Константин Калбанов – Рубикон. Дважды в одну реку (страница 21)

А еще вчера Отар и его товарищи смогли победить самого барху. И все это благодаря новому оружию, которого не было у такого смелого и ловкого охотника, как Гунк. В честном поединке он с легкостью победит Отара, который не мог стать вождем рода Лисицы даже после того, как мужчин в их роду стало меньше. Нет, не сравниться Отару с Гунком, но у него есть арбалет, копье с железным наконечником и железный нож, а у Гунка нет. Разве это справедливо?!

– Вижу. Слишком много зобов. Нам не унести всего в стойбище, – вырезая засевшую глубоко в теле добычи стрелу, произнес Отар.

Наблюдая за тем, как легко взрезает железный нож шкуру убитого животного, Гунк вдруг понял, что его начинает переполнять злость. Нет, он не злился на охотника, владевшего этими вещами. Проклятый Дим! Это ты… Ты извратил волю великого духа и лишил возможности многих достойных охотников владеть таким великолепным оружием.

– А зачем это делать? – все же вполне владея собой, произнес Гунк. – Женщины сами придут сюда и помогут разделать добычу.

Нет, Отар вовсе не настолько глуп, чтобы не понять этого. В конце концов, так поступали всегда, когда добыча оказывалась слишком велика, чтобы переправить ее в стойбище. Но он видел, насколько недоволен происходящим Гунк, хотя внешне и старается этого не показывать. Так что дать ему возможность лишний раз почувствовать себя выше совсем не будет лишним. Да, он не его вождь, но ведь Такунка назначил именно его старшим в этом отряде, а тут получается так, что охотники, уступающие Гунку и в ловкости, и в силе, сумели добыть больше его. Это никак не могло сказаться положительно на его самоуважении, так что пусть уж лучше думает, что он умнее всех, чем злится.

– Да, ты прав. Об этом я как-то не подумал.

– Ничего. Ты еще молод, а мудрость приходит с годами. Пройдет время, и ты станешь куда мудрее.

Все же оставшись довольным собой, Гунк отправился дальше обходить охотников. Нужно кого-нибудь отправить в лагерь, чтобы он призвал сюда женщин и детей. С добычей следует разобраться еще до темноты, не то придется ее отстаивать у ночных хищников. Но отправлять Отара было бы неправильно. Есть куда более молодые и менее славные охотники, которым можно дать это поручение.

Отар проводил взглядом Гунка, и если бы тот видел этот взгляд, то он ему явно пришелся бы не по вкусу. Охотнику не нравился этот вождь, оказавшийся слишком жадным, чтобы обзавестись достойным оружием. Мало того, он не позволил сделать это и другим охотникам из своего рода. Он считал, что Дим должен раздавать оружие охотникам, не беря взамен ничего. Но верно ли это?

Еще предками заведено, что оружие охотники делают себе сами. Если ты хотел владеть тем, чего у тебя нет, ты либо это делал сам, либо, если не умел, выменивал у другого. Можно было выменять либо вещь, либо умение, за последнее приходилось отдать куда больше. Но так было всегда.

Отчего же многие вдруг решили, что Дим не должен ничего получить взамен своих умений или вещей, которые могли делать только в его роду? К тому же разве он не показал, как делать луки, и, кстати, ничего за это не взял? Но вот Гунк отчего-то решил, что его охотникам не следует делать и луки. Наверное, он считал, что его люди достойны самого лучшего и не следует им обходиться какими-то поделками наподобие последнего.

Впрочем, правда крылась даже не в этом. Чтобы сделать пристойный лук, нужно иметь хотя бы железный нож. Но в роду Барсука не было ножей, потому что они не хотели предоставить роду Пса то, что тем было нужно.

Такунка говорит, что Дим – посланник великого духа и поэтому должен отдавать все просто так. Может, это и правда, Отару неподвластно беседовать с духами предков, что уж говорить о том, чтобы узнать волю великого духа. Вот только ему казалось, что это неправильно. Но свои мысли лучше держать при себе. Все говорит о том, что их ждет великая охота, и удача, сопутствующая ему в последнее время, яркое тому подтверждение. К осени молодой шаман возьмет большую силу.

Такунка всячески выделяет таких, как Гунк. Тех, кто считает, что Дим и Вейн извратили волю великого духа, повернув ее к своей выгоде. Вот и второй отряд возглавил такой же, как и Гунк, не пожелавший обзаводиться новым оружием. Они, конечно, стараются держаться гордо и независимо, но Отар уже не раз замечал завистливые взгляды обоих вождей и охотников их родов, бросаемые на тех, кто поддался «слабости» и выменял для себя новое оружие. Охотник вовсе не боялся навлечь на себя недовольство чужого вождя, какое ему дело до его отношения, но вот вызывать неудовольствие шамана, который очень скоро станет верховным, не хотелось.

