Константин Калбанов – Шелест-3 (страница 54)

— У тебя есть возможность попытаться отыграться в реальном бою?

— Однажды я это уже сделал. И сделаю снова. Только это ничего не докажет. Я и так знаю, что вы мне не соперник. Пожалуй стоит всё же восполнить пробелы в своём образовании, занявшись вплотную философией, риторикой и логикой, чтобы побить вас на вашем поле.

— Это будет непросто, — с самым серьёзным видом покачал головой Мехмед.

— Если бы вы только знали, насколько сложно это будет для меня, — невольно вздохнул я.

— Отчего так? — вдёрнул он бровь.

— На меня эти предметы навивают сметную тоску, — пожал я плечами.

Что такое? В улыбке калга-султана нет превосходства, а лишь удовлетворение и… Уважение?

Глава 28

— Ну что, хороша?

Столбова скрестила руки под грудью с дерзко торчащими сосками. Крутые бёдра с аккуратным треугольником курчавых волосиков пшеничного цвета. На голове они такие же, только прямые, ниспадающие ниже ягодиц. Да блин картинка! А ещё это её вызывающее поведение…

— Арина Егоровна, не стоит задавать вопрос, ответ на который вам и без того известен, — даже здесь мне пришлось справляться со слегка пересохшим горлом.

— А вам, Пётр Анисимович, не стоит столь явственно демонстрировать свою заинтересованность, — скорее выплюнула, чем произнесла она.

— А чего вы от меня ожидали? Уж простите, но содомия не мой конёк. И вообще, другие относились ко мне с пониманием, и не обращали на это внимания.

— Другим возможно не доводилось ловить на себе похотливые взгляды.

— Это когда я…

— Ещё в гимназии. И после случалось, — перебила она меня.

— Не похотливые, Арина Егоровна, а оценивающие. И вообще, если не желаете, чтобы мужчин на вас пятились, не старайтесь быть красивой. Хотя, даже в этом случае непременно найдётся тот, кто сочтёт вас привлекательной.

— Я бы попросила…

— Арина Егоровна, вот ей богу, нам сейчас некогда. Давайте продолжим в реальном мире. Здесь нам предстоит много работы, а времени всего лишь час.

Девушка выдержала паузу смерив меня взглядом, наконец выдохнула опустив руки и отвела взгляд в сторону. Кажется её отпустило. Хотя и непонятно, с чего она завелась.

По просьбе Долгоруковой, я взялся подкорректировать офицерам полка их плетения. Всё же прибавка даже в пять процентов, является неслабым подспорьем. Одна беда, делать это необходимо в изнанке, где время нахождения строго ограничено. Тот факт, что я могу находиться там три часа, ничего не менял, мне ведь и собой нужно заниматься. Поэтому процесс изрядно затянулся.

Были среди них и девицы, и зрелые женщины, но всё прошло штатно. Кто-то сделал вид, что не заметил мою реакцию, кому-то она польстила и они прошлись по моим желаниям скабрёзными шутками. Больше всего я боялся отправиться в изнанку с Лизой. Она ведь у меня реальная красотка и выказать влечение к ней было бы… Да чёрт его знает, чем это было бы. Потому и тянул до последнего. Но вчера я всё же подкорректировал плетения сестры. И слава богу всё прошло отлично, я лишь отметил её красоту, о чём даже сообщил ей, но моя плоть осталась безучастной к этой привлекательной картине…

Хлесь!

Нормально, да⁉

Не успели мы вернуться в реал, как боярышня Столбова отпустила мне затрещину, от которой у меня перед взором поплыти круги. Смерила злым взглядом и резко развернувшись вышла из палатки. Я же остался сидеть в походном кресле потирая горящую щёку. Наконец сообразил и использовал лекаря, мне только синяка не хватало. Рука у Арины Егоровны оказалась тяжёлой.

— И что это было? — поинтересовалась Мария, сидевшая за рабочим столом.

Она настояла, чтобы все без исключения корректировки плетений проводились в её палатке. Без разницы, мужчин или женщин. Прежде я в наивности своей полагал, что причина в секретности и в том, чтобы не компрометировать женщин. А так, всё нормально, опять же, для дворян это честь. Но похоже причина в другом. Я явственно различил в её тоне ревность.

— Ну… Кажется, она решила, что я позволил себе лишнее, — оборачиваясь в её сторону, ответил я.

— А ты позволил? — не удержалась она от лёгкого прищура.

Ну так и есть. Приревновала. Как бы теперь это не аукнулось Столбовой. Ревность страшная и друная штука, отшибающая мозг напрочь.

— Издеваешься? Между прочим это была твоя идея…

— Опять дружок подвёл? — не сдержавшись хихикнула она.

Ага. Кажется отпустило. Вот и славно.

— Ну извини, вот такой я кобель, — съязвил я, разведя руками.

— «Скорлупу-то» хоть успел ей поставить? — давя лыбу, поинтересовалась она.

