Константин Калбанов – Скиталец 3 (страница 54)
Вероятно этот отряд охранял стоянку маломерных судов, чтобы исключить бегство. А может просто проходил мимо, а вот этот сторож, всего лишь оставшийся на своем посту. Хотя-а-а… Это каким же нужно быть придурком, чтобы в подобной ситуации продолжать сторожить чужое добро. Это же не мелкие воришки распоясались. Так что, однозначно, один из бунтовщиков.
Борис вскинул Винчестер. Хлопнул выстрел. Послышался встревоженный окрик кого-то находящегося вне поля зрения. Ага. Вот и он. Выскочил склонился над ни с того, ни с сего повалившимся товарищем. Хлоп-п! И этот готов. Вроде тихо.
Когда проходил мимо подстреленных, узнал в одном из них охранника марины. Получается, что хозяин как минимум все же в курсе происходящего. Вот и озаботился сбережением имущества.
Марина как и вся гавань была залита лунным светом. А потому видимость была если не исключительной, то близкой к этому. Во всяком случае, в том, что касалось незатененных участков. Вот там как раз можно было укрыться с гарантией. Тем более негру в темном одеянии. Так что двигался Борис без лишней спешки.
Но мародеров не видно. Не та это публика, чтобы вести себя тихо. Его «Надежда» стояла на прежнем месте, и ровно в том же состоянии, в каковом он ее и оставил. Отпер замок, и спустился по трапу в каюту. Всем тут конечно будет тесновато, но ничего не поделаешь. При входе керосиновая лампа. Они куда проще в использовании, чем ацетиленовые фонари. Этот газ он использует только для сигнального прожектора.
Лампу он запалил без опасений, что это могут заметить со стороны. Прежде чем покинуть борт, он плотно занавесил окна, чтобы не провоцировать любопытных. Так что, наружу не вырвется ни лучика света. Разве только от входа. Но это нужно смотреть со стороны мола где в настоящий момент никого нет. Перестрелка идет в его начале, еще до изгиба.
— Ада, вы с Евой присядьте пока на диван. Но как только заработают машины, сразу ложитесь на пол и лежите там, пока я не разрешу подняться. Борта яхты не смогут сдержать винтовочную пулю. Даниил, Самуил, берите вот эти ящики и несите их в кокпит, — распорядился он открывая каюту приспособленную под арсенал.
— Что это? — не удержался от вопроса банкир.
— Снаряды.
— У вас и пушка есть?
— Видели на корме парусиновый чехол?
— Я как-то не подумал.
— Это потому что вы сугубо мирный человек. За дело. Поднимите четыре ящика.
Отдавая распоряжение, Борис скинул сюртук, и хотел было надеть на себя бронежилет, но задумавшись отказался от этой затеи, передав его женщине.
— Надевайте.
— Что это?
— Он хорошо защищает от револьверных путь в упор, и от винтовочных с пары сотен метров. Нет. На девочку надевать его не нужно.
— Но-о…
— «Аптечка» завязана на вас. А это возможность спасти три жизни.
— Я все поняла.
— Вот и хорошо.
— А вы прагматичны, — не удержавшись хмыкнул банкир, уже державший в руках ящик.
— Увы, — пожал парень плечами.
Запалил другую лампу и направился в машинное отделение, поджег запальные горелки и поднялся в кокпит. Глянул в сторону мола, где все еще звучала перестрелка. Правда выстрелы были достаточно редкими. Но никаких сомнений, вся троица еще жива.
— Вы им не поможете? — удивился Самуил.
Вместо того, чтобы расчехлить пушку, Борис в первую очередь подступился к сигнальному фонарю. Развязав тесемки, он снял с него парусину и начал заправлять карбидом из герметичной банки. Проверил в емкости наличие воды. После чего запалил горелку, и прикрыл крышку с опущенными шторками.
— Так вы им не поможете? — вновь поинтересовался подросток, отталкивая руку отца, попытавшегося было его урезонить.
— Зависит от ситуации, — ответил Измайлов. — Иди к матери.
Он подошел к панели управления и открыл вентиль подачи топлива на форсунки которые уже должны были прогреться. Так и есть. Из утробы суденышка тут же послышалось приглушенное гудение пламени. Глянул на уровень топлива в основном танке. Едва ли половина. Маловато будет. Не более двухсот миль экономичным ходом. Весь дополнительный запас он уже выбрал. Впрочем, чтобы свалить из гавани хватит, а там, поднимет паруса. Благо к яхте никто так и не подступался.
— Но вы не можете так поступить! — вскинулся подросток.
— Могу, — спокойно произнес, как припечатал Измайлов. И закончил, — Иди к матери.
Парень посмотрел на отца. Не встретил понимания. Неожиданно он рванулся на причал и уже через мгновение мчался по его деревянному настилу в сторону берега. Гадать о его намерениях не приходилось.
