Константин Кузнецов – Предвестник Бури (страница 26)
— Могу я узнать, попадет ли данный доклад к старейшинам Культа?
— Пока мы не установили причину, не стоит беспокоить древнейших по пустякам. В отличие от нас, у них нет времени терзаться пустыми догадками, — спокойно, без всякого недовольства пояснил глава тайной экспедиции.
На этот раз мерцание лампы распространилось на весь подъезд. Сначала свет в погас в подъезде, а через пару минут — и во всем доме. Послышались недовольные возгласы с улицы. Дома тухли один за другим, как спички. Валера выглянул на улицу и чертыхнулся.
— Что там такое? — взволнованно спросила Рита.
— Похоже, какая-та авария. А может америкосы на нас все-таки напали. Везде темень. Даже фонари вырубились.
— А разве такое бывает?
Но участковый не ответил. Просто не успел. Настенные часы громко пробили двенадцать.
Первым опомнился Иваныч, он резко обернулся и заскрипел зубами. Молодой человек в толстовке стоял в дальнем углу комнаты. Замерев на месте, он, будто полководец, наблюдал за своей немногочисленной армией, ожидающей следующего приказа.
Присев за стол, юноша выложил на стол короткий список. Семь имен, три из которых уже перечеркнуты обычным красным карандашом. Капюшон дернулся — безликий указал на часы, затем продемонстрировал на пальцах цифру три. Ткнул в первое имя.
Рита вздрогнула, почувствовав неприятное покалывание возле шеи. Это был сигнал. Новая жертва досталась именно ей. Кивнув, девушка закрыла глаза, и сделала глубокий вдох. Мысленные образы пришли незамедлительно.
Это была молодая студентка: возрастом не старше самой Риты. Двадцать лет. Короткие рыжие волосы, небольшого роста, фигура несформировавшаяся, словно у подростка. У таких как она на уме всякая ерунда: музыка, сплетни, пересуды, все что угодно, но только не противоположный пол.
…Вот жертва выходит из обычной панельной пятиэтажки на окраине Москвы. Адрес зафиксировался в памяти. Потом садится в электричку, с трудом протискивается внутрь. Уступает кому-то место. Улыбка яркая, очаровательная. Добирается до института. На парах сидит усидчиво — видно, что учеба ей нравится. К шести возвращается домой. Помогает матери с ужином, болтает вечером с подружкой и ложится спать. Счастливая тихая жизнь.
На девичьих глазах выступили слезы. Она не была убийцей и не хотела ей быть, но нынешние обстоятельства вынуждали Риту полностью и безоговорочно подчиняться покровителю.
— А что если у меня не получится? — человеческая неуверенность взяла вверх. Ведь лишить жизни человека открыто, а возможно и прилюдно, это совсем не тоже самое, что подтолкнуть его к роковому шагу в окно.
Безликий привычно щелкнул пальцами: в висках возникла острая, будто бритва боль.
Рита всхлипнула и, набрав в легкие побольше воздуха, уставилась на юношу. Ее глаза были полны ненависти.
— За что вы их уничтожаете, что такого они вам сделали? Что МЫ вам сделали⁈
Кулаки покровителя сжались. На лакированной поверхности остались две приличного размера вмятины.
Оказавшись рядом с Ритой, Валера обнял ее за плечи и слегка отстранил в сторону, загородив собой.
— Она не виновата, это я хотел спросить! Мой вопрос. Накажи меня.
Глубокий капюшон толстовки раздулся, словно у кобры. Густой мрак, что наполнял его, ожил, зашевелился.
Рите показалось, будто она действительно увидела извивающихся внутри черноты ужасных гадов — на том самом месте, где должно было быть лицо. А потом появились глаза. Нечеловеческие глаза. Две огненные вспышки округлой формы.
И в ту же секунду в ее голове возникли образы. Яркие картинки, словно невероятно четкое кино.
Безликий показал ей ужас. До краев наполнив рабыню страданиями. Она увидела смерть во всей своей кошмарной красе.
Испуганно заслонив лицо руками, девушка упала на колени и зарыдала. Лучше бы он наградил ее порцией огненной боли, скрутил в узел жилы, сломал и вновь собрал кости. Выжег очередное клеймо. Что угодно!.. Только наказание, что придумал покровитель, оказалось куда изощрений всех предыдущих.
Пытаясь поддержать Риту, участковый обнял ее, сильно-сильно, как только мог. Но разве прикосновения мертвого тела могли излечить душевные раны…
Упав рядом, Валера заскрипел зубами не в силах что либо изменить. Безликий преподал им очередной жестокий урок.
Можно было двигаться дальше.
Указав на следующее имя, юноша уставился на инженера. Тот коротко кивнул, всем своим видом выражая щенячью преданность.
Но что-то пошло не так…
Хозяин на миг прервался.