Ещё одна из причин моей работы с офицерами как раз в этом плетении, которое является сугубо индивидуальным, и никто кроме меня не сумеет этого повторить. Недавние события показали, как высокоранговый одарённый может оказаться спелёнатым простыми боевыми холопами.

Кстати, я слышал, что в Европе набирает популярность использование пневматических ружей, использующих стрелки с блокирующим зельем. Даже появились разговоры насчёт запрета этого оружия. Вот уж не подумал бы, что в это время возможно изготовление пневматики, требующей высокой точности, но местные мастера меня удивили. Надо бы озаботиться чем-то на подобии.

— В изнанке мы отработали нормально и со всем управились. Это она тут взъярилась.

— Послушай, а что вообще произошло между тобой и Ариной?

— Да ничего не случилось. Она всегда относилась ко мне свысока. Когда мы с тобой сошлись, она вроде даже стала более благосклонной, но вот поди ж ты.

В этот момент завибрировал один из моих множественных «Разговорников». Так как недостатка в алмазах у меня не наблюдалось, я решил снабдить ими мои амулеты, так оно куда удобней.

— Слушаю, — выудив амулет прямой связи с Уфимцевым, отозвался я.

— Пётр Анисимович, первый батальон выходит на позиции. Вы готовы? Слушаю, — раздался в голове голос полковника.

— Жду команду и готов выдвинуться в любое время. Слушаю.

— Думаю его едва хватит вам для завтрака. Слушаю.

— Принял. Значит успею поесть. Слушаю.

— Полчаса. Закончил разговор.

— Вас понял. Закончил разговор.

— Что? — коротко спросила Мария, с нескрываемой тревогой.

— У меня полчаса, — непринуждённо пожал я правым плечом.

— Пётр…

— Завтраком накормите, ваше высочество? Или мне…

— Что за глупый вопрос? — с грустной улыбкой перебила она меня.

За столом Столбова вела себя исключительно вежливо, словно ничего не случилось. Поэтому остальные присутствующие остались в неведении относительно прилетевшей мне затрещины. Правда мы с ней всё же переглянулись быстрыми взглядами. Я вложил в свой вопрос, мол за что. Она же в ответ только зло боднула меня своим. Вот и поговорили.

— Пётр ты там поаккуратнее, — придержав меня, тихо попросила Мария.

— Брось. Меня так просто не возьмёшь, сама ведь знаешь, — непринуждённо ответил я.

Подмигнул и поспешил к своей палатке. Времени осталось не так много, и нужно ещё успеть экипироваться. Роты первого батальона уже заканчивали сосредоточение для штурма. Причём делали это демонстративно.

Турки на укреплениях левобережной каланчи так же занимали боевые посты, в готовности отбить штурм. Имей они сейчас возможность открыть огонь из гаубиц, то непременно так и поступили бы. Но их орудия не отличаются дальнобойностью, в отличии от русских единорогов, а потому бессильны.

Возможно за стенами найдутся высокоранговые одарённые, вот только глупо растрачивать запас вместилища до начала атаки. Ведь его восполнение процесс достаточно долгий. М-да. Ну, это если не иметь такого буста, как желчь волколака. Вот у меня с моими компаньонами с нынешней регенерацией нипочём не получится опустошиться в ноль.

На ходу бросил взгляд вправо, где были видны стены каланчи. Их две. Одна на левом берегу Дона, вторая на правом, и они практически близнецы. Эти, по сути, небольшие крепости запирают русло Дона. Причём в прямом смысле этого слова. Между ними натянута цепь, препятствующая проходу казачьих ладей и стругов в Азовское море. Её опускают только для прохода турецких судов.

Крепостцы укреплены хорошо. Отсюда видны только земляные валы, из плотно утрамбованной глины поросшей травой, но это обманчивое впечатление. На самом деле валы многослойные. Сверху и впрямь глина, которая неплохо противостоит ядрам. Однако под метровым слом имеется каменная кладка, что уже является проблемой для «Огненных шаров». Ядра не в силах нормально срывать земляные укрепления, плетения, подобно осколочному снаряду, малоэффективны против каменных стен.

Понятно, что непреступных крепостей не существует в принципе. Но чтобы разгрызть этот орешек придётся изрядно попотеть. А их тут два. Причём гарнизон каждой из них составляет более трёх сотен человек, при полутора десятках гаубиц. Пока будешь их вскрывать, глядишь и от Азова пожалует помощь. Если же окажется, что в этих местах имеется высокоранговый одарённый, то он серьёзно укрепит силы обороняющихся.

Я видел чего стоит земляной редут всего лишь при одной гаубице. Поэтому с уверенностью могу заявить, что одного полка для штурма может и не хватить. Не нашего, конечно же. Причём я сейчас не об одарённых, а о качественно ином вооружении. Конечно порох достаточно слабое взрывчатое вещество, но несмотря на это наши гранаты без особого труда разберут и вал, и саманные дома, в которых проживает гарнизон, и самой башне из известняка долго не выстоять. Что ни говори, а эти каланчи на Кёнигсберг всё же не тянут.