Константин Крюгер – Москва – Гурзуф – Москва. И другие рассказки (страница 1)
Москва – Гурзуф – Москва
И другие рассказки
Константин Крюгер
При поддержке: Кропф А.Ф., Рипп. А.Е., Федулов Е.О., Куропатков М. Е.
© Константин Крюгер, 2021
© Евгений Федулов, фотографии, 2021
© Александр Смирнов, фотографии, 2021
© Сергей Рахинский, фотографии, 2021
© Юлия Бирюкова, дизайн обложки, 2021
ISBN 978-5-4483-2743-8
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Я хочу выразить искреннюю благодарность своим редакторам – любимой Юлии и двум Екатеринам, основным критикам и рецензентам Андрею и Александру и мэтру Ильичу за долготерпение и отзывчивость.
Огромную роль в создании книги сыграли друзья юности, молодости и всей жизни – Андрей Рипп, Колюнька, Джефф, Эдуардик, Елена Лунёва, Мишка «Хиппи», Михаил Алфимов, Игорь Солдащенский и многие-многие другие.
Книга посвящается светлой памяти всех тех, кто подвигнул меня на стезю творчества – младшему брату Борьке, Борису «Ра», Мишке «Нильсону», Косте «Малышу», Игорю «Бамбине», Александру «Полковнику» Терентьеву, Николаю «Куке», Шуре «Помидору», Косте «Моське» и остальным, не упомянутым…
Предисловие
Описать некоторые, а скорее определённые, куски жизни я хотел всегда – не хватало времени, и стыковки необходимости и усидчивости. Все время бежал, хотел «объять необъятное». Но в последнее время воспоминания всё чаще стали рваться наружу, и понял – пора.
Большинство друзей признает, что с памятью у меня все отлично – помню даже то, что и не очень должен, учитывая регулярное и не всегда умеренное употребление алкоголя. Это не бравада, а горькое сожаление! Перенося содержимое памяти на «жесткие носители», я надеюсь сохранить дорогие мне воспоминания и одновременно почистить «винчестер» в голове.
Любимый музыкант Ян Андерсон – бессменный лидер группы «Jethro Tull» – однажды в интервью сказал: «Услышав игру Эрика Клептона, я понял, что на гитаре даже в одну лигу с ним не попадаю, и выбрал другой инструмент, на котором преуспел!».
Воспитанный на Паустовском, и позднее, потрясенный рассказами Бунина, я понимал, что до их прозы – «дистанции огромного размера», а другим инструментом не владею. Но творил ещё замечательный бытописатель Гиляровский, позже появились книги рассказчиков Довлатова и Веллера. Их и следует считать «крёстными отцами» этого опуса.
Литературное творчество Довлатова и Веллера связано с городом на Неве, а любимый Гиляровский писал о Москве конца 19 – начала 20 века. Мой дневник охватывает период на столетие позже. Он про москвичей бывших и нынешних, и для них же.
Я не великомосковский шовинист – «Понаехали тут!» – и надеюсь, что все упоминания Москвы и большинства героев, коренных жителей столицы, не отторгнут иногородних читателей и «новых» москвичей.
С детства любимый К. Паустовский сформулировал отношение к сочинительству следующими словами:
В своих виршах я стараюсь в точности отражать факты быстропротекающей жизни, а не следовать мечтательному желанию глубокоуважаемого мэтра, хотя иногда очень хочется и, как следствие, изредка случается!
Все события, упомянутые в дневниковых записках, происходили при моем непосредственном участии, а персонажи – друзья, знакомые и родственники. Поэтому присказка «Сам я огурец не видал, но конюх из соседней деревни рассказал, что их барин едал и говорил, что вкусно» – не про эти опусы. Правда, в некоторых из них автор слегка отступил от 100% -ой истинности, но, отнюдь, «не ради красного словца», а оберегая особо ранимых и до сих пор «зашифрованных» персонажей.
Большая часть героев рассказок, к глубокому сожалению, уже нас покинула. И каждый год старуха с косой продолжает жатву: всё больше времени я провожу на Московских кладбищах, упокоивших родных и друзей.
«Кто не помнит прошлого – у того нет будущего!», – эти слова Ключевского, услышанные от отца в раннем детстве, я сразу воспринял как руководство к действию.
Дневник – дань памяти людям, очень значимым для меня. И это не плач по ушедшей «империи, которую мы потеряли», скорее весёлые воспоминания обо всем хорошем, что было в той жизни, ныне называемой «Совком».
Получившиеся рассказки удалось объединить в определенные циклы: Друзья, Родня, Однокашники, Наш Гурзуф, Странствия, Служба, события и персонажи в которых тесно переплетаются.
Дневник предполагает некоторую историческую последовательность, рассказки же «пляшутся» от героя, поэтому время и место в них – факторы переменные.
Комментарий №1 – Ответ на письма читателей
У читателя опусов может сложиться впечатление, что я и мои друзья никогда нигде не работали и не учились, так сказать, не созидали, а только выпивали, веселились и «занимались любовью».
Все мы упорно и серьёзно учились, позднее честно и напряжённо работали «на благо построения…» в соответствующей времени обстановке, со всеми определёнными тем строем условностями.
В предисловии я особо подчеркнул, что в дневниковых рассказках описываю только то хорошее, весёлое и смешное, что сохранила память из уже далёкого периода «развитого социализма».
Даже в «эпоху застоя», и как теперь пишут в эру «полного отсутствия свобод», «заколюченные» от всего мира, мы хотели и умели радоваться жизни.
Комментарий №2 – Ещё один ответ на письма читателей
В рассказках я «бытописую» жизнь друзей, знакомых и родственников в период с 70-х до 90-х годов прошлого века. Все забавные случаи происходили в реалиях Советской власти в Великой Стране, называвшейся Советским Союзом.
В отличие от Сергея Довлатова, на творчество которого я ориентируюсь, у меня в друзьях не состояли Иосиф Бродский и другие, не менее известные личности того периода.
Мне не довелось опохмелять великого Саврасова, сиживать в кабаках и трактирах со знаменитыми российскими актёрами и издателями или «ручкаться» с «сильными мира сего» своего времени, как это удалось величайшему знатоку московского быта «Дяде Гиляю», ещё одной путеводной звезде моего творчества.
Но для меня и моих сверстников, надеюсь также, что и для представителей других поколений, герои опусов и события, происходившие с ними, не менее интересны. Тем более, что большую часть персонажей составляют неординарные субъекты с интеллектом существенно выше среднего, обладающие сильно-развитым чувством юмора, что особенно ценно во все времена и эпохи!
Первые впечатления
Гурзуф. Предисловие
Гурзуф – это целая эпопея. Значительная часть моей юности, молодости и занимательного процесса взросления прошли в этом небольшом крымском поселке, входящем в Большую Ялту.