Константин Лазарев – Русская правда (страница 4)

Эта особенность может быть признана уникальной, поскольку нельзя считать, что свобода является врожденным человеческим феноменом.

С позиции сегодняшнего дня свобода кажется настолько естественным явлением, что создается впечатление, что так было всегда. Но это не так. Первобытный человек не был более свободен, чем современные люди. Существует мнение, что он был абсолютно свободным человеком, что у него имелась свобода в форме незанятости, независимости и возможности выбора, то, чего большая часть человечества, особенно западного, якобы лишилась. Из этого выводится заключение, что свобода как явление существовала очень давно.

Данное утверждение нельзя признать убедительным.

Общепризнанным фактом является то, что с древнейших времен человек жил родоплеменным способом. Группа людей одного рода проживала совместно на одной территории. Алгоритм повседневной деятельности был обусловлен традициями, выработанными в предшествующие периоды. Свободно и самостоятельно, то есть в понравившийся ему момент выбрать незанятость первобытный человек не мог. Это было возможно только в установленные традицией коллектива периоды дня, недели, месяца, года. Соответственно, в этой части воля индивидуума контролировалась обществом и может быть признана несвободной.

Свобода в форме независимости была равноценна гибели. Коллектив обеспечивал более высокую степень выживаемости.

Свобода в форме выбора была невелика. Повседневная жизнь человека была очень проста, в связи с чем редко возникало моментов, в которых требовался выбор. Как правило он уже был предопределен традициями, а, следовательно, коллективом.

В итоге свобода в форме возможности быть незанятым, независимым и иметь возможность широкого выбора появилась относительно недавно.

Из сказанного можно прийти к заключению, что отсутствие свободы подавляло инициативу, и этим обусловливалось медленное технологическое развитие первобытного общества.

Имеются все основания полагать, что господствующее в обществе отношение к собственности не является причиной появления новой общественной формации, как это предлагает марксизм. Скорее всего, изменение отношения к собственности стало следствием изменения общества к свободе, а не причиной.

По мнению Хайека, капиталистический порядок возник независимо от чьего-либо замысла, чем превосходит любые сознательные планы человека. Однако из этого не следует считать, что он случаен, как это предлагается, например, теорией синергетического марксизма.

Появление капитализма, скорее, закономерно, чем случайно, и традиционному обществу еще предстоит побороться за свое существование с ним, чем надеяться на то, что произойдет обещанная Марксом смена формаций. По Хайеку, капитализм естественен по своей природе (этот вывод делается из его утверждения о самоорганизации капитализма), в силу этого он очень устойчивый.

Почему же тогда К.Маркс пришел к убеждению, что капиталистический уклад ожидает неизбежный крах?

Его главным логическим аргументом является наличие противоречия между общественным характером производства и капиталистическим присвоением. Такое положение приводит к противостоянию между собственником и наемным работником. Противостояние неизбежно приведет к поражению частного собственника, которое будет выражено в изменении отношения к собственности, переходу от частной к общественной форме.

Факультативными причинами краха капитализма считаются противоречия между производством и потреблением, проявляющиеся в периодически повторяющихся экономических кризисах.

По мнению Маркса, противостояние (антагонизм) между собственником и наемным работником обусловлено несправедливостью безвозмездного присвоения прибавочного продукта (прибавочной стоимости), создаваемого наемным работником. Примером, которым он кратко объясняет суть своей теории, является производство 10 фунтов пряжи. Стоимость средств производства, хлопка и веретён, образующих составные части стоимости 10 фунтов пряжи, равна 12 шиллингам. Для этого потребуется 6 часов рабочего времени из 12-часового рабочего дня. Стоимость рабочего дня (12 часов) составляет 3 шиллинга. Всего – 15 шиллингов. Маркс исходит из того, что цена этих 10 фунтов пряжи на рынке равна 15 шиллингов, что соответствует сумме, затраченной на производство (авансированному капиталу).8

Далее Маркс рассуждает, что у собственника есть в распоряжении еще 6 часов рабочего времени, за которые наемный рабочий изготавливает то же количество пряжи, затратив на него те же 12 шиллингов стоимости средств производства, хлопка и веретён.

«Второй период процесса труда, – тот, в течение которого рабочий работает уже за пределами необходимого труда, – хотя и стоит ему труда, затраты рабочей силы, однако не образует никакой стоимости для рабочего».9 К такому заключению Маркс приходит в связи с тем, что всю дневную заработную плату в 3 шиллинга он уже отнес на первую половину дня и учел в себестоимости 10 фунтов пряжи, произведенных рабочим «до обеда».

