Константин Калбазов – Рейдер. Беглец (страница 13)

Лейтенант был прав, когда говорил о том, что «Призрачный рейдер» двенадцать раз отправляли восвояси зализывать раны и дважды в одном и том же месте он не появлялся. Только вот Хотой забыл уточнить, что в последний раз успешное отражение атаки «Призрака» случилось десять лет назад. За прошедшее время корабль успел разобраться с двумя станциями и одной базой. Причем те его изрядно потрепали, а он так и не отступил. Это означало одно. Искин рейдера учился, нарабатывал опыт, совершенствовал тактику боя. И, быть может, сегодня уже неправильно считать его кораблем второго поколения.

Впрочем, забыл лейтенант или намеренно умолчал, не имело значения. Бегство – это гарантированная гибель. Шанс выбраться из этого дерьма только один. Драться. Эта мысль беспрестанно билась в голове Андрея птицей в клетке.

Леднев думал, что после Океании окончательно изжил из себя страх. Но, как оказалось, это не так. С каждой минутой он все сильнее сжимал свои тиски, заставляя учащенно биться сердце, пережигая целую уйму кислорода. Скорее бы уже началось! Ждать никаких сил не осталось. Эдак ведь и перегореть недолго!

Давно бы так! Операторы вооружения выпустили навстречу противнику рой снарядов. И тут же последовал встречный залп. Истребителей это пока никоим образом не касалось. А потому, вопреки ожиданиям Андрея, легче ему ничуть не стало. Их звено все так же продолжало висеть в безвоздушном пространстве, наблюдая за происходящим на экране сканера.

За первым залпом последовал второй. Потом третий, четвертый. Операторы посылали в атакующих одну волну за другой. Где-то в этой череде ушли к целям и ракеты средней дальности, цель которых – вовсе не атакующие дроны, а сам рейдер.

Наконец сильно прореженная первая волна ракет достигла цели. Вернее, ее скромные остатки, не нанесшие никакого урона. Сканеры не зафиксировали ни одного попадания. Вторая волна оказалась более результативной. Отметка одного из тяжелых дронов пропала с экрана, и это могло означать только попадание. С приближением третьей волны количество целей вдруг резко возросло. На экране возникла целая россыпь отметок. Противник выпустил ловушки. Стали поступать сведения об уничтоженных целях, их количество увеличилось с четвертой волной.

При виде этой картины у Андрея на губах появилась невольная улыбка, а тиски, сжимающие грудь, чуть ослабили хватку. Умом он понимал, что подавляющее большинство попаданий пришлись по ложным целям, но ничего не мог с собой поделать. Когда же ловушки выработали свой малый ресурс, а искин базы обработал данные и выдал уточненный результат, пришло разочарование. Кроме самого первого, сбиты только два средних дрона и один тяжелый. Всего лишь четыре машины из ста двадцати!

Хорошо хотя бы то, что на отражение столь массированной атаки дронам пришлось израсходовать какую-то часть своего боекомплекта, а он у них не бесконечный. Глядишь, когда на арену выйдут истребители, им будет полегче. Так себе аргумент для успокоения, но хоть что-то.

Андрей наконец нашел в себе силы оторвать взгляд от экрана и повел взглядом вокруг, осматриваясь сквозь прозрачную броню фонаря. Всего лишь в полусотне метров от него висит машина Тилии. Не так уж и далеко, но деталей все одно не разобрать. Пилота видно по плечи, а больше ничего не понятно. Подал команду, и интерфейс шлема приблизил картинку.

Похоже, девушка наблюдала за ним, потому что придала забралу прозрачность. А для чего это делать, если нет желания показать свое лицо и заглянуть в глаза «собеседнику»? Леднев поступил так же. Бледная, но вид решительный. Она кивнула ему и ободряюще улыбнулась.

– Андрей, я хочу, чтобы ты знал. Ты лучшее, что у меня приключилось за последний год, – связавшись по лучу, произнесла она.

– Только за последний? – с наигранной обидой возмутился он.

– Не придирайся. Хочешь большего, придется постараться в будущем.

– Если оно будет, это будущее, – хмыкнул он.

– Не знаю, как ты, а я в пятьдесят намерена обзавестись семьей и детьми.

– Не торопишься?

– Может, и тороплюсь. Но это ведь предварительные планы.

– А. Ну тогда ладно.

– Готов?

– Как пионер.

– Кто-кто?

– Потом расскажу.

– Ладно.

Ответный залп рейдера достиг астероида, и прорвавшихся ракет оказалось куда больше. К тому же прилетели и болванки из орудийных установок. Они вгрызлись в поверхность Уллис на огромной скорости, вздыбив пыльные облака, так и зависшие в безвоздушном пространстве. Понадобится не меньше месяца, чтобы эта пыль осела на поверхность, явив взору вновь образованные кратеры. А вот крупные осколки породы полетели прочь подобно шрапнели. И блуждать им в космосе до бесконечности, либо пока не притянет их какое-нибудь космическое тело, а быть может, они столкнутся и с кораблем.

