Константин Калбанов – Несгибаемый (страница 41)

Опираться на одно только морское сообщение, в то время когда есть возможность создать надежный и безопасный сухопутный маршрут, неразумно. Магистраль жизненно необходима империи. Поэтому дорогу строили с применением последних достижений инженерной мысли. И как следствие, потребность в квалифицированных кадрах была высока. Среди осужденных же их процент слишком уж мал.

Так что, завербовавшись на строительство Транссиба, можно хорошо заработать. А там и подумать над осуществлением задумки по созданию двигателя внутреннего сгорания. А с учетом того, что нужно будет сразу подать готовое изделие, превосходящее по своим показателям паровую машину, в разработку ДВСа придется вложиться изрядно.

Конечно, Петр думал о больших прибылях и солидной сумме на банковском счете. Но с другой стороны, не был лишен и тщеславия. Бог весть, откуда это взялось, но вот захотелось, чтобы его имя осталось в памяти потомков, и плевать, что он не является гением и реальным создателем двигателя, а просто скопирует уже известный. А кто бы отказался от славы? Ну разве только святой. Но Петр-то обычный смертный.

Вот только этим планам не суждено было сбыться. Нет, речь идет не о создании ДВСа. Он все так же оставался конечной целью Пастухова. Просто изменились пути ее достижения. А все тот японец, лейтенант Такахаси, с его картой.

Иероглифы первой строчки полностью соответствовали иероглифам, обозначавшим название одной из речек на черновике карты, изъятой в избушке. Петр детально изучил карту на одном из привалов. Непонятно, что обозначала эта надпись, но иероглифы совпадали один в один. Речка являлась левым притоком реки купца Завьялова, где и началась вся эта история.

Хм. Вот странное дело. Река и река. Петр как-то даже не удосужился поинтересоваться ее названием. И это при том, что названия других рек разузнал. Чудно, но все именно так и обстояло.

Так вот, хотя он и сумел установить, какая именно река стала объектом его внимания, это еще ничего не значило. Поди пойми, где именно были найдены самородки, обнаруженные у покойного лейтенанта. Нет, если собрать полноценную экспедицию, привлечь геолога да затратить определенные усилия, то результат будет. Наверное. И все же хотелось бы конкретики.

Петру удалось найти в Красноярске знатока японского. Хотя это было весьма сложно. Не Владивосток все же. Так вот, он перевел вторую строчку иероглифов. «Двуглавый утес».

Получается, Петру необходимо следовать по реке Сосновой в поисках прорисованных на карте изгибов русла и местности вообще. Ведь имеется же отметка. А там искать утес с раздвоенной вершиной. А что еще может означать его название? Вот и будет ему счастье.

Н-да. Правда, Петр ничего не смыслил в золотодобыче. Нет, он что-то там читал на страницах книг. Авторы фантастики грешат подробным описанием тех или иных технологических процессов. Просто Петру они не казались столь уж увлекательными, поэтому эти описания он пробегал по диагонали, только чтобы не потерять нить повествования. А потому он знал лишь то, что для промывки россыпного золота нужны лопата, лоток и колода, конструкцию которой он представлял себе весьма отдаленно.

Получается, для начала Петру не мешало бы обзавестись хоть каким-то старательским опытом. А то ведь ему нипочем не отличить золотой самородок от пирита, так называемого «золота дураков». А где можно поднабраться такого опыта? Ну уж не в горном техникуме, это точно. Слишком долго. Петру нужны не академические знания, а практика. Так что ему прямой путь в вольную старательскую артель. Идти работать на прииск он не собирался категорически. Ему вовсе не улыбалась тупая беготня с тачкой.

Решение созрело еще в марте месяце, едва только Пастухов понял, что золотая жила, или россыпь, у него в кармане. Поэтому он решил не откладывать дело в долгий ящик и начать подготовку. В частности, обзавестись подготовленным маломерным суденышком. Ну не улыбалось ему выгребать веслами против течения. И ночевки в парусиновой палатке также не вдохновляли.

Найти лодочного мастера в достаточно крупном городе, на берегу большой реки, не так уж сложно. Главное, сговориться о цене и объяснить, что тебе нужно. Да и плоскодонками в этих краях никого не удивить. Строили их тут издавна, разве что необходимо задать нужные размеры и обсудить некоторые условия. А там мастеру и карты в руки. На то и мастер.

С машиной Петру откровенно повезло. Один красноярский купец умудрился в хлам разбить свое авто. Казалось бы, автомобилестроение в начале пути, ничего сложного в конструкции пока нет, и все узлы крепятся на раму. Но если русский купец гуляет… Словом, восстановлению не подлежит. Если только на запчасти. Вот Петр и положил глаз на останки красавца «рено».

