Константин Калбанов – Рубикон. Дважды в одну реку (страница 44)

Ага. Похоже, у него появился добровольный помощник. И кто!!! Отар вдруг перехватил древко рогатины Грота, собиравшегося вонзить ее в грудь раненого хакота.

– Нет, Грот.

– Отпусти, это хакота! – Грот произнес «хакота», словно сказал «ВРАГ». Именно так. Каждая буква заглавная.

– Он не опасен.

– Они убили многих наших! Ты забыл?!

– Как я могу забыть то, что видел сам? Но ведь тебя там не было.

– Мы их победили и можем убить.

– Вождь сказал, нам этого не нужно.

Грот бросил взгляд в сторону Дмитрия, который внимательно наблюдал за происходящим. Потом, подобно Тынку, с досадой пнул землю и, несмотря на мягкую обувку, при этом выбил ком земли с травой. Что-то прорычал, взмахнул рогатиной и размашистым шагом направился к командиру, явно недовольный происходящим.

Самыми дисциплинированными оказались собаки. На тренировках Дмитрий подолгу натаскивал их на сигнал свистка, и это не прошло безрезультатно. Так что первые, кого он смог осмотреть, были именно волкодавы. Осмотр не выявил ничего страшного. Имелись ушибы, отчего две собаки прихрамывали, несколько незначительных ранений, скорее царапины, которые сами же раненые и обихаживали путем вылизывания. В общем, ничего страшного, а значит, и помощь оказывать не надо. Эти животные прекрасно могут позаботиться о себе сами, тем более, насколько ему известно, их слюна содержит природный пенициллин. Остается только потрепать их немного, выказывая свое довольство их поведением, пока собираются остальные.

В общем и целом все прошло как по маслу. Можно сказать, они родились под счастливой звездой и отделались легким испугом. Царапины, ссадины и синяки не в счет. Больше всех не повезло Харке, но тоже относительно.

Ему не посчастливилось сойтись с охотником, в руках которого был железный топор. Мужчина оказался довольно ловким бойцом и умудрился нанести Харке удар в грудь. Остро отточенный кончик топора, пройдя по панцирю вскользь, сумел взрезать толстую кожу и оставить неглубокую отметину на груди бойца. Ничего страшного, доспех починится, царапина заживет и даже шрама не останется, разве только звоночек – в следующий раз быть поаккуратнее.

Радовало наличие трофеев. Топор, два ножа, десяток дротиков, но главное – все пять арбалетов, что он рассмотрел в рядах нападающих, достались победителям. С ходу суметь вернуть пятую часть утраченных арбалетов – просто небывалая удача.

Покончив с осмотром людей и трофеев, Дмитрий направился к шаману, все так же сидящему на прежнем месте. Ничего так старичок, не трусливого десятка. Невзирая ни на что, не подался в бега, а остался. И как только его не тронули ни парни, ни, что самое удивительное, собаки?

– Ты не врал, Дим.

– Я никогда не вру, старик.

– Но мне кажется, ты не думал, что случится именно так.

– Да, мне казалось, что я могу потерять кого-то из моих воинов, но великий дух решил, что их время еще не пришло.

– Воинов?

– Это мужчины, которые умеют драться. Они не охотятся, а только сражаются с теми, кто пожелает напасть на сауни. Я сам их учил этому и, как видишь, хорошо.

– Их жизнь – в походах?

– Их жизнь – в защите.

– Но как они будут кормить свои семьи?

– У них всегда найдется время, чтобы поохотиться, – решил дать уклончивый ответ Дмитрий.

Он не хотел заронять в головы местных мысль о регулярной армии. Скорее всего, предосторожность излишняя, но кто знает. А потом, нужно как-то развеять сомнения шамана. Ведь если мужчины живут только войной, то они представляют потенциальную опасность. К тому же это не было ложью. Бойцы вполне могли принять участие в охоте на того же мамонта: времени займет немного, а на выходе – огромные запасы продовольствия.

– Ты не станешь убивать раненых?

– Зачем нам это? Мы пришли с миром, и не мы напали первыми. Вражда не приносит ничего, кроме боли и потерь. Но на этот раз помогать раненым мы не станем.

– Скоро здесь будут другие хакота.

– Я знаю.

– Если я захочу поговорить с тобой еще, как мне найти тебя?

– А зачем тебе меня искать?

– Если вражда не приносит ничего, кроме боли, то, может, мир принесет больше.

– Плыви вверх по течению большой реки, и пусть на поднятом копье будет привязан кусок кожи, выкрашенный в белый цвет. Плыви открыто, не скрываясь. Я сам тебя найду и буду знать, что к нам идут с миром.

– Я запомню.

Здесь больше делать нечего. Да, поле боя осталось за ними, противник понес серьезные потери и бежал, но выигранное сражение – это вовсе не выигранная война. Бежавшие вернутся, и тогда сауни не выстоять. Дмитрий прекрасно понимал это, и у него не случилось головокружения от успеха, чего не скажешь о парнях. Впрочем, высокий боевой дух еще никогда не вредил, если только не начать зарываться. А он и не станет этого делать.

