Константин Калбанов – Скиталец 3 (страница 59)

— Мы проживаем в доме барона Алагоа.

— Честь имею, — коротко кивнул банкир, заканчивая неприятный разговор.

Вот уж чего Борис не ожидал, так это подобного поведения от банкира. Дворянство он конечно купил. Но с мужским достоинством и характером у него все в порядке. О чем свидетельствует и тот бандит, которого он застрелил на пороге их номера.

Барон и баронета удалились с гордо поднятыми головами, переполняемые гордыней и выказывая решительный настрой. По виду же баронессы было видно, что на ее хрупкие плечи упала тяжкая ноша. И понять ее несложно. Ее сын похоже регулярно добавлял ей седых волос, потому что в запасе у него не было возрождений. Не в смысле его молодости, а они были им израсходованы.

На дуэлях и при было принято использовать методы только традиционной медицины. И раны полученные на поединках излечивались точно так же. Причем шрамы непременно должны были зарубцеваться, дабы не исчезли при последующих использованиях «Аптечки». Иначе несмываемый позор. Так что, этот Педро подвергался реальной опасности окончить свой жизненный путь.

— Вам совсем было не обязательно идти на поводу у этого молодого повесы, — провожая памятную троицу, произнес Измайлов.

— Если бы я дал слабину, то потерял бы все местные деловые контакты. Причем по обе стороны конфликта. Одно дело обманувшись оказаться под защитой недоросля. И совсем другое, не ответить на оскорбление. В Америке к этому отнесли бы куда проще. Но я ведь делаю ставку на Бразилию.

— Надеюсь, вы не пренебрегали боевыми умениями, — заметил Борис, бросив взгляд на взволнованную Аду, которая прижимала к себе дочь.

— На этот счет можете не волноваться, — уверено улыбнувшись, заверил банкир.

— Папа… — начал было Самуил.

— Все нормально, сынок, — остановил его Даниил. — Ты руководствовался чистыми помыслами. Не твоя вина в том, что этот мир таков, каков он есть. Но я надеюсь, что это послужит тебе уроком на будущее.

Глава 30

Щедрость

— Шанти, отстань. Ну вот чего тебе не спится, паразит ты эдакий?

Вот только песик и не думал униматься, продолжая вылизывать его лицо. При этом он беззастенчиво прохаживался своим мягким розовым язычком везде, где только мог достать. В том числе и ноздре. Что стало последней каплей, и Борис рывком сел на койке.

— Ну ты чего, вообще озверел, — возмутился Измайлов. — Лучше бы лаял.

Т-тяв! Т-тяв! Т-тяв!

— Так, все. Я тебя понял. Давай помолчим, — выставив перед собой руки в примирительном жесте, попросил Борис.

Т-тяв!

— Сей-час. Не скандаль. Ага?

Он обреченно вздохнул, и поднялся на ноги. Прошел к кухонному столу. Открыл шкафчик над ним, гле расположились стопки различных консервов, призванных хоть как-то обеспечить разнообразие. Выбрал курицу, вооружился ножом и вскрыв ее в три приема, вытряхнул содержимое в чашку.

— Кушать подано, — хмыкнул он, наблюдая за тем, как песик жадно набросился на еду.

Отсутствие аппетита Шанти страдал только в случае непогоды. Но вот уже двадцать пять суток, как ничто не мешает собачке чувствовать себя комфортно. С тех самых пор, как они забрались в зону затишья, в районе экватора. Здесь либо царил полный штиль, либо появлялся лишь слабый ветерок. Сущее наказание для парусников.

Измайлова данное обстоятельство совершенно не волновало. Машина исправна. Запас топлива практически не тронут. Испаритель работает исправно, за счет одного лишь солнца, которого в этих широтах с избытком. Поэтому пресная вода пополняется исправно, при минимуме усилий. Правда вкус у нее оставляет желать лучшего. Но человек ко всему привыкает.

С одной стороны, подобная стоянка убивает своей монотонностью. Но это только если тебе нечем заняться. Борису же скучать не приходилось. С одной стороны, он работал над картинами. Девять уже были готовы. Сегодня быть может закончит последнюю в это серии. Во всяком случае подмалевок под еще пять уже просыхает.

