Константин Костин – Салли Шеппард, демонолог и другие (страница 25)
— О, простите мою забывчивость! — профессор хлопнул себя по лбу, — Я забыл представиться вам. Да и своих коллег, членов Испытательной Комиссии, я также не представил…
Испытательной? Но…
— Меня, — начал профессор, — зовут профессор Никколо Фраус…
«Угадала, — подумала Салли, — он на самом деле профессор… Тот самый профессор Фраус, о котором с таким обожанием упоминает доктор Инген…».
— … и я являюсь ректором Академии Демонологии, то есть, вот этой самой Академии, также сокращенно именуемой АД. По правую руку от меня сидит моя постоянная помощница и заместительница — профессор Мария Северита…
Женщина с худым лицом, немного похожая на изголодавшуюся ворону, недовольно поморщилась, но все-таки приподнялась, приветствуя студентов.
Да, студентов. Салли обдумала эту мысль, но пришла к выводу, что не чувствует в себе никаких изменений. Наверное, она еще не привыкла к мысли, что попала в Академию Демонологии…
Тем временем ректор продолжал представлять остальных сидящих за столом:
— … представитель Городского Совета Тенебрума, почтенный господин Герхард Гольденсак…
Голован в дорогом бархатном костюме качнул головой, не вставая. Оно и понятно: для него, как успела заметить Салли, был поставлен специальный высокий стул и если почтенный господин встанет, то разом потеряет всю свою почтенность, ибо скроется за столом, из-за которого будет выглядывать только огромная лысина.
— доктор Геральд Фаб, куратор шестого курса…
Высокий демонолог, худой и какой-то сплющенный с боков, как будто его протискивали через узкую щель…
— доктор Диана Каулис, куратор пятого курса…
Невысокая пухленькая женщина с очаровательно румяными щечками жизнерадостно помахала рукой…
— доктор Реджинальд Перикл, куратор четвертого курса…
Чем-то похожий на доктора Каулис демонолог, такой же пухлый, невысокий, похожий на шарик из вороненой стали…
— доктор Стивен Робур, куратор третьего курса…
Молодой демонолог, почти юноша, бледный, как мертвец, несколько нервно поклонился студентам…
— доктор Морган Ламина, куратор второго курса…
Высокая женщина, чью мускулатуру не скрывала даже кожаная куртка, коротко дернула головой, изобразив поклон…
— И, наконец… — ректор загадочно улыбнулся. Салли сообразила, что сейчас назовут того, кто будет курировать их курс, — Я хочу представить вашего будущего круатора… ох, простите, куратора… нашего новоприбывшего коллегу… доктора Бернарда Аверсанда.
Уже знакомый Салли мерзкий доктор неторопливо поднялся, обвел замерших первокурсников взглядом голодного стервятника и нашел Салли. Глаза доктора прищурились, и на губах медленно появилась неприятная улыбка.
Пухлый Монтгомери Лейс задрожал и, кажется, собрался падать в обморок. Получил тычок в бок от Электры и передумал.
Профессор Фраус, тем временем, продолжил представлять сидящих:
— Также не могу не упомянуть нашего бессменного смотрителя, господина Элайю Мура.
Гигант, сидевший почти с краю, на предназначенном для него кресле, похожем на бронированный диван, слегка качнулся вперед и свежеиспеченные студенты невольно подались чуть назад.
Гиганты, на самом деле, были не так опасны, как казались на первый взгляд. Обычный гигант выглядел как мускулистый, пропорционально сложенный человек, даже красивый, если вам, конечно, нравятся светлые кудрявые волосы и бороды — гиганты бриться не любили — и голубые глаза… Ах да — рост гиганта в раза в полтора превышал человеческий. Гигантессы же выглядели как женщины такого же роста, стройные, красивые, светловолосые.
При всей своей похожести на людей, гиганты людьми не были, являясь магическими существами: их сила многократно превышала силу не просто человека — десятков человек, на них не действовала магия, их не брали яды…
Учитывая, что умом гиганты не отличались от людей — а многих представителей человеческого племени и превосходили — они давно уже захватили власть во всех государствах мира, если бы… Если бы не их крайнее добродушие и острое нежелание заниматься такими серьезными вещами, как управление. Командовать гиганты не любили и не умели.
