Константин Кривчиков – Эффект плацебо. Фантастика и детективы (страница 10)

– Постарайтесь мне помочь.

– Чем?

– Подумайте о том, кому может быть выгодна ваша смерть.

– Но… Ума не приложу.

– Не исключено, что это связано с какой-то информацией. Где вы работаете?

– В детской городской больнице. Я экономист.

– Может, какие-то хищения? Главврач ворует, вы что-то прознали, сказали ему. Могло такое быть?

– Ерунда. Я только смету составляю. Да и какие там хищения при таком бюджетном финансировании?

Это верно. Не годится. Я покачал головой.

– А месть?

– Месть? Не понимаю. Я никогда и никому не делала плохого. И вообще очень редко ссорюсь с людьми.

– Я тоже не понимаю. Какие еще могут быть мотивы?

Посмотрел на нее. На пальце золотое колечко с камушком, в ушах – маленькие сережки. Я не разбираюсь в драгоценностях, но не похоже, чтобы это тянуло на много миллионов.

– Почему вы на меня так смотрите?

– Может быть, вы богаты? Точнее, я хотел сказать, не связано ли это с наследством?

– Наследство? После меня? Разве что двухкомнатная квартира. На зарплату экономиста особенно не разбежишься.

И это верно. В чем же крючок?

– Простите, а кто ваш бывший муж? Вы сказали… Я так понял, что вы были замужем.

– Да, это так… Мы развелись еще лет десять назад. Вот бывший муж – очень богатый человек. Занимается лесозаготовками, мебель производит и прочее.

Я пытался поймать ускользающую мысль. Что меня больше всего поразило, когда я узнал о заказе? То, что женщину хотели убить вместе с ребенком. Я еще подумал: чем он провинился?

– А девочка? Она…

– Марина… наша дочь.

– У вашего бывшего мужа есть другие дети?

– Мы не общаемся после развода. Но, кажется, что нет.

– Совсем не общаетесь?

– Да. Знаете, я просто вычеркнула его из памяти.

– А как же дочка?

Она долго не отвечала. В итоге ответила не по существу:

– А какое вам дело? Это наши личные дела.

– Может, и так. А, может, и нет. Мне непонятно, неужели он совсем не видится с дочерью? В конце концов, он же должен давать деньги на ее содержание.

– Это долгая история. – Щеки ее внезапно порозовели. – Даже не знаю, зачем я вам это говорю… Видите ли, он считал, что Марина – не его дочь. Из-за этого мы и развелись. И я вычеркнула его из памяти.

– Даже на алименты не подали?

– Нет.

Так. Что-то тут не вяжется. Не подоить папашу-миллионера для блага родной дочери? Не похоже это на женщин.

– Значит, вы не знаете точно, есть ли у него другие дети?

– Думаю, что нет.

– Но если вы не общаетесь, откуда…

– Ну… есть тут один нюанс. В общем, он бесплоден. Это выяснилось, когда… В общем, это не так важно.

Вот оно что. То-то она покраснела и упирается, как Зоя Космодемьянская на допросе. Изменила мужу, забеременела от любовника. А потом муж, видимо, что-то прознал или почувствовал неладное и собрал соответствующую информацию. В результате – развод. На алименты она не стала подавать, потому что при генетической экспертизе все всплывет, а суд она, естественно, проиграет. Возможно, что существуют еще какие-то обстоятельства, но для меня сейчас не это важно. Важно, что де-юре Марина продолжает считаться дочерью этого богатея-лесозаводчика. И если у него нет других детей…

– Как его зовут?

– Матвей Галушко… Я так устала от нашего разговора. Скажите, почему бы нам не обратиться к капитану?

– Пока не надо. Поверьте, это преждевременно и… И даже опасно.

– Почему? Боитесь, что вас арестуют?

– И это тоже. Но, видите ли… Я не могу исключать того, что капитан в сговоре с убийцами, – соврал я. А что делать? Если она побежит к капитану, то я пропал. Да и она, возможно, тоже. – Но на данный момент опасаться нечего. Ведите себя спокойно, только не стоит сегодня гулять по палубе. И дверь закрывайте на ключ.

– Хорошо, – она послушно кивнула.

Я умею убеждать и уговаривать. Недаром психология когда-то была моим любимым предметом после тактики допроса. Разве что на зоне несколько утратил навыки общения с дамами.

– Я схожу за дочкой, ладно? – неуверенно произнесла Татьяна. – А то как-то…

– Сходите. Но не говорите ей ничего. Зачем лишний раз нервировать ребенка?

– Я понимаю. А вы, вы что будете делать?

– Мне нужно кое-что выяснить. Я буду держать вас в курсе.

Разговор с Татьяной навел на след, который требовалось немедленно отработать. Я зашел в библиотеку и попросил подшивки красноярских газет. Задумчивая шатенка лет сорока (уф, хоть эта вне подозрений), с увлечением разгадывавшая японский кроссворд, недоуменно хлопнула ресницами:

– Подшивки?

– Ну да.

– Вы смеетесь? Библиотека здесь всего три месяца работает, пока навигация идет. – Реагируя на мое расстроенное лицо, добавила: – Почитать хотите? У нас журналы имеются.

– Да нет. Мне бы чего-нибудь новостное. Понимаете, я два месяца в тайге сидел, геолог. От жизни отстал, хотел в курс местных событий войти.

– А, если так… К сожалению, есть только пара свежих номеров «Городских новостей». Относительно свежих, купили перед выходом из Красноярска. Устроит?

– Уже хлеб. Дайте глянуть.

В номере за пятнадцатое августа ничего подходящего я не нашел. Шатенка, с любопытством наблюдавшая за тем, как я шустро просматриваю текст и переворачиваю страницы, спросила:

– Что, ничего интересного?

– Почему? Кое-что попадается. Вот, новый асфальт на улице Республики положили. Просто я умею читать по диагонали. Есть такая методика быстрого чтения.

Искомое обнаружилось в номере от семнадцатого. Небольшой некролог на последней странице городской газеты сообщал о скоропостижной смерти известного бизнесмена и мецената Матвея Галушко. Вот и мотив – дочь покойного может стать владелицей огромного состояния.

Миллионер скончался пятнадцатого августа, а из этого вытекало, что заказчик имел примерно неделю на то, чтобы организовать убийство наследницы. До того, как она очутится на теплоходе. Срок очень сжатый, но реальный при наличии контактов в криминальной среде. Татьяна, в свою очередь, могла и не знать о кончине бывшего мужа, которого, по ее словам, давно вычеркнула из жизни. Да еще и находилась в момент смерти в Дудинке. А вот заказчик, понятно, в курсе и при таком раскладе имеет явные притязания на наследство олигарха. Могут ли быть другие мотивы для убийства ребенка? Трансплантация органов? Если только на уровне бреда.

– Уже все? – с разочарованием спросила шатенка, когда я положил газету на стол.

– Была бы подшивка, я бы у вас до утра задержался.

– Да? – Она машинально, словно перед зеркалом, поправила прическу. – Вообще-то мы по ночам не работаем. По ночам надо отдыхать.