Его буквально распирало от желания запечатлеть появившиеся задумки на холсте. Но это достаточно сложно, когда приходится совмещать письмо с управлением яхтой. И уж тем более, во время качки. Чего не сказать о полном штиле.

Один недостаток, жара и духота, с которыми он боролся по мере способностей. К примеру в Форталезе подвесил к потолку вентилятор с пружинным заводом. Его хватало на целый час работы, после чего нужно было вновь взводить механизм. Н польза была несомненной.

Кстати, «Надежда» сейчас не дрейфовала, а стояла на якоре. Он оказался мало, что в практически непосещаемых водах, так еще и на мелководье. Плато занимало изрядную площадь и глубины тут не превышали двадцати метров. Дно покрыто коралловыми рифами. Когда-нибудь тут возникнет остров. Н-да. Не скоро.

Впрочем, этот вопрос Бориса не занимал. А вот возможность заниматься дайвингом, очень даже. А еще, он решил сделать Кате подарок из собственноручно добытого жемчуга. Благо акваланг у него был с собой. Он наполнил им уже почти полную жестяную коробку из под чая. Правда, идеально круглых и крупных экземпляров не так много, как хотелось бы. Но он упорный. Еще немного и цель будет достигнута.

Миновал 321 день плавания.

Получено 1 к «Морскому цензу-1» — 1023/1095

Ага. А вот и привет от системы. Опыта капает в час по чайной ложке, если не считать работы с акварелями, и водолазного дела. А вот ценз начисляется исправно. Кстати, благодаря штормам удалось сэкономить двадцать дней. Вообще-то, учитывая риск и напряжение, не столь уж и большой бонус. Но с другой стороны, Бориса завораживала бушующая стихия.

Едва подумал об этом, как тут же захотелось поднять якорь и рвануть из этих спокойных вод куда-нибудь в сторонку от экватора, да разогнать кровь по жилам. Скоро. Осталось совсем чуть-чуть. Вот закончит начатое, и непременно направится за поисками приключений. Опять же, ему находиться в одиночном плавании еще целых семьдесят два дня. А благодаря штормам получится отыграть несколько суток.

Хм. А это не он сейчас рассуждал насчет опасностей, трудностей и напряжения сил. Ну он. И что с того. Стоило ли тогда вообще затеваться, если вот так отстаиваться в тихом уголке. Ну что тут сказать. Долго дремал его непоседа. И вот теперь опять заворочался. Теперь не отстанет. Измайлов хорошо знает эту свою натуру. Уж сколько с ней воюет.

Поднялся на палубу. Прошел на нос, и зачерпнув забортной воды, вылили ее на широкий темный противень, под которым расположились зеркала. Слил воду из емкости, и посмотрел на уже достаточно высоко поднявшееся солнце. Подмигнул ему, и спустился в кокпит, накрытый парусиновым пологом.

Эх-х, сейчас бы отдал многое, за кружку холодной воды. Вообще-то, у него имеется ледогенератор. Просто тратить топливо на эту блажь, не хотелось категорически.

Вернувшись в каюту, запустил вентилятор, и встал к плите готовить завтрак. Ничего особенного, яичница из яичного порошка и соленый бекон. Чашка кофе, с твердой и едва подслащенной галетой. И под занавес две столовые ложки лимона нарезанного небольшими кубиками и пересыпанного сахаром. Закатать в банку, и продукт можно хранить довольно долго. При этом все витамины сохраняются. Как впрочем и вкус. Кис-слятина! Бр-р-р!

Прибравшись на кухне, надел рубаху и встал к мольберту. Вернее замер метрах в трех от практически законченной работы, всматриваясь в нее, и проникаясь духом картины на которой была изображена дуэль.

Мужчина в гражданском платье как раз произвел выстрел. Из ствола выметнулись пламя и сизое облачко дыма. Его противник в офицерском мундире поник, скручиваясь и падая в сочную зеленую траву.

Это не плод его воображения. Он был свидетелем этого поединка. Ничего невозможного. Драться с ним никто не станет, ввиду младости лет. Но выступить в роли секунданта не возбраняется. Юридически, с разрешения родителей, он уже может вести самостоятельные дела и выступать свидетелем в суде.

Признаться, Даниил удивил Бориса. Он конечно не пра