Константин Комаров – Быть при тексте. Книга статей и рецензий (страница 16)
Идеология – это всегда нечто конкретное, направленное, здесь же мне чудится какая-то абстрактность и всеядность. «Провинциального шитья по столичным лекалам» никто от номинантов не требует, так же как и умения «соответствовать» (требованиям критики, «толпы», «тусовки»), но это не значит, что нужно громогласно открещиваться от «литературы высших достижений». Плох тот солдат, который не хочет стать генералом. А вот «рядовой», удостоенный премии, очень легко может себя «генералом» возомнить…
Любопытные мысли по поводу Бажовской премии еще несколько лет назад высказал Герман Дробиз, неоднократно бывший членом жюри премии. Дробиз справедливо замечает, что ввиду знаковости имени Павла Петровича Бажова для нашего края именно Бажовская премия должна стать наиболее авторитетной и весомой в ряду других литературных премий Урала и Екатеринбурга: «по своей сути и премия губернатора, и премия имени основателей Екатеринбурга никогда не приобретут ни всероссийского, ни даже регионального размаха. Другое дело – Бажовская, освященная именем всенародно известного писателя»51. Но соответствует ли реальное положение вещей заявленной и ожидаемой весомости премии?
Первое – географический охват премии. Премия позиционирует себя как всероссийская. Однако за 4 последних года из 22 лауреатов Уральский регион не представляют только трое, а большая часть награжденных – непосредственно из Екатеринбурга. «Всероссийский аккорд», получается, сплошь из «уральских нот» состоит…
Второе – премиальный процесс. Говоря об одной из премиальных церемоний, Дробиз, знающий ситуацию изнутри, констатировал «келейность в деятельности жюри и оргкомитета и полное отсутствие общественного интереса и мнения» и справедливо отметил, что утверждение организаторов о том, что лауреаты премии сразу получают выход к широкой читательской аудитории, «отдает горьким юмором». Действительно, работа оргкомитета премии почему-то не предусматривает обнародования списков номинантов с перспективой их дальнейшего рецензирования, критического осмысления, высказывания прогнозов52. Интенсивность и динамика премиального процесса, таким образом, сводятся практически к нулю. Дробиз приводит очень точную аналогию: «Опубликуй список номинированных произведений – глядишь, появятся отклики критиков, а то и читателей. Ведь всякий конкурс – соревнование. Нечто похожее на спорт. Ну, можно ли себе представить, чтобы болельщикам на стадионе объявили что-нибудь эдакое: что сегодня в забегах участвуют тридцать девять спортсменов. Они тут побегают-побегают, а мы потом назовем вам победителей. А кто были остальные – неважно».
Далее. Каждый год премию Бажова получают 5—6 авторов. Урал – край на таланты не бедный, но при таком раскладе очевидно, что количество достойных претендентов закончится довольно быстро. Не лучше ли было вручать премию одному-двум, но действительно стоящим писателям? Можно не сомневаться, достойный претендент (а в урожайные годы и не один) всегда найдется, но зачем снижать и нивелировать ценность его признания, награждая еще 4—5 человек, творчество которых зачастую представляет собой стандартную «плохопись»?
Если же оргкомитет считает невозможным уменьшение «квоты», то рамки премии должны быть реально расширены до пределов всей нестоличной России. При этом именно художественная состоятельность текстов должна ставиться во главу угла и иметь приоритет над «различного рода „политическими“ ситуативными соображениями», имевшими место в работе жюри в 2010 году, по признанию его председателя Андрея Расторгуева. К сожалению, приходится констатировать, что в последние годы этот первейший критерий подзабыт. По крайней мере, так кажется.
Теперь заострим внимание на слове «литературная» в наименовании премии. Наличие в списке номинаций публицистики, литературоведения и краеведения уже вызывает сомнения в чистой литературности премии. На мой взгляд, жанровую целостность премии как именно литературной эта линия нарушает. Безусловно, за книгой Ольги Сидоновой «Крепостные художники Демидовых. Училище живописи. Худояровы XVIII—XIX веков» или за исследованиями Натальи Паэгле о политических репрессиях стоит немалый и вдумчивый исследовательский труд, что обеспечивает этим книгам научную ценность, оригинальность и значимость. Однако мне кажется, такое размывание жанра не идет на пользу премии. Такой жанровый разброс во многом нарушает единство премии как целокупного социокультурного феномена.
Наконец, нельзя не заметить, что жюри премии меняется очень редко и очень незначительно, хотя кардинальная ротация состава жюри (вплоть до его полной смены на каждый премиальный сезон) давно вошла в практику ведущих литературных премий. Отсутствие ротации в составе жюри плачевно сказывается на динамике развития любой премии.
За 10 лет существования премии ее лауреатами стали такие видные участники современного литературного процесса, как Ольга Славникова, Николай Коляда, Вадим Месяц, Сергей Беляков, Алексей Иванов и др. Но зададимся вопросом – повлияла ли как-то премия на их и без того достаточно громкую известность или на формирование этой известности? Не думаю.
Обратимся к лауреатам 2010 года. Это Евгения Изварина, Нина Буйносова, Елена Габова и Герман Иванов.
Герман Иванов номинируется на премию уже не в первый раз. Прежде его кандидатуру отклоняли. Возможно, потому, что, например, такие опусы трудно счесть серьезной поэзией:
Или вот еще:
Крестьянское происхождение лирического героя, однако, не повод игнорировать комические эффекты на стыках слов (
Премию Герман Иванов получил «за гармоническое философское отражение связи человека и природы в книге лирических стихотворений „Весло и лодка“». Перлов, подобных процитированным выше, в ней нет. Кажется, Иванов нашел свою тему – тему природы. Однако поэтическое описание ее взаимосвязи с человеком, на мой вкус, поверхностно и наивно наивностью любителя. Не пастернаковская «неслыханная простота», в которую «нельзя не впасть к концу, как в ересь», а упрощенность. Кстати, о Пастернаке. Программное стихотворение, открывающее книгу и задающее ей обертон (и выделенное по такому случаю жирным курсивом), выглядит бледной пародией (и содержательно, и ритмически) на пастернаковское «Во всем мне хочется дойти до самой сути»:
Иванов пытается «рисовать словом», но картинки зачастую выходят обесцвеченные, обездвиженные, лишенные плотной лирической конкретики. Лучшим стихам Иванова не откажешь в пронзительности, но непрофессионализм дает себя знать то тут, то там: то неоправданным употреблением затертого эпитета («
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.