В совокупности за один рабочий день собственник затратит 24 шиллинга стоимости средств производства (12 + 12), хлопка и веретён + 3 шиллинга стоимости рабочей силы и произведет 20 фунтов пряжи. Итого его расходы составят 27 шиллингов. Получит за них 30 шиллингов. Прирост капитала составит 3 шиллинга стоимости рабочего времени, которые собственником безвозмездно присваиваются.

Эти 3 шиллинга Маркс характеризует следующим образом: «…это стоимость, создаваемая неоплаченным трудом наёмного рабочего сверх стоимости его рабочей силы и безвозмездно присваиваемая капиталистом»,10 называя их ПРИБАВОЧНОЙ СТОИМОСТЬЮ. Из этого следует, что прибавочным продуктом будет то количество пряжи, произведенное во второй половине рабочего дня, которое приходится на 3 шиллинга. «Ту часть продукта, в которой выражается прибавочная стоимость, мы называем прибавочным продуктом».11

На этом незатейливом примере и строится вся концепция неизбежности краха капитализма. Осознание несправедливости присвоения этих 3-х шиллингов, произведенных наемным работником, должно, по мнению Маркса, привести к смене господствующей формы собственности с частной на коллективную.

Далее из соотношения стоимости рабочей силы (3 шиллинга) и присвоенной стоимости (еще 3 шиллинга) Маркс выводит степень эксплуатации. В данном примере она будет соответствовать 100% (3 к 3-м = 100%).

В приведенной логике не все так очевидно как с природой прибавочной стоимости, так и с тем, кто ее создает. Неестественность заключается в том, что Маркс без необходимости делит рабочий день надвое, но при этом не делит также надвое дневную стоимость рабочего времени, перенося всю ее стоимость только на первую половину дня. Таким образом, выражаясь математическим языком, к разных сторонам уравнения он применяет разные правила.

В большинстве случаев (особенно в современном мире) взамен обещанной заработной платы наемный работник отдает (другими словами, продает) работодателю свое рабочее время. Рабочий день имеет конкретную продолжительность. Исходя из нее, определяется производственный план выработки продукции. В случае с пряжей – это не 10 фунтов, а 20 фунтов за весь день.

Однако истина в том, что в примере Маркса наемный работник трудится 12 часов и получает вознаграждение в 3 шиллинга за весь день, а не за половину дня. Следовательно, когда работник произведет в первой половине рабочего дня 10 фунтов пряжи, оплаченная стоимость его труда составит 1,5 шиллинга и за вторую часть то же самое. То есть, производство еще одной партии пряжи в количестве 10 фунтов во второй половине дня не происходит безвозмездно.

Итоговая стоимость (себестоимость) продукта по сумме будет соответствовать той, что определил Маркс: 12 + 12 + 3 = 27 шиллингов. То есть ровно столько, сколько собственник потратил из своего постоянного и переменного капитала, выражаясь в терминологии Маркса. Следовательно, наемный работник не создаст прибавочной стоимости. Она появится только после того, как собственник сумеет реализовать 20 фунтов пряжи по цене, определенной Марксом в 30 шиллингов. Таким образом, 3 шиллинга прибавочной стоимости (30-27=3) придет к собственнику от рынка, то есть от тех же рабочих, служащих, других собственников, но никак ни от работника, производившего пряжу.

Маркс умышленно сузил предикат суждения: там, где необходимо рассматривать в качестве предмета исследования рабочий день целиком, он сократил его до половины, чем привел к ложности суждение.

В этой логике усматривается благородное стремление Маркса обнаружить (найти) несправедливую сущность капитализма. Однако эта логика и стала причиной краха СССР.

Очевидным является то, что наемный работник, создавая в процессе труда продукт, не сможет создать более того, что изначально задано количеством капитала. Задействованное количество капитала определяет необходимое количество продукта. Таким образом, создание неоплаченного прибавочного продукта невозможно. Ему не из чего появиться, труд наемного работника не к чему будет приложить. В этом случае продолжительность его рабочего дня будет сокращена.

Количество потраченного капитала на производство продукта определяет его себестоимость, которая включает в себя в том числе и стоимость труда. Она равномерно распределятся на все количество произведенного продукта. В этой связи труд, потраченный на производство продукта, в любое время является оплаченным.