Проводив Гунка, Отар вернулся к своему занятию. Из четырех выпущенных болтов невредимым оказался только один. Еще один хотя и был с виду целым, имел небольшую трещину. Его тоже придется переделывать, иначе очень даже может получиться, что сэкономленное время обернется против самого охотника. Такой болт мог развалиться при выстреле, а если при этом его владельцу будет угрожать опасность, то это станет причиной несчастья.

Пока не появились женщины, охотники не приступали к разделке добычи. Работать они способны очень быстро, а тут налетят мухи и другая мелкая всячина, из‑за чего мясо может и испортиться. Так что лучше дождаться женщин, чтобы сразу укутывать добычу в шкуры и укладывать в пироги. Перерабатывать будут уже в стойбище, где давно все подготовлено для этого.

Вокруг расставили наблюдателей: если появится какая опасность, то нужно заметить ее вовремя. Степь полна самых разных хищников, как четырех-, так и двуногих. От большого количества убитых животных в воздухе витает запах крови, который может привлечь тех, кто пожелает прибрать добычу людей. Да и соседи могут пожаловать, обуреваемые завистью и жадностью.

Обладатели арбалетов и луков сейчас были заняты тем, что отсоединяли от испорченных болтов и стрел наконечники. В отличие от кремневых, с ними ничего не сталось и их можно использовать снова, только нужно сделать новые древки. У Отара есть такие, и даже с приделанным оперением, осталось приладить наконечник – и готово.

– Ий-ах-ха!

Тревожный крик одного из сородичей, стоящих на посту, в одно мгновение подбросил охотников, расслабленно сидящих кто где придется. Отар поспешил упрятать все лишнее в мешочек, висящий на набедренной повязке, и, подхватив арбалет, побежал туда же, куда сейчас устремились все его товарищи. Гунк, как и подобает вождю, мчался впереди всех.

Кто бы сомневался. Хакота!

Они не торопятся, приближаются медленно и не скрываясь, предоставляя возможность хорошенько себя рассмотреть. Видно, они не собираются драться. К чему, если сауни, увидев, что людей хакота гораздо больше, чем их, сами уйдут, оставив им добычу? Если нет… Что ж, им предоставлялась возможность уйти, они сами того не пожелали. Необъяснимым образом их извечным соседям и соперникам удалось убить великое множество зобов. Подобную удачу никто не помнил. Вождь, командовавший отрядом хакота, даже не поверил, когда разведчики сообщили ему об этом. Ведь их куда больше, но удалось перебить гораздо меньше, чем не такому большому отряду сауни. Теперь же он сам видел, что разведчик ничего не напутал ни по количеству охотников в отряде, ни по объему добычи.

– Что делают хакота на землях сауни?! – не дожидаясь, когда противник слишком приблизится, закричал Гунк.

– Мы там, где нам хочется, – раздался ответный крик вождя хакота.

– Уходите! Это наша земля.

– Это вы уйдете и оставите нам всю вашу добычу.

– Мы не уйдем. И ничего вам не оставим.

– Тогда мы сами заберем то, что нам нужно, а вас прогоним.

Нет, мирно разойтись не получится. Отар вскинул арбалет, бросив взгляд по сторонам. В их отряде пятнадцать арбалетов и много луков, лишь десять охотников не имеют нового оружия. Но даже у них за спинами тулы с дротиками и копья, чего не скажешь о тех, кто решил прогнать их прочь. Хакота больше примерно вдвое, вот только в душах сауни нет и капли страха. Их охраняют духи предков, они идут, ведомые волей великого духа, так им ли опасаться хакота, даже если их и больше?

Вот враг приблизился настолько, что Отар уже не сомневается, что сможет поразить их, в то же время нападающие пока не могут достать их своими дротиками. Но начинать первым никак нельзя, ведь придется пролить кровь. Будь он один или старшим, то решение было бы за ним, но тут есть тот, кто наделен властью самим Такункой. Даже двое вождей из других родов ждут решения Гунка. Тот стоит, преисполненный важности, и гордо осматривает свое воинство.

– Гунк, мы будем драться? – не выдерживает Отар.

– Конечно.

– Тогда нам можно уже стрелять?

Незнакомое слово. Вернее, Гунк уже знает, что оно означает, но все же слышать его как-то непривычно. Мелькнуло было желание одернуть нетерпеливого охотника и напомнить, кто здесь командует. Но он вовремя сообразил, что никто не посягает на его права и не пытается ему указывать. Мало того, славный охотник, победитель бархи, спрашивает у него, как ему быть.

– Ты сможешь попасть в кого-нибудь из этих шакалов?

– Да.

– Тогда пора им показать, кто хозяин этой земли.

Отар вновь прицелился и плавно выбрал спусковой крючок. Духи, сколько всего нового привнес в их жизнь этот странный посланник великого духа Дим! Вот и эти новые слова, голова уже кругом от всего этого. Зачем так много говорить, если можно показать жестами? Хотя что уж там, далеко не все подвластно жестам. Интересные времена пришли вместе с этими посланцами великого духа.