Константин Калбазов – Неприкаянный. Наперекор старухе (страница 4)

– Ваше превосходительство, мичман Кошелев по вашему приказанию явился, – представ перед командующим в его кабинете, вытянулся я.

– Вижу, что дуэль не прошла для вас бесследно, – окинув меня взглядом, обратил он внимание на мою оцарапанную щёку.

– Мичман Налимов оказался неробкого десятка, и рука его не дрогнула, – и не подумал я умолять достоинства своего противника.

Адмирал принял это благосклонно, удовлетворительно кивнув. Согласно дуэльному кодексу, отныне все вопросы чести между нами разрешились, и мы либо должны говорить друг о друге в положительном ключе, либо не говорить вовсе. Ну хотя бы в течение какого-то времени, дабы это не привело к очередной дуэли. Слишком частые поединки это моветон.

– Жив? – спросил адмирал.

Ничего удивительного, что он не в курсе. Я ведь приехал прямо с поединка. Как ничего странного и в его информированности о нём, я же говорил, что явление это нечастое. К слову, драться стали куда меньше с тех пор, как дуэли легализовали. Во времена запретов они случались не в пример чаще. Запретный плод, ага.

– Ранение в бедро. Надеюсь, что кость не задета, – коротко сообщил я.

– Странная забота, – хмыкнул адмирал.

– Не наказать его за высказанное обвинение я не мог, серьёзно ранить не хотел. Если моё прошение будет удовлетворено, рассчитываю на совместную с ним службу.

– Даже так.

– Знающий штурман, не робкого десятка, честен, принципиален. Служить с таким бок о бок почитаю за честь.

– А как же с его отношением к вам?

– Оно изменится на прямо противоположное. Я в этом уверен.

– Ну что же, мне нравится ваш подход. Теперь же вернёмся к вашему прошению. Учитывая совокупность заслуг, я взял на себя смелость назначить вас командиром подводного миноносца «Скат», прибытие которого ожидается на днях.

– Благодарю, ваше превосходительство, я оправдаю ваше доверие.

– Ничуть в этом не сомневаюсь, иначе ни ваши заслуги, ни поручительство Эссена не возымели бы действия. Однако, как следует из слов Николая Оттовича, вы решили остаться верным себе и желаете провести целый ряд модернизаций.

– Я прошу на это разрешение, ваше превосходительство. И обязуюсь не израсходовать ни копейки казённых средств. Всё будет произведено за мой счёт. К тому же практически всё из потребного уже изготовлено или доставлено. Необходимо лишь произвести монтажные работы. В случае, если эти новшества не оправдают себя, лодке будет возвращён первозданный вид. Все работы по модернизации, испытанию, а потребуется – так и восстановление я обязуюсь завершить в двухмесячный срок. Смею надеяться, что к тому моменту ни один из миноносцев ещё не вступит в строй.

– Самоуверенное заявление, – хмыкнул командующий.

– Только трезвый расчёт, ваше превосходительство, – возразил я и пояснил: – Мною уже заключён договор с судоремонтной мастерской, которая готова принять миноносец и начать работы по вводу его в строй. Все необходимые комплектующие уже находятся в мастерских. Внесён аванс на производство работ и предусмотрены щедрые премиальные за досрочное выполнение работ.

– Вам уже говорили, что вы странный мичман?

– Так точно, ваше превосходительство.

– Вы ведь из небогатой семьи, – ни с того ни с сего вдруг произнёс Скрыдлов.

– Я отправил матушке единовременно двадцать тысяч рублей для приведения дел в порядок. Так же мой поверенный осуществляет ей ежемесячные выплаты части лицензионных отчислений за мои изобретения. В случае моей гибели она будет получать их в полном объёме. Речь о таких суммах, о коих она не смела и мечтать. Так я передал лицензию на изготовление гирокомпаса уже четырём фирмам. Выплата за каждое произведённое изделие составит тысячу рублей. Полагаю, что только это принесёт мне огромный капитал. Есть и другие патенты, которые заинтересовали промышленников. Так что о близких я не забыл, ваше превосходительство. Остальными же деньгами желаю распоряжаться по своему усмотрению. А сегодня у меня одно желание – победа в войне.

– Разве вы верите в нашу победу, мичман? Мне доносили, что вы неоднократно пророчили России поражение.

– Не думаю, что по тому, как я воюю, можно сделать вывод, будто мною владеют пораженческие настроения. Я делаю то, что должен, и даже больше не ради того, чтобы проиграть.

Да, я ставлю на выигрыш. Вот только каждый из нас понимает победу по-своему. Для Скрыдлова это разгром Японии. Для меня – поражение России не со столь разгромным счётом. И именно на это я и работаю. Правда, действовать придётся с не меньшей самоотдачей. И пока всё идёт по вновь разработанному плану. Я командир подводной лодки «Скат».

Глава 3

Старший офицер для «Ската»

– Ну и как мы себя чувствуем? – войдя в комнату, спросил я.

– Вы?! – не смог сдержать своего удивления лежавший в постели Налимов.

