Константин Калбанов – Кукловод. Капер (страница 9)

– Хорошо. Мы поступим так. Ты отправишься в порт не один, а с грумом. Осмотришься на месте и с ним же передашь весточку, нужны ли тебе помощники. Ступай.

Вообще-то подобный подход несколько удивил Патрика. Не в правилах госпожи Джонсон делать подарки. А в данном конкретном случае она лишалась солидной суммы. Впрочем, особо задумываться над этим вопросом он не собирался. Лошадь, скорее всего, уже под седлом. Так что нужно как можно быстрее посетить свою хижину, собрать побольше перевязочных материалов. Благо их запас у него изрядный, и отваров для промывания ран с заживляющими настойками – тоже. Во всяком случае, на ближайшее время должно хватить, а там будет видно.

К нужному складу, расположившемуся неподалеку от одного из причалов, Патрик прибыл уже к вечеру. Оставалась только пара часов светлого времени. Но он надеялся, что все же успеет хотя бы осмотреть всех и определиться с порядком лечения. Оперировать при свечах, если в том возникнет необходимость, он не был готов. Хотя… Конечно, если придется, то слабое освещение его не остановит.

– Приветствую вас, коллега, – едва только Патрик соскочил на землю, как его тут же окликнул худощавый мужчина лет сорока.

Как подобает людям его профессии, он был одет в черное, с белым отложным воротником и кружевными манжетами. Через левое плечо висит довольно объемная и вовсе не пустая сумка. В руке изящная трость. Впрочем, по поводу этой трости не следовало обманываться. В ней скрывался отличный клинок толедской стали. Расхаживать по Барбадосу безоружным дело небезопасное. Все же рабов на острове в несколько раз больше, чем свободных.

– Здравствуйте, доктор Кук. Не произошло ли какой-нибудь путаницы? Все верно? Раненых с королевского фрегата должен лечить я?

На острове было два доктора. Вот только в отличие от Картера, способствовавшего осуждению Патрика, эти двое даже не помышляли о том, чтобы строить козни против доктора-невольника. Более того, они не гнушались советоваться с ним и перенимать его опыт, обращаясь к нему весьма уважительно. Так сказать, корпоративная солидарность в действии.

Причина подобного отношения была проста. Он не был для них конкурентом. Наоборот, его появление сняло с их плеч изрядную долю нагрузки. Теперь все малообеспеченные жители острова и некоторая часть среднего класса обслуживалась Патриком. Так что он имел солидный заработок исключительно благодаря большому количеству пациентов. Словом, как говорится, горел на работе.

Конечно, больному все равно, кто его лечит. Но это не относилось к большинству жителей Барбадоса, и зажиточных – в особенности. Далеко не каждый позволит приблизиться к себе рабу, пусть он белый, является бакалавром медицины и пользуется репутацией хорошего врача. Для рабовладельцев все это не имеет значения. А рабами на острове владели многие. У хозяев кабаков, например, не было свободной прислуги. В лучшем случае контрактные рабы, которые теоретически могли получить свободу, выплатив свой долг. На острове проживали и такие. Правда, лишь единицы.

– О-о, не сомневайтесь, коллега. Эта работа – ваша. Губернатор не мог оставить без помощи моряков Его Величества, коль скоро корабельный хирург сам оказался в числе раненых. Его и еще двух господ офицеров доставили к доктору Калхауну. А матросов предоставили в ваше распоряжение. Я слышал, губернатор пообещал госпоже Джонсон некие преференции, если вы отлично справитесь со своими обязанностями.

– Его милость так в этом заинтересован?

– Все дело в капитане фрегата. Это некий виконт Омальский, батюшка коего, будучи пэром, покровительствует нашему губернатору. Виконт же души не чает в своих подчиненных, хотя и слывет довольно строгим.

Хм. Ну, интерес губернатора понятен. А вот с интересом госпожи Джонсон не все ясно. Конечно, получение неких преференций от губернатора – это неплохо. Но Патрик явственно уловил в ее приказе то, что она лично заинтересована в выздоровлении раненых. И еще то, что ему лучше вывернуться наизнанку, но выполнить ее приказ и поднять всех пациентов до единого.

– В бытность свою во флоте я слышал о нем, – с задумчивым видом произнес Патрик. – Капитан фрегата «Стремительный». На службе он готов содрать с матроса три шкуры. Но щедр в наградах и проявляет искреннюю заботу о подчиненных. А главное, никогда и никому не даст своих парней в обиду, невзирая на чины и звания. Он считает, что над командой своего фрегата властен только он.

– Знакомы лично? – вздернув бровь, полюбопытствовал доктор Кук.

– Бог миловал. Он ненавидит ирландцев настолько сильно, что мне это не сулило бы ничего хорошего.