Пробиться сквозь каменную толщу снаряды и ракеты не смогли, зато им удалось вывести из строя артиллерийскую и две ракетные установки. Обороняющиеся ограничены в средствах, и для них даже эта потеря существенна. Несколько попаданий пришлось по постройкам базы, разнесло один из приемных терминалов.

– Приготовились, мальчики и девочки, – послышался спокойный и внушающий уверенность голос сержанта Рохта.

Странное дело. Умом Андрей понимал, что командир звена всего лишь старается вселить в них уверенность, однако, как он заметил по себе, это работало, причем не только в эмоциональном плане. Его телеметрия свидетельствовала о том же.

Они вылетели из-за астероида вслед за очередной волной ракетного удара. Леднев как приклеенный пристроился позади и чуть справа от своего ведущего. Талия же выжимала из старой машины все, на что та только была способна. Впереди вновь появились десятки ложных целей.

На этот раз навстречу роботам устремились сотни нурсов. Для них дистанция все еще велика. Но если установить замедлитель самоликвидатора на подходящее время, то снаряды все же успеют достигнуть цели, движущейся им навстречу. Этим снарядам нет никакого дела до ловушек или средств РЭБ (радиоэлектронной борьбы). Они летят строго по прямой. И, как ни странно, но именно они нанесли наиболее существенный урон, подбив четыре тяжелых и три средних дрона.

Правда, удар торпед вышел куда серьезней. Шесть выпустили истребители и четыре – операторы с Уллис. Выставленные на самоподрыв, они разметали центр строя дронов, уничтожив несколько машин, и не менее трети привели в негодность электромагнитным импульсом. Пусть и ненадолго, но все же дроны оказались беззащитными перед живыми противниками, чем те и поспешили воспользоваться.

Они врубились в их порядки в шести тысячах единицах от базы. Все, как и было запланировано. Еще на подлете выпустили каждый по десятку нурсов и по несколько снарядов.

Согласно показаниям бортового искина Андрея один из его нурсов попал в ослепленный тяжелый дрон. Тот, конечно, не развалился на части, но в результате полученных повреждений однозначно выбыл из боя. Среднему дрону досталось от полукилограммового пушечного снаряда. Влетев в него на скорости в несколько тысяч метров в секунду, снаряд частично оплавил тело из композита, а остальное разметал в клочья.

Однако это был лишь временный успех. Искины дронов быстро справились с последствиями электромагнитной волны. Машины ожили и ринулись в бой. К тому же к месту удара подтянулись другие. Андрей не успел и глазом моргнуть, как оказался окружен противником, причем в прямом смысле этого слова. Тяжелые и средние дроны общим числом не меньше семи десятков, и против них – всего лишь шесть истребителей. Слишком неравные силы, чтобы смотреть, что происходит вокруг.

В завертевшейся круговерти боя Леднев едва успевал держаться за своим ведущим, прикрывая хвост Тилии, уворачиваться от непрекращающихся атак, да еще и раздавать «подарки», благо в целях недостатка не наблюдалось.

В начале атаки Леднев все еще испытывал страх, но в какой-то момент это чувство вдруг исчезло. Бог весть, как и когда это случилось. Да только сейчас он просто делал то, чему его учили, причем действовал настолько слаженно с бортовым искином, словно они были в симбиозе. Во всяком случае, он воспринимал это именно так.

Момент удара второго звена во фланг и их залп торпедами по волне десантных ботов Леднев не заметил. Просто было не до того. Приходилось вертеться как уж на сковородке. Потому он не мог оценить, насколько губительной вышла атака, впрочем, как не могли этого оценить и остальные четверо пилотов из их звена. Того, что они с Тилией остались вдвоем, он так же не заметил.

Но каким бы сокрушительным ни вышел удар, он все же был не в состоянии переломить ход боя. Внезапность практически сразу сошла на нет. Разумеется, искину не сравниться с живым пилотом, и потери машин были куда значительней. Но слишком уж весомым оказался численный перевес.

Средние дроны серьезно уступают тяжелым и не способны нести торпеду. Но в зависимости от вариации они вооружены либо блоками нурсов, либо ракетами малого радиуса, а также имеют курсовую рельсовую пушку. И пусть скорость снаряда, выпущенного из нее, чуть не вдвое меньше, для поражения истребителя этого более чем достаточно.

Тилия заложила очередной вираж на пределе своих физических возможностей. Андрей пустил машину вслед за ней, и тут же на него навалилась перегрузка. Тело буквально вдавило в ложемент. Будь изнутри бронескафандра хотя бы одна складка, и травмирование мягких тканей неизбежно. Недаром пилоты надевают облегающее нательное белье, а каждый скафандр подгоняется индивидуально.