Константин Кузнецов – Сто килограммов для прогресса. Часть первая (страница 62)

Генуэзцы настаивали на кандидатуре Шейдака, потому как его поддерживал Ахмат-хан. И они опасались обострения с Золотой Ордой, так как под удар могли попасть попасть колонии Тана, Копа, Мапа. Как предотвратить эти события, вызвавшие отставку Менгли Гирея, я не знаю, надо думать.

Подошел срок проведения отбора на должности командиров отделений, заявились больше половины. И начались отборочные испытания: марш-бросок на восемь километров с грузом в десять килограмм (пацаны еще мелковаты), стрельба, проверка глазомера, собеседование на русском языке. До финального испытания дошли только двадцать человек. И на испытании по "практическому командованию" было тоже интересно. Испытуемому приходилось не только демонстрировать командный голос, но и организовать в слаженную группу "сборную солянку", и это еще скрытый тест на авторитет. С этим тоже не все справились, так что отобранные двенадцать человек были неплохие командиры отделений. А болельщиков сколько было! Это же опять какое зрелище, телевизоров и интернета тут нет.

Провели торжественное мероприятие — принятие присяги, вручение погон солдата, серебряный крестик на шею. И первая зарплата в десять сольдо.

Каждое воскресенье, половина личного состава (по очереди) гуляет в Чернореченске. Около площади, что между часовней и клубом, организовали подобие парка, там сохранилось несколько деревьев, под ними поставили скамейки, отсыпали гравием дорожки. Невдалеке поставили небольшую лавку, туда переехало "сельпо" из кабинета Ратмиры, но там еще стали продавать сладости — печенье, пряники и сухофрукты. Так что большая часть зарплаты солдат уходит в эту лавку. Хотя и погода сейчас не для прогулок по парку, место стало очень популярное в городке. Теперь, по воскресеньям, часть мужиков шло на плотину рыбачить, а остальная часть населения наряжалась кто во что, и прогуливались по площади и парку.

Приступил к переформированию отделений и взводов. В третий взвод свели хороших наездников, там не все отличные всадники, добирали средненькими, но всех можно хоть сейчас в седло и вперед. А первый и второй взвод — просто равномерно перемешали по национальному составу и по сроку службы. Теперь наша караульная служба выглядит так — пост охраны на входе в промзону, двое часовых на вышках, и парный конный патруль объезжает окрестности. Еще начали тренироваться в стрельбе на скаку, у наших винтовок короткий ствол, большой приклад и слабая отдача. Стрелять с одной руки получается довольно неплохо.

Еще у меня из головы не выходит предстоящий татарский кризис. Вижу пока только один вариант, но он не очень хороший — "нет человека — нет проблемы", то есть ликвидировать Шейдака. Но, во-первых, если его смерть свяжут со мной, то будут большие проблемы. А во-вторых, я не могу просчитать все важные последствия этого события, кроме одного положительного — Менгли Гирей останется ханом на момент нападения османов и будет воевать против османов и за генуэзцев.

И да, слово "ликвидация" натолкнуло меня на мысли о развитии стрелкового дела. Заказал я винтовку со стволом в четыреста миллиметров и креплением "ластохвост" под оптический прицел. Но это не главное, нужна оболочечная пуля, свинцовую не разгонишь до больших скоростей.

Сделали "красную" латунь с содержанием цинка в десять процентов — томпак, раскатали в лист, тоньше чем для гильз. Частично используя оснастку для гильз, частично сделав новую, наштамповали стаканчиков диаметром девять миллиметров и длиной в пятнадцать, это проще чем гильзы. Теперь пулелейка под свинцовый сердечник. Пуля будет полуоболочка — со свинцовым кончиком, ее сделать проще чем FMJ. Запрессовали сердечник в стакан. Теперь двухсторонний штамп, который сформирует финальный контур пули. Форму пули я попытался восстановить по памяти, по аналогии с пулями наилучшей баллистики.

Заштамповали пулю — свинец лишний. Подбираем, уменьшаем вес сердечника, подогнали вес к 150 гранам что равно 9,72 грамма. Теперь пуля ровная. Отполировали финальный штамп — пуля стала еще и красивой. Надо теперь подобрать навеску пороха. Я с собой брал много пороха Сунар 32 и пятьсот грамм пороха Сунар 410. Он более медленный, но с длинным стволом можно разогнать пулю сильнее. Мои старые расчеты показывают, что при навеске пороха в 0,8 грамма получаем скорость при длинном стволе в 520 м/с и около 1300 джоулей энергии. Правда пороха хватит только на шестьсот выстрелов. Зарядили, попробовали — превышения давления нет, капсюль не вдавливается.