– Да, да, я помню вашу дуэль с покойным Джонсоном. Правда, сойдись вы с виконтом, то проиграли бы в любом случае.

– Это уж точно. Но позвольте полюбопытствовать, что тут делаете вы, коль скоро обихаживать раненых должен я?

– Ну, дорогой коллега. Для других вы, возможно, и бесправный раб. Для меня же в первую очередь человек, преуспевший на ниве медицины больше, нежели я. Да-да, я не боюсь этого признавать. А коли так, глупо отказываться от возможности приобрести полезный опыт. Иными словами, я здесь в качестве вашего добровольного ассистента.

– Даже так.

– Именно так.

– Ну что же, приятно видеть умного человека, и уж тем более общаться с ним.

– Даже если он англичанин? – с нескрываемым весельем поинтересовался доктор Кук.

– Даже в этом случае, – приложив руку к груди и изобразив поклон, подтвердил Патрик, после чего сделал приглашающий жест в сторону входной двери склада.

Раненых оказалось двенадцать человек, и устроены они были, надо сказать, весьма удобно. Для каждого был сколочен отдельный лежак, представляющий собой деревянную раму с натянутой на нее парусиной. Имелся и довольно просторный стол, не иначе как позаботились о рабочем месте для доктора. А еще здесь присутствовали двое матросов, похоже, помощники корабельного хирурга, которые, в силу приобретенного умения, ухаживали за своими товарищами.

Н-да. Господин виконт и впрямь проявляет неподдельную заботу о подчиненных. «Стремительный» бросил якорь в Карлайлской бухте не более трех часов назад. Но капитан не только успел определиться с размещением раненых, но еще и сумел обеспечить им более или менее пристойные условия.

Данное обстоятельство радовало Патрика. Мало того что у него есть два помощника хирурга, так еще и добровольный ассистент – доктор Кук. Так что грума можно отпускать. Разве только забрать переметные сумки с прихваченными медикаментами. Похоже, уже завтра нужно будет отправляться в лес, за новым сбором. Уж тут бы лучше озаботиться помощниками. Никаких сомнений, сегодня он израсходует все свои запасы промывающих отваров и изрядную долю антисептических настоек. Уж больно серьезно выглядели раненые. А настойки раньше чем за две недели никак не приготовить.

Конечно, он мог бы рассчитывать на помощь коллеги из съемочной группы. Но из-за упертого характера Перегудова это было маловероятным. Против помощи на начальном этапе он не возражал, но вот дальше господину доктору придется изворачиваться самостоятельно. Впрочем, так оно и лучше. Если уж Шейранов хочет оказать полезную услугу местной медицине, то следует использовать местные же резервы и возможности, а не уповать на подарки из более развитого слоя.

– Доктор Кук, позвольте вас попросить, – обернувшись спиной к помощникам корабельного хирурга, тихо обратился к коллеге Патрик.

– Да, доктор Кларк, – столь же тихо ответил тот.

– Не могли бы вы играть первую скрипку?

– Вам напомнить, с какой я тут целью?

– Я помню. Просто при столь ярой нетерпимости виконта к ирландцам, да еще учитывая, что я раб… Сомневаюсь, чтобы команда не разделяла его взглядов.

– Боитесь осложнений?

– Ну, еще больше навредить у меня вряд ли получится. А вот этим бедолагам приходится несладко, – кивнув в сторону раненых, попеременно оглашавших склад страдальческими стонами, ответил Патрик. – Не хотелось бы сталкиваться с ослиным упрямством в связи с моим положением. А мне придется требовать кое-чего непривычного, даже для вас.

– Но я не смогу тут присутствовать постоянно.

– Это так. Однако завтра в их глазах я буду выглядеть вашим помощником, а когда этим малым полегчает, то неприязнь и недоверие притупятся.

– Ладно. Тогда подсказывайте, что я должен делать, – скосив взгляд на уже поглядывавших на них помощников, произнес доктор.

– Сначала пусть несут вон того, второго слева. Потом снимаем с него повязки, моем руки с мылом, протираем крепким ромом, обрабатываем им же инструменты и приступаем к работе. А пока мы будем оперировать, пусть эти молодчики раздобудут большой чан и вскипятят воду.

– План действий понял. Но… Ранение в живот. Стоит ли отвлекаться на него?

– У него осталось времени меньше всех. А возможность спасти его, как я думаю, у нас имеется. И еще. Нам понадобятся свечи. Много свечей. Пара больших зеркал, и еще четверо помощников. Работы изрядно, так что засветло нам не управиться. Если, конечно, вы готовы.

– Не готов. Но чувствую, что будет очень интересно. Любезнейший, несите-ка на стол вон того страдальца, – указав на раненого, распорядился доктор Кук, обращаясь к одному из помощников корабельного хирурга.

– Господин доктор, стоит ли? Он уж доходит, – усомнился тот.