Не представленными остались только два демонолога, сидевшие по обе стороны стола. Оба одинаковые, как братья-близнецы, оба хмурые, как братья-близнецы на похоронах, отличались они разве что повязками на рукавах своих черных кожаных курток: у левого повязка мерцала синим светом, у правого — алым.
Синие повязки — это прокураторы, изгоняющие демонов на государственной службе, этих Салли знала. А вот алая…
— И, наконец, не могу не представить двух представителей государства на нашем испытании, — продолжал профессор Фраус, — Верховный прокуратор Атрокс, глава Прокуратуры Тенебрума.
«Синяя повязка» коротко кивнул.
— … и Верховный ультор Кардус, глава Ульторатуры.
«Алая повязка» лениво наклонил голову.
Салли мысленно сделала себе заметку: спросить, кто такие ульторы. Уж больно неприятно выглядел их верховный…
— Ну что ж… — ректор предвкушающе потер руки.
— ХУМ.
Раздавшийся в зале звук шел, казалось, сразу отовсюду, проникал внутрь тела и заставлял все в животе вибрировать.
Студенты заозирались.
— Как я мог забыть, — хлопнул себя по лбу Фраус, — Ведь сегодня с нами присутствует еще один наш коллега. Профессор Софис, прошу любить и жаловать.
Ректор указал на край стола, где не было абсолютно никого. Никого, кроме…
Зеркала?
Огромное зеркало, до сей поры стоявшее у стола, плавно повернулось, отразив в своем стекле раскрывших рты студентов. Поверхность его пошла медленными волнами:
— ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ В АКАДЕМИЮ.
В этот раз голос зеркала — профессора Софиса? — не был ТАК ошеломляющ, как в первый раз, его даже можно было назвать негромким, но все равно оставалось неприятное ощущение, что барабанные перепонки продолжают колыхаться, даже когда голос отзвучал.
— Итак, когда все члены нашей Испытательной комиссии представлены…
— ХУМ.
Ректор повернулся к зеркалу-Софису. Оно вело себя как-то странно. Как-то странно даже для говорящего зеркала в звании профессора. По гладкой поверхности пошли круговые волны, как будто в центр зеркала упала гигантская капля. Волны пошли кругами, отразились от края зеркала, побежали обратно, столкнулись с новыми, пересеклись, раздробились, все быстрее и быстрее, быстрее и быстрее…
— ХУМ, — сказало зеркало и успокоилось.
Все помолчали минуту, но зеркало медленно отвернулось от студентов и больше не двигалось.
— Итак, все члены нашей комиссии представлены, — ректор сделал паузу, но больше никаких забытых профессоров в облике какого-нибудь шкафа, дракона или меховой шубы не появилось, — И мы можем начать Испытание.
Над головами студентов поднялась рука. Длинная и тонкая, как лапка насекомого. Рик Маттис.
— Слушаю вас, студент, — в голосе Фрауса не было ни капли раздражения. Либо он был очень добрым, либо очень терпеливым.
— Вы упомянули Испытание, которое мы должны пройти, — спокойно произнес Рик, — Но ведь вы сказали, что испытание для поступления в Академию — это проход через Невидимые ворота. Тогда что будет происходить СЕЙЧАС?
Профессор Фраус улыбнулся и довольно погладил бороду, как будто ждал этого вопроса:
— Как я уже упомянул, Академия демонологии имеет свои тайны. Теперь же вы узнали, что кроме тайн АД имеет и свои традиции. И одна из них — это Испытание. Испытание для каждого новичка. Как я уже говорил, вы все уже поступили, так что тем, кто откажется последовать нашей маленькой традиции, не грозит ни отчисление, ни наказание, ни вообще ничего…
Несмотря на мягкий голос ректора, перед внутренним взором Салли почему-то предстали ночной лес, темная полянка, глубокая яма…
— Испытание всего лишь покажет величину вашего таланта демонолога. Только и всего. Есть желающие отказаться?
Студенты промолчали.
— В чем заключается испытание? — меланхолично спросил Рик.
Ректор повернулся к своей заметительнице:
— Профессор Северита, не будете ли вы столь любезны…
Кресло, в котором сидела женщина, резко отъехало от стола. Северита одним плавным движением встала с него…
Перемахнула через стол и приземлилась прямо перед группой студентов. Те отшатнулись, образовав кривоватый полукруг. Северита стукнула перед собой тростью, щелкнула пальцами и откуда-то — как показалось многим, прямо с потолка — перед ней приземлился предмет.