Стали отстреливать, пристрелял оптику на сто метров — показал Акиму, Игнату и Савве как пользоваться прицелом. Пока это секретная винтовка с ограниченным доступом. Два дня пристреливали, можем попасть на триста метров в голову, но, если там не триста, а триста пятьдесят метров, то пуля проходит ниже почти на метр. Да, баллистика так себе, но уже далеко не пистолетная. Надо уменьшать калибр. Пробовали уже, восемь миллиметров сверлить — получается, а меньше уже нет, режущая головка садится очень быстро, жесткость трубы сверла падает, отверстие становится овальным — фигня полная. А на восемь миллиметров переходить смысла нет. Ну пока хоть так, уже неплохая винтовка.

Идею оптики не забыли, при двойной переплавки стекла получили довольно прозрачные и однородные образцы. Отлили несколько линз, теперь полируют.

Как я пришел со стрельбища, так на меня навалилось — медную проволоку наделали разных диаметров, надо изоляцию делать, отфрезеровали казенник для орудия. Кузнецы попробовали выковать прошивной ствол для орудия — думали, что получилось — а внутренняя оправка не вытаскивается — сварилась с заготовкой намертво. Будем еще пробовать отлить ствол из чугуна по улучшенным технологиям, если не получится — будем сверлить. Готовим вагранку к запуску, попробуем легированный чугун сделать.

По изоляции проволоки — ну тут наш любимый карболит, загвоздка только в том, что ему надо твердеть в печи три часа, и как сделать чтобы три часа проволока ничего не касалась. Решили сделать длинную печь, через которую будет медленно проходить натянутая проволока, на входе намазываться — на выходе наматываться. Сделаем прохождение печи хотя бы час, чтобы витки не слипались, потом будем догревать в катушке.

Разожгли вагранку отлили ствол орудия и еще детали для станков. Теперь термообработка — нужен нагрев до 94 °C в течении пяти часов. В горне сделали песчаную постель, прогрели — потом закалка, потом еще отпуск — два часа при 70 °C. Стали проверять контрольный слиток в виде куска ствола. Стали ломать на наковальне — бьем все сильнее и сильнее — держит. Еще прибавили — он уже стал слегка овальным, и только после этого лопнул. Ну, этот чугун намного лучше, вот только на это уходит очень много угля. На станке горизонтального сверления прошлифовали канал ствола. Собрали пушку.

В это время кузнецы пытались сделать гильзу из стали, выковать целиком не получилось, стали делать сварную: из листа свернули трубу, на оправке сварили кузнечной сваркой и проковали — гильза будет немного коническая, чтобы меньше клинила. Выковали заготовку донца гильзы — проточили на токарном. Около ранта сделали проточку — туда зачеканивают край трубы. Гильзу еще раз проточили в размер, просверлили и нарезали отверстие под капсюльную втулку. Втулку сделали с промежуточным зарядом мелкого дымного пороха — чтобы создать форс пламени на весь заряд гильзы. Выточили снаряд-болванку, зарядили. Пушку опять прикрутили к колоде, поехали стрелять.

Опять земляной вал и другие меры предосторожности. Стрельнули — нормально, ничего не развалилось, полено в щепки, облако дыма. Затвор открывается нормально, гильза целая. Можно еще стрелять. Заказал кузнецам еще пять гильз. Надо проверить на максимальное давление — насыпали полную гильзу дымного пистолетного пороха — у него скорость горения выше, и он даст большой импульс давления.

Звук громче и немного звенящий. Затвор открывается туго, капсульную втулку вмазало в зеркало затвора, гильза не выходит — выбили шомполом. Гильза треснула вдоль, а пушка вся целая — держит. Даже молотком постучал по стволу — звук не изменился. Можно дальше испытывать. Пока куют гильзы делаем лафет, довольно простой, образца начала девятнадцатого века, калибр у пушки небольшой. Когда пушку поставили на лафет — сразу захотелось повоевать с Наполеоном. Хотя отличия есть — пушка-то казнозарядная.

Будем стрелять на дальность, и вот тут главная засада — нарезов-то нету. Я даже еще один снаряд выстрелил для проверки — чуда не произошло, снаряд, кувыркаясь, боком вошел в склон холма. Придется стрелять ядрами, но ядра легче — чугунное или кованное ядро калибром сорок миллиметров весит всего двести шестьдесят грамм. Заметил, что большой выброс пламени из ствола — не весь порох сгорает. Замерили глубину проникновения ядра в кучу влажной глины — косвенное измерение энергии. Стали снижать навеску пороха — энергия не меняется. Только когда снизили почти на треть — энергия немного уменьшилась. Чуть увеличили навеску и посчитали оптимальной.

А порох-то дымный, ствол баним после каждого выстрела — но с казнозарядным орудием и тут выгода — чистить можно со стороны казенника, не надо оббегать пушку. Хотя такой калибр на суше применять особо некуда, разве что ворота крепости ломать. А вот для морского применения — сейчас проверим. Сделали щит из бруса в сто миллиметров — легко пробили со ста метров. И сто пятьдесят пробили, и двести. А двести пятьдесят уже на пределе. Ну для галеры хватит точно. Попробуем отлить чугунный ствол с нарезами.