По сути, его интересовали машина и котел. Они оказались полностью исправными и стоили затраченных денег. Даже бывшая в употреблении машина в подобном состоянии обошлась бы не меньше пятисот рублей. Новая и того дороже. Впрочем, купца в это посвящать Петр не собирался, заявив, что потребуется ремонт.

А тому что? Он вообще собирался утопить клятую железяку в Енисее, чтобы неповадно было. А то как же! Он из-за этого «рено» ногу сломал и теперь лежит в гипсе. Но купеческая натура все же взяла свое, и коль скоро нашелся тот, кто готов уплатить за покореженные обломки звонкой монетой… Три сотни! Да легко!

Плоскодонка получилась длиной семь и шириной три метра. Осадка в грузу порядка сорока сантиметров, борт возвышается над водой сантиметров на семьдесят. Паровая машина, котел с переделанной под дрова топкой и пара гребных колес. Довольно просторная каюта из расчета на проживание двух человек. Камбуз со специальной печью. Грузовой отсек под продовольствие и оборудование. Остекленная ходовая рубка с вынесенными в нее всеми органами управления.

Вообще поначалу Петр хотел сделать одно заднее гребное колесо. Все же пара колес по бортам увеличивает габариты лодки на метр. А в узких протоках это могло быть весьма существенным. Четыре метра – это не три.

Но, посоветовавшись с одним речником, отказался от этой затеи. По уверениям опытного человека, заднее колесо при движении вперед увеличивает осадку судна, в то время как боковые колеса, наоборот, приподнимают его. К тому же маневрировать с боковыми колесами куда проще. Можно даже вообще развернуться на одном месте, придав им вращение в противоположные стороны.

Опять же, если с прииском все выгорит, для снабжения Петру потребуются небольшое маневренное судно и небольшая баржа. Ну, баржу он еще закажет, когда возникнет нужда, а вот подцепить ее с задним гребным колесом не получится. Разве только толкать. Но Петр предпочитал все же буксировать.

Вся задумка обошлась ему в семьсот рублей. Не так дорого, если учесть то простое обстоятельство, что, к примеру, авто или аэросани стоили в пределах четырех тысяч. А деньги… Деньги у него были. Тут и трофеи, и благодарный Завьялов одарил щедрой рукой, это не считая положенной платы, да плюс прежние накопления Петра. Получилось больше тысячи. Откровенно много. Но для создания ДВСа все же недостаточно. Да и глупо было бы отказываться от большего, имея на это все шансы.

Для воплощения в жизнь своей задумки Петру пришлось уволиться с работы и забрать с собой Митю. Как и отказаться от всех халтур. У него были другие, далеко идущие планы. А что касается Мити, то ему остаться без работы не грозило. Подстегнутое войной производство продолжало расти невиданными темпами, и потребность в специалистах все время росла. Так что не выгорит с прииском – паренька всегда возьмут хоть обратно в мастерские, хоть к какому-нибудь частному предпринимателю.

К окончанию ледохода лодка была полностью закончена и спущена на воду. Ходовыми испытаниями Петр был весьма доволен. Хотя после скоростей его мира и аэросаней лодка напоминала эдакую улитку, движущуюся по реке с максимальной скоростью едва ли больше тридцати километров в час, но, по сути, больше и не нужно.

Единственное неудобство – котел держал пар не дольше трех часов. После этого его необходимо было заправлять водой и по новой разводить пары. Проблему можно было решить либо установив дополнительный котел, либо заменив имеющийся котлом большего объема. Но Петр отказался от этой идеи. Во-первых, это повлечет дополнительные затраты. Во-вторых, съест вместимость лодки. Лучше уж потерять немного времени. Невелика беда.

Нашлась и старательская артель, согласившаяся взять к себе новичков. А кто откажется от дармовой рабочей силы? Выйдя на Андреевича, старшего одной из многочисленных красноярских артелей, Петр условился с ним, что они с Митей будут работать под его началом, передавая все намытое золото артельщикам. Им самим нужна только наука, и ничего больше. Андреевич посоветовался с товарищами, и те согласились. Халява, она такая. Отказаться от нее ну очень трудно.

Вот так и получилось, что сидят сейчас старатели на палубе на складных стульях, покуривая трубки да поглядывая по берегам. Их большую лодку ведет на буксире «Карась», так незатейливо Петр назвал свое суденышко. Андреевич высказался было, мол, к чему им брать с собой лодку, коль скоро у них целый пароход. На что Пастухов ответил, что на всякий случай. Мало ли как оно все обернется. Техника – она и есть техника. А ну как поломается и останутся они без транспорта?