— Самуил! — рванулся следом Даниил.
— Твою в перехлест, — вскидывая винчестер выругался Борис.
— Нет! — отец ударил по трубе глушителя, сбивая прицел.
Убеждать родителя попросту некогда. Борис подбил банкиру колено и врезал ему кулаком в лоб. После чего вновь вскинул винтовку. Расстояние все еще меньше сотни метров. Луна хорошо освещает цель. Прицельные подсвечиваются фосфорными метками.
Хлоп-п!
Парнишка выгнулся дугой, запнулся и полетел кубарем по доскам, выронив брякнувшую винтовку. Отлично! Наповал! Ни одного лишнего звука. Теперь бегом!
Измайлов подбежал к Самуилу и подхватив тело, побежал обратно, даже не думая о том, чтобы прихватить еще и винтовку. Глупость! Парнишка оказался неожиданно тяжелым. Пришлось поднапрячься, чтобы быстр доставить его на яхту. Едва спрыгнул в кокпит как во входном люке появилась Ада, привлеченная непонятной суетой.
— Аптечка с вами? — поинтересовался Борис.
— О боже! — вскричала женщина, вдруг рассмотревшая, что именно находится в руках их спасителя.
— Аптечка! — рыкнул Борис.
— Д-да, да, я с-сейчас, — затараторила едва не срывающаяся в панику мать.
Впрочем, как бы женщина ни была взволнованна и напугана, сделала она все правильно. И вскоре мальчишка вздохнул полной грудью, уже во второй раз за эту ночь вернувшись из-за края. Воскресший тут же оказался в объятиях любящей матери, в которой боролось два противоречивых желания, прибить его и защитить от всех напастей.
Борис поспешил избавить мальчишку от оружия и велел матери увести Самуила в каюту, пока он не оторвал ему голову. Мать сразу поняла, что молодой человек не шутит. А вот кто в этом не сомневался совершенно, так это пришедший в себя Даниил.
¬— Ада, уведи его, — тоном не терпящим возражений, велел глава семейства.
Впрочем, спорить по этому поводу никто и не собирался. Включая самого виновника происшествия. Причем, никаких сомнений, что вины-то как раз он за собой и не чувствует. Скорее уж все еще не понимает, что тут собственно говоря случилось. Так как происходящее вокруг не вязалось с его последними воспоминаниями.
— Вы стреляли в моего мальчика, — когда они остались вдвоем, произнес Арцман.
— Причем бил насмерть, чтобы он не поднял шум, и не привлек к нам внимание, — не стал отрицать Измайлов.
При этом он сместился к пушке и стянул с нее парусиновый чехол. Бегло проверил состояние, клацнул затвором, произведя холостой спуск.
— Прямо и не знаю, как… С одной стороны, вы убили Самуила. С другой спасли… — растерянно пролепетал банкир.
— Просто примите это как данность. Парень жив-здоров, и готов получить свою порцию порки. Но потом. Сейчас нужно выбираться отсюда. Готовы действовать, или продолжите копаться в своих чувствах?
— Д-да, да, я готов. Что нужно делать?
Борис откинул крышку одного из ящиков, откуда тут же блеснули латунью гильз десяток небольших снарядов. Взял один из них, извлек из зажима на крышке стальной ключ.
— Видите вот эти риски? Сейчас снаряд стоит на предохранителе. Поворот этим ключом на один щелчок, фугас, на два осколочный. Обратно, опять на предохранитель. Внимательно слушайте, что я говорю, и в зависимости от команды выставляете взрыватель. Все понятно?
— Да.
— Вот и хорошо.
Вообще-то, он собирался управляться сам. И сейчас как раз выставлял взрыватели всего десятка в положение осколочного. Пока возился и объяснял послышался легкий свист перегретого чайника. Кстати, он тут не видел таких, со свистком. Надо будет «изобрести». Лишнее очко надбавок лишним не будет точно. Конечно, если Система сочтет это достойным ее внимания.
— Госпожа Ада, с детьми на пол. Мы отходим, — запуская машину распорядился Борис.
Они успели выйти из марины, когда с форта им просигналили по международному коду требование вернуться обратно. Борис отстучал в ответ, что это русская яхта, и он не желает принимать участие во внутреннем противостоянии Бразильской империи. Вновь требование вернуться. Дал полный ход, благо стало гораздо просторней, направляясь к выходному створу из гавани.
В ответ на это выстрелила пушка. Снаряд лег значительно в стороне. Предупредительный, указывающий на серьезность намерений.
— Господин Арцман, сможете держать курс на фонарь маяка?
— Я плохой моряк, но это смогу, — заверил банкир.
— Берите штурвал.
Сам Борис подступился к установке для запуска дымовых ракет. Матернулся и оставив их в покое, взялся за пушку, вогнав в ствол первый снаряд. После чего развернул пушечку в диаметрально противоположную сторону от форта.