Константин Калбанов – Кукловод. Капер (страница 68)

Вот если бы Джебу удалось то, для чего он сюда и прибыл! Но его схватили раньше. И теперь он никак не мог повлиять на происходящее. А еще – ирландцы не сомневались в бесполезности пленника. Его перестали пытать и задавать беспрестанные вопросы. Он выдержал. Да и что он мог сказать, если ничего толком не знал.

Разве только рассказать о пистолете, бечевке, свечке и огниве, которые он припрятал в пороховом погребе Левого форта. А толку от этого? Прятал он их для себя. И использовать должен был тоже сам. Но теперь никто воспользоваться ими не сможет. А вот если он расскажет об этом, то еще больше разозлит своих мучителей. Поэтому он твердил только одно: да, ему приказали взорвать любой из погребов, дабы посеять смуту и страх перед наступающими пиратами. Но, оказавшись здесь, он решил этого не делать, потому что вырос среди ирландцев.

Поверили ли ему? Это вряд ли. Но мучить перестали. Хм. Возможно, потому что это уже было бесполезно. Враг у ворот. Теперь они должны либо победить, либо проиграть. Лучше бы, конечно, проиграли. Вот только эти проклятые пушки… Если помочь виконту, то чаша весов окончательно склонится в его сторону. Если нет… Если нет, то Джеба будут судить и повесят. Свое будущее он уже знал.

В коридоре послышались какие-то голоса. Потом короткий вскрик, сменившийся хрипом. Наконец в замке провернулся ключ, и массивная деревянная дверь распахнулась. В неровном свете, пробивающемся сквозь зарешеченное окошко под потолком, Джеб увидел высокого худощавого мужчину. На левой руке белая повязка с косым красным крестом, цвета и символ Святого Патрика.

Носящих эти повязки мужчин называют санитарами. Женщины кроме повязок носят и белые платки с косыми крестами и зовутся сестрами милосердия. Еще одно новшество, привнесенное графом. Впрочем, как все, придуманное им, весьма полезное. И оценить эту пользу могут только те, кому доводилось часами ждать, когда кто-нибудь перевяжет их раны. Джебу подобное пережить доводилось.

– Эй, Джеб, дружище, ты живой?

– Живой. А ты кто?

– Не узнал? Х-ха. Говорят, это к богатству.

– Крыс, ты, что ли?

Джеб не без удивления признал в этом мужчине своего друга детства. Еще будучи мальцами, они пробавлялись кражами, не гнушаясь обкрадывать и пьяных прохожих. И первый человек, отправившийся на небеса с их помощью, также был пьянчужкой, который решил не отдавать свои три фартинга[14]. Когда им было по пятнадцать, судьба их развела. Джеб как-то раз оказался в кабаке за столом с какими-то моряками, а в себя пришел на корабле, уже в открытом море.

– Ага, признал все же.

– Я слышал, тебя повесили.

– Пытались. И не один раз. А когда я думал, что уже все, мне конец, судья вдруг решил, что нечего мне без толку болтаться на виселице, и продал в Вест-Индию. Я тут уж три месяца обретаюсь. Граф ссадил меня прямиком с захваченного корабля.

– И как твоей разбойной душе живется на этом острове?

– А плохо живется. Ты же помнишь, я с детства ненавидел работать, а тут… И украсть-то не у кого, я уж не говорю ограбить. Остров такой маленький, что твой прыщ на заднице. И егеря его знают вдоль и поперек. А еще индейцы, которые очень даже сдружились с графом. Идти-то сможешь?

– Смогу.

– Вот и ладно. Тогда держи, переодевайся.

С этими словами он бросил под ноги Джебу узелок, в котором обнаружилась одежда. Сам же присел в уголку, наблюдая за тем, как переодевается друг детства, и продолжил свой рассказ под звуки канонады, доносящиеся снаружи.

– Хотел бежать, даже лодку нашел. Прибило тут одну на северном берегу, с парочкой скелетов. Так я ее припрятал и припасы кое-какие собрал. Решил перебраться на Сан-Хуан. Уж там-то места побольше, и есть где затеряться. Да вот беда, не моряк я. Как вспомню те скелеты в лодке, так всякое желание плыть пропадает. До Сан-Хуана вроде бы и не так далеко, да только с меня станется заблудиться. А моряков среди рабов не так чтобы много, и их здесь всех сразу же определяют на флот. Рыбаки есть, но они никогда от берега не отходили. А тут гляжу – ведут шпиона, и кто бы это мог быть? Кстати, ты по морю-то сам пойти сможешь?

– Смогу, – закончив одеваться и привалившись к стене, чтобы перевести дух, ответил Джеб. – Только зачем нам бежать, если виконт вскорости возьмет этот городишко?

– Как же возьмет?! Да его флагман уже горит, что твой костер. И второму сейчас достается так, что вскорости и ему придет конец. Пушки у графа страшные.

– Ну, если мы поможем, то у него все получится.

– И как мы это сделаем?

– Мне бы попасть в Левый форт. И тогда бы я взорвал его к дьяволу.

– Ничего сложного. На нас повязки санитаров. На улице стоит повозка, запряженная мулом, чтобы раненых свозить в госпиталь. Так что в форте на нас никто не обратит внимания. Даже рады будут. Только зачем мне это? Вот в чем вопрос.

– Виконт наградит тебя. И щедро.

– А щедро – это сколько?

– Не меньше пятисот фунтов. Уж больно он зол на этого графа из докторишек.

– Л-ладно. А сами-то мы не того…

– Не переживай. Все предусмотрено. Когда рванет, нас и близко не будет.

До Левого форта добрались без проблем. Разве только шальное ядро ударило в один из домов, пробив саманную стену и осыпав ехавших на повозке лазутчиков глиняной крошкой. Мул испугался и едва не заартачился идти дальше. Но Крыс довольно быстро успокоил животное, и они продолжили свой путь.

В сам форт въехали без препятствий. Никто и в самом деле не обратил внимания на санитаров. Те здесь были постоянными гостями. Не сказать, что кровь на батареях лилась рекой. Но раненых все же хватало. И делать им под огнем было решительно нечего.

Пока Крыс занимался ранеными, готовя путь к отступлению, Джеб направился к пороховому погребу, отсвечивая повязкой с крестом на левой руке