Константин Калбанов – Шелест-2. Экспедитор (страница 40)

Наконец за спиной всё стихло, затем послышался хруст снега, а моей руки коснулся влажный нос огромного зверюги в волчьем обличье. Ну чисто преданный пёс, настрадавшийся, израненный и просящий ласки хозяина.

— Что, зверюга, натерпелся? — вздохнул я и, положив ладонь на его лобастую голову, погладил.

Оборотень вытянулся, прижав уши и подставляя голову, чтобы мне было удобней, тихонько проскулил. Я не стал жадничать. Не то чтобы проникся тёплыми чувствами, просто стало интересно. Опять же, полная ассоциация с собакой, только очень большой. Даже огромной, размером с телёнка. Вот как такое возможно, если масса мышц и костей у Терпеня меньше раза в два, а то и в три?

— Давай по тропинке к Хрусту и слушайся его, — подтолкнул я оборотня, и тот покорно потрусил в указанном направлении.

Сам же активировал плетение, и снег вокруг меня вдруг задрожал, как на вибростоле, постепенно разрыхляясь, сглаживая линии конструкта и следы. Причём и утоптанную тропу в том числе. Пришлось восстанавливать её, пройдясь несколько раз взад-вперёд.

Пока возился, услышал злобное рычание, жалкое блеяние овцы, а затем хруст перемалываемых костей. Я решил, что оборотню лучше питаться живой кровью. Поэтому мы на одной из остановок заранее озаботились дичью для него. Ну не отпускать же его на подножный корм, эдак он такого шороху наведёт, а мне потом спасай его от охотников. Не для них же стараюсь, в самом-то деле.

А в том, что у меня получится откормить волколака, я не сомневался. Ведь делает же это как-то Тайная канцелярия. Сомнительно, что они под это дело организовали заповедник там или заказник. Держат на цепи или взаперти и откармливают в течение месяца. Не любого ведь можно повязать «Повиновением», среди лихого народца и с узорами случаются, потому как крепостные с восемнадцати лет поголовно ими обзаводятся.

— Как тут у вас? — подойдя к Хрусту и передавая ему одежду Терпеня, поинтересовался я.

— Нормально всё, Шелест, — ответил тот, кивая в сторону зверюги, жадно хрупающей косточками.

От овцы уже практически ничего не осталось. К гадалке не ходить, дай ему ещё одну, сожрёт и глазом не моргнёт. Но я не забыл, как шёл по следу обратившегося Ерёмы. Тот мог и лосем объесться, и кроликом быть сытым.

— Как его к лошадям-то подвести? Они ить вздыбятся, — пожал плечами Хруст.

— Терпень, — позвал я, и оборотень тут же оторвался от трапезы, устремив на меня преданный взгляд, — как доешь, беги за нами, но держись поодаль. Всё, Хруст, пошли к лошадям, пора возвращаться, у меня забот в Москве выше крыши.

Глава 22

Последние сани обоза въехали во двор, и работник закрыл за ними ворота. Ну вот, и подарок от Дудина прибыл. Оперативно он управился. Впрочем, учитывая то, сколько я ему за это заплатил, так ничего удивительного. В принципе, для подобной поспешности нет никаких причин. Можно всё делать размеренно и верно. Да только не моё ведь это.

Если увлекусь, то дело в руках горит, и я готов трудиться не покладая рук. Но при одном условии, мне нужно видеть перед собой финиш. Есть начало, должен быть и конец. А трудиться изо дня в день, совершенствовать, наращивать, развивать, это уже не для меня. Нет, если там наскоками, то оно ещё ладно, а впрягаться в ярмо и тащить… Благодарю покорно…

Я не забыл о намерении предоставить сестрице не рыбу, а удочку. Поэтому по возвращении определил Терпеня на постой в сухом подвале, поручив Хрусту следить за ним и обеспечивать кормёжку, для чего он ежедневно покупал баранов. Ну и заодно следил за нанятой мною плотницкой артелью. Я бывал тут наездами, только чтобы держать руку на пульсе. Занятия в универе никто не отменял.

Перво-наперво поставили глухой высокий забор, который только пушкой прошибать. Не частокол, но и не непотребство щелястое. Потом приступили к строительству будущих цехов. Если уж заморачиваться, то сразу по-взрослому, благо с деньгами проблем нет, да и древесина с работой плотников стоит не так чтобы дорого. Куда больше пришлось отвалить Дудину.

Так-то я уже давно прикидывал, как организовать производство карет, и что для этого понадобится. Не конвейер, конечно, но какое-никакое поточное производство наладить стоило. При сегодняшнем подходе к изготовлению карет, когда хорошо как в месяц ладилась одна, нечего и мечтать о больших доходах.

Не сказать, что я прямо так загорелся этой идеей. Денег мне хватало с избытком, даже родителям готов помогать, только батюшка пока отказывался. Но вечерами, когда не находилось иного занятия, размышлял и сидел за чертежами, борясь таким образом со скукой. А тут вот оно как обернулось.

Прокатился в Воронеж, встретился с Дудиным, вручил чертежи, обговорили с ним заказ. Лучше и быстрее него потребное никто не изготовит, тем более что в его мастерской имеются не просто квалифицированные рабочие, но и с опытым изготовления необходимых мне станков, оборудования и инструментов…

— Здравия, Пётр Анисимович, — подойдя ко мне, поклонился старший обоза.

— Привет, Тихон. Всё привезли? — поинтересовался я.

Этот у Дудина на все руки от скуки. Начинал с ним ещё до моего появления в мастерской, а потом под моим чутким руководством постигал новую науку. И получалось у него на загляденье. Так что он доподлинно знал, какой винтик откуда и для чего нужен. Не хотел его отпускать оружейник, но я сумел его уговорить.

— Всё согласно списку. А мне Сергей Андреевич велел задержаться, помочь тебе и до ума довести да обучить учеников, коих ты предоставишь.

— Есть ученики. Из села парубков к делу приставлю. С селянами уж обговорил, два десятка парнишек отобрал посмышлёней. Скажу, завтра все соберутся, вот с ними и станешь собирать станки.

— Я думал, из ремесленной слободы кого подберёшь, Пётр Анисимович. С крестьянскими-то парубками намаюсь. Они же кроме оглобли, шкворня да колеса ничего и не знают.

— Зато станешь учить с нуля, а не переучивать. Уж поверь, это дело куда более тяжкое. Как закончишь, сам определишься, то ли тут оставаться, то ли обратно в Воронеж подаваться, а жалованье я тебе положу доброе. Всем на зависть.

— Так ить мне ещё два года в подмастерьях у Сергея Андреевича ходить.

— То не твоя забота. Захочешь остаться, этот вопрос я решу.

— Но сейчас ить решать не надо?

— Сейчас не надо.

— А кузнец-то имеется? А то ить я намаюсь, если ещё и кузня на меня ляжет.

— Есть кузнец. Из подмастерьев, но дельный. А там переучишь под наши механизмы и инструменты. Кузню-то полностью укомплектуешь?

— За этим дело не станет, всё потребное привёз.

— Вот и ладно. Жить я тебя на постой определю к одной молодке-вдовушке.

— Да оно как-то…

— За постой, обиход и стол плачу я. Мне потребно, чтобы ты тут трудился и иных забот не имел. Не хватало только, чтобы отвлекался на хозяйство. Понял?

— Понял.

— Далее, где какие мастерские будут, спросишь у Клима. — Я кивнул в сторону стоявшего рядом с крыльцом Хруста. — С разгрузкой определяйся сам, чтобы сподручней было потом собирать. Возницы тебе в помощь, вот рубль, раздашь им за труды. — Я сунул в руку ему мешочек с медяками.

— Ага. Благодарствуйте. Да, Пётр Анисимович, Сергей Андреевич велел передать вам ваш заказ.

— О как! Быстро он управился, не ожидал, — обрадовался я.

— Да уж расстарался, — направляясь к ближайшим саням, ответил Тихон.

Откинул дерюгу, под которой обнаружились четыре футляра, завёрнутые в такую же грубую ткань. В тех, что подлиннее, штуцер и двуствольное ружьё с принадлежностями. В меньших одноствольные пистолеты с нарезными стволами и двуствольные с гладкими, с необходимой оснасткой. В отдельном коробе запас боеприпасов.

Не думал, что Дудин управится так быстро. Ведь мало, что я ему заказал изготовить станки, у него же ещё и заказы на оружие расписаны на год вперёд. Я когда свалился ему, словно снег на голову, так он за неё же и схватился, мол, когда всё это поспеть. Однако напрягся, и результат налицо.

— Вот порадовал, так порадовал, — рассматривая содержимое футляров, произнёс я. — Так, Хруст, всё это богатство в мои сани.

— Слушаюсь.

Нет, я не прикупил себе дополнительный транспорт. Это же нужно ещё и возницу нанимать, о котором придётся заботиться, а ещё содержать. Можно, конечно, и в аренду взять, но тогда возись с лошадью и самими санями. Куда проще оседлать извозчика, он и отвезёт, и за экипажем присмотрит, и отпустить его всегда можно. Хотя и придётся отдать чуть больше его среднего дневного заработка, но тут ничего страшного, пусть и дороговато, но куда дешевле, чем содержать постоянно, а главное, мороки меньше.

Возница, крутившийся возле саней, принял футляры и, разложив их, начал проверять упряжь. Коль скоро вещички понесли, знать, скоро в путь трогаться. Мне тут в принципе делать пока нечего. Завтра, когда Тихон отдохнёт с дороги, и привезённые им части оборудования окажутся на своих местах, проведу предварительную беседу о порядке производства работ. А пока я предпочёл отправиться в город. Тем паче, что ручки начали зудеть ну чисто как у мальчишки какого.

Вообще-то, я зарёкся расхаживать по столице в одиночку. Но тут уж ничего не поделать. Илье в полной мере я доверять не могу, потому как нет тех, кто не говорит, а есть те, кто плохо спрашивает. Ему же, пусть и на уровне догадок, и без того известно слишком много. А вот Клим меня не предаст, хоть на лоскуты его пускай, обойти узор «Повиновение» ещё никому не удавалось.