Переместившись к окну, он выглянул из-за шторы на улицу. В кромешной темноте, над влажным асфальтом, мелькали огни сотовых телефонов. Повсюду царила паника. Лишившись света, люди спешили по домам, чтобы укрыться от иллюзорной опасности, что притаилась во мраке.
Дрон завис чуть выше и левее окна. Камера была направлена на юношу в спортивной толстовке, который будто и не замечал механического соглядатая. Только это было притворное равнодушие. Капюшон медленно повернулся — подняв руки на уровне груди, юноша сжал ладони, будто собирался слепить снежок. Зависший над землей дрон внезапно видоизменился. На хрупком пластике возникли глубокие вмятины, одна из опор, в месте где был закреплен винт, разлетелась в клочья.
Ладони сомкнулись.
И это движение было подобно взрывной волне. Второй винт тут же выскочил из крепления. Через секунду дрон превратился в непонятный сгусток пластика, словно смятый лист бумаги.
Ладони опустились вниз, и юноша последовал в дальний угол комнаты, откуда всегда появлялся и куда всегда уходил.
Мгновение, и его силуэт растворился в темноте.
Рита убрала руки от лица, ее красные от слез глаза уставились на участкового. Валера выглядел не лучшим образом: потухший взгляд, проступившие на пухлом лице острые скулы, многочисленные кровоподтеки. Но он нашел в себе силы поцеловать ее в щеку и успокоить нежным прикосновением. Ничего не ответив, девушка всхлипнула и положила ему голову на плечо. Презрительный взгляд инженера уткнулся ей в спину.
— Вы как хотите, а я в деле. Все что сказал, все исполню. Заслуживающий кары — должен ее получить. Так что, голубки, настоятельно рекомендую вам не дурить. А то наломаете дров, а мне отвечай.
Валера его не слушал. Прижавшись к Рите, он впервые почувствовал себя абсолютно счастливыми. Никаких гнетущих мыслей, страхов и прочей ерунды. Поэтому он просто молчал, наслаждаясь драгоценными секундами. Ему было не важно, что произойдет завтра, после завтра, даже через сотню лет.
— Мы справимся, мы совсем справимся, — пообещал он.
Рита быстро закивала. Ей безумно хотелось верить, что все получится, и они смогут освободиться от рабского клейма. А чуть будет дальше — бессмысленно гадать. Жизнь, смерть, пустота. Главное, что рядом с ней оказалась родственная душа. И в настоящий миг между ними зарождалось нечто невероятное. Симпатия? Нет нечто большее. Любовь? Для этого слишком рано. Тогда что? У этого чувства не было названия. Рите просто было хорошо, и точка.
— Мы обязательно будем вместе, — раздался спокойный, уверенный голос Валеры. И этого обещания вполне хватило для осознания одной простой истины — она готова пойти за ним хоть на край света.
Закончив лепить небольшую глиняную фигурку, диггер покрутил внимательно осмотрел её со всех сторон, и в конечном итоге остался доволен работой. Водрузив голема на круглый постамент, прямо напротив зеркала в старинной кованой оправе, он не спеша отошел в сторону.
— Думаешь, получится? — с надеждой спросил Года.
Я слышал, что древние боги весьма близоруки, — улыбнулся диггер и аккуратно ссыпал стружку в специальный контейнер.
Настало время для ритуала.
— Серьезный обман мы с тобой затеяли, — потерев руки, старый мошенник с надеждой уставился на Богомола.
Тот молча согласился. Вернулся к постаменту, поставил фигурку ровнее: так, чтобы отражение не выходило за рамки зеркального овала. Перед глинной копией прикрепил фотографию Блуда.
— Можно начинать.
— Тебе помочь? — уточнил Года.
— Нет, справлюсь сам. Иначе какой из меня ведун.
Две свечи вспыхнули ярко-желтым светом, но разгореться так и не успели. Ровное пламя тут же начало метаться, словно внезапного сквозняка.
Положив руки на стол, Богомол закрыл глаза и опустил голову, прижав ее к груди. Комната наполнилась странным гортанным пением. Язык предков разделился на два голоса — вторым стал баритон Годы.
Закрыв глаза, мошенник ощутил как стремительно в старую квартиру стекается запредельная сила. Сквозь тьму, он разглядел бездонный колодец, сложенный из округлых валунов. Подошел ближе и осторожно заглянул внутрь: вода медленно поднималась вверх. Плотная, маслянистая, напоминающая ртуть.
Это была сила предков. Энергия, сотканная из праха прошлого. Когда-то она властвовала повсеместно, но всему свое время. Теперь она ушла под землю, вместе с теми, кто питал ее, своими поступками, победами, властью.
Открыв глаза, Года облегченно выдохнул: вся комната была заполнена водой по самую щиколотку. Ровная гладь напоминала причудливый ковер без рисунка.