– А кого вы ожидали увидеть? Архангела Михаила? Так рано ещё. Я и не планировал отправлять вас на небеса.

– Чем обязан? – холодно поинтересовался молодой человек.

– Бросьте, Пётр Ильич. Согласно дуэльному кодексу, все наши разногласия разрешены, Господь раздал всем сёстрам по серьгам, а нам следует оставить прошлое в прошлом.

– Но это не значит, что я должен переменить своё отношение к вам.

– Правильно. Поэтому я и решил лично поспособствовать этому. А то пока до вас дойдёт, что я не так уж и плох, времени слишком много уйдёт, а его у нас немного. Ну так как вы себя чувствуете? Полагаю, что уже лучше. Неделя достаточный срок для лечения огнестрельного ранения по методике хирурга Миротворцева. Он в Артуре первейший светила и излечил чёртову уйму раненых, не в пример вашему случаю. Всего-то мягкие ткани.

– Милостивый государь, я не звал вас и не намерен терпеть ваше общество.

– Да хватит вам ерепениться. К тому же разве так встречают того, кто принёс вам благую весть. Я слышал, что вы подали рапорт о переводе в подводники. Не знаю, что послужило причиной, повышенное жалованье или слава капитана Немо, но я решил, что вы мне подходите. Как вам должность старшего офицера на подводном миноносце «Скат»? Правда, вам придётся совмещать её с другими должностями, ибо на лодке нас только двое.

– Олег Николаевич, о чём вы вообще говорите? Я не желаю иметь ничего общего с шулером. И уж тем более служить с вами на одном корабле.

– Подводной лодке. Впрочем, это суть одно и то же, – жизнерадостно заявил я.

– Послушайте…

– Нет, это вы послушайте, – жёстко оборвал его я. – С чего вы вообще взяли, что я шулер? Ну должно же быть этому объяснение.

– Я заметил, что вы играете, зная весь расклад на руках. И хотя порой вы проигрываете, ни единого вечера не уходите без выигрыша. А то, как вы дважды шли ва-банк с мусорной картой на руках, может говорить лишь о вашей уверенности в победе. Ваши противники блефовали, вы же знали, что выиграете.

– И это всё? Никаких доказательств, только ваши умозаключения и завидное упрямство? Больше ничего?

– Не упрямство, а убеждённость в моей правоте, – вскинулся он.

– Только я очень прошу, не стоит повторять это на людях. Обождите ради приличий хотя бы пару месяцев. А пока суд да дело, предлагаю вам вместе бить японцев.

– С вами? – окинул он меня презрительным взглядом.

– Плечом к плечу, – энергично кивнув, подтвердил я.

– Это невозможно.

– Ещё как возможно, Пётр Ильич. Просто вы пока ещё не знаете всей сути моего предложения. Надеюсь, вам известно о том, что я являюсь весьма деятельной натурой и не люблю переливать из пустого в порожнее?

– Я столько слышал о ваших подвигах, что в подобное с трудом верится. Впрочем, этого нетрудно добиться, имея в приятелях известного репортёра с бойким пером. Поговаривают, что именно его стараниями вам удалось избегнуть заслуженного наказания и вернуть как чин, так и награды.

– А награды мне, конечно же, выданы по ошибке.

– Благодаря покровительству великого князя, для коего вы стали отличным собутыльником в Артуре.

– Понятно. Для начала, месье Форже стал известным и популярным репортёром именно благодаря мне. Впрочем, это всё слова. И боюсь, мне не перебить всю ту грязь, что льют на меня. Поэтому намерен доказать вам свою правоту делом. Одевайтесь.

– По вашей милости я ранен.

– Ранены вы по вашей милости, Пётр Ильич. А по моей остались живы. Пожелай я вас убить, и мы с вами не разговаривали бы. И моими же стараниями вы активно идёте на поправку, ибо именно я попросил врача с «Севастополя» заняться вашей раной. Так что одевайтесь. И вообще вам необходимо двигаться для лучшего кровообращения, которое способствует скорейшему восстановлению.

– А если я не пожелаю? Силой заставите?

– Если не пожелаете, то я просто уйду. А вы потом будете себе локти кусать, наблюдая за успехами другого и понимая, что могли оказаться на его месте. Или полагаете, я намерен прохаживаться в окрестностях Владивостока и надеяться на удачу? В мои планы не входит ждать, не пожалуют ли в гости японцы, я сам намерен их искать и бить.

– И как вы собираетесь это делать? Всем известно, что задача подводных миноносцев это оборона.

– Я намерен доказать обратное.

– Как?

– Отказываясь от моего предложения, вы узнаете это лишь из газет и методичек по тактике использования подводных лодок. Соглашаясь, будете участвовать в их составлении.

– И почему вы вцепились именно в меня?

– Потому что вы умны, храбры, хладнокровны, отличный штурман и подали рапорт о переводе в подводники. Но главное, это ваша честность. Уверен, если открою вам свои карты, получу соратника, готового встать со мною плечом к плечу.