса, и упиралась в основные ворота у выхода в город.
Тут я и засел в засаде.
Мне повезло. Долго ожидать не пришлось. Уже буквально через пятьдесят минут по дороге прошла достаточно большая толпа молодых парней и девушек, среди которых было много тех, кто по крайней мере внешне, очень походил на обычных людей. Но также тут были и те, кто очень сильно отличался от нас.
«Плюс один в пользу компьютерной игры», – глядя на огромного зеленого гиганта, мысленно прокомментировал я и, незаметно выбравшись из кустов, поплелся в сторону главного корпуса.
Как ни крути, а мне, скорее всего, именно туда. Ну, или там меня направят в необходимое место.
«Надеюсь на это», – мысленно добавил я. И, наблюдая за очень симпатичной девушкой с какими-то нереально огромными глазами и маленькими острыми ушками, пошел в нужную сторону.
Благо, вся эта разношерстная группа молодежи шла примерно в том же направлении.
«Она точно не человек», – проскользнула в моей голове мысль о девушке.
Настроение у леди Резалии с утра было какое-то не рабочее. Хотелось все бросить и пустить на самотек. А самой присесть в тени вековых дубов парка у них в особняке, позвать подруг, болтать ни о чем, возможно, выпить нежного эльфарского вина.
Посплетничать самой, послушать о любовных похождениях ее младшей сестры или о семейном счастье своей самой близкой подруги, у которой недавно родилась двойня. Или обсудить этого бесчувственного чурбана, что уже несколько лет как не может определиться со своими чувствами к ней. Но никак не заниматься делами их учебного заведения.
Эта неделя ее вымотала, впрочем, как и весь старший преподавательский и управленческий состав Академии.
Уже пятый день они принимали новых студентов, и рук, как это обычно и бывает, не хватало. Да еще и их главный завхоз был вынужден уехать к своим родственникам на границу Империи, чтобы решить какие-то вопросы, связанные с наследством, доставшимся ему от одного дальнего родича.
И их Упырь, это бесчеловечное чудовище, которому Резалия не могла отказать и в которого была влюблена еще со времен их собственного ученичества в Академии, попросил ее на время взять на себя эти обязанности.
Ну а сейчас она сидела, расслабившись в своем кресле, и просто смотрела в сторону окна.
Скоро открытие очередного дня приема. Новые заботы и новые проблемы. А пока у нее есть немного времени, чтобы насладиться покоем…
И только она об этом подумала, как совершенно бесцеремонно распахнулась дверь, ведущая в ее кабинет, и в нее вошел как всегда веселый, бодрый и до безобразия наблюдательный и противный Лерак, любимец всех девушек и женщин их Академии. И лучший друг, как ее, так и Старса.
– Что, опять сохнешь по этому кровопийце? – вместо приветствия прямо с порога прокричал он. И привычно увернувшись от чернильницы, полетевшей в его сторону, бухнулся в кресло, напротив девушки. А потом уже гораздо серьезнее спросил:
– Слышала о происшествии сегодня ночью?
– Да, – только и ответила эта очень красивая женщина.
Но больше, как это ни странно, эльфара интересовала не сама Резалия или ее ответ.
И она сразу поняла, почему Лерак пришел прямо к ней.
– Он обещал подойти после обеда и посмотреть, что тут к чему, – только и произнесла девушка, не дожидаясь, пока ей озвучат вопрос.
– Спасибо, – искренне сказал Лерак, а потом пояснил: – Упырь поручил мне провести неофициальное расследование. Сказал, что я со своим длинным носом сумею пролезть в любую дырку. Но тут он не прав. Это совсем уж не мой профиль. А Корс на меня все еще дуется. И потому обратиться мне не к кому.