Конечно, уйти от погони не так просто, но у него есть некоторые преимущества, которые он собирался использовать по полной. Они имели фору во времени. Они оставляли на поле боя, источающем запах крови, который хищники почуют издалека, раненых хакота. Их преследователям придется оставить немалую часть охотников, чтобы те могли обеспечить безопасность соплеменникам, которым сегодня не повезло. И наконец, его бойцы ни в чем не уступают хакота в умении скрытно передвигаться.

Он собирался использовать все плюсы, имеющиеся в его распоряжении. Кстати, один из них стремительно таял: стоит поторопиться, чтобы не потерять его окончательно. Скорость сейчас не менее важна, чем скрытность.

Он не собирался тащить с собой шкуры гуров, как бы его бойцы ни были настроены сберечь достойные трофеи. Однако был вынужден пойти на это. Нет, дело не в его бойцах. Вернее, не в тех, что ходили на двух ногах. Вся проблема в собаках, которые за сегодняшний день уже дважды доказали, что по праву именуются другом человека. Все четыре пса имели различные ранения или ушибы, что никак не способствовало длительному переходу на пределе сил.

Используя шкуры гуров и копья, они соорудили носилки, на которые положили трех собак, нуждавшихся в этом. Это могло показаться глупым, ведь шкуры весили не пять кило, но только на первый взгляд. В случае столкновения с противником сауни опять будут иметь поддержку в виде четверых верных союзников, не измочаленных длительным переходом.

– Ты чем-то недоволен?

Хотя они сейчас бежали, Отар говорил совершенно свободно. Впрочем, и сам Дмитрий чувствовал себя вполне нормально. За время, проведенное в первозданном мире, его физическая форма стала просто великолепной, что уж говорить о местных. К тому же они не выкладывались на полную, взяв темп, соответствующий длительному переходу. Аборигены могли отлично распределять свои силы, потому что передвигались либо пешком, либо на лодках. Хм… Интересно, а как у них с этим будет, когда они приручат лошадей?

– Я рассчитывал, что мы сумеем поймать зобов. Но теперь не до них.

– Тебе так нужны зобы?

– Не мне. Сауни. Я затеял этот поход, чтобы не терять время. Ведь не все животные захотят жить в неволе, придется отбирать тех, у кого более спокойный характер, а на это нужно много времени.

– Ну если так, то мы поймаем тебе зобов.

– Не думаю, что у нас получится вернуться сюда. Слишком опасно. Сегодня мы победили, но кто скажет, что так будет всегда?

– А зачем возвращаться сюда? Зобов можно найти и ближе. Не такое большое стадо, но ведь ты не хочешь устраивать большую охоту.

Дмитрий даже сбился с шага от этих слов. Йошки-матрешки!!! Получается… Значит… Ну конечно! Какой же он идиот! С чего он взял, что охотники отправлялись в такую даль, чтобы поймать и доставить ему животных? Разве звери обитают только в строго отведенном месте? Да, они придерживаются определенной местности, но кто сказал, что вот это огромное стадо – единственное? Оно как нельзя лучше отвечает требованиям большой охоты, а местность обеспечивает пропитанием крупное стадо. Но ведь могут быть и другие. Они просто не смогут удовлетворить потребности племени в мясе, даже если будут забиты все до последнего. Именно в этом смысл большого кочевья. Зимой же животные перебираются в места, где с кормами получше, и не могут служить объектом охоты. Все дело в незначительности количества, но лошади и зобы имелись и не так далеко.

Он ведь никогда не интересовался, где именно охотники поймали тех животных, что притащили к нему на обмен. Отчего же тогда парни согласились с его доводами о необходимости похода за зобами? Им что, делать нечего – тащить живую добычу за тридевять земель? Х‑ха! Похоже, его развели, как мальчишку. Они прекрасно понимали, что этот поход может привести к столкновению с хакота или магаками. Они этого хотели, и они это получили. Будет тебе урок на будущее – не считай местных тупыми и недалекими. Как они его развели. Вот… молодцы, йошки-матрешки.

Ладно. Если им удастся без потерь убраться из этих мест, то поход можно считать удачным. Подумаешь, они не получили того, на что рассчитывал Дмитрий. Получат в другом месте, и куда ближе. Здесь они пополнили незаменимый боевой опыт. Показали врагу, что сауни все еще способны постоять за себя. Демонстрация силы и в то же время готовность к добрососедским отношениям должны пойти на пользу. В этом Дмитрий уверен.

Вообще-то он много в чем был уверен, только не всегда оказывался правым. А что, если этот поход окажется красной тряпкой для быка и спровоцирует полномасштабную войну? Разве такого быть не может? Очень даже может. Ведь объединились же хакота и магаки, чтобы разбить сауни, которые якобы вторглись в их охотничьи угодья. Возможно, он только что дал понять врагу, что к ним с малыми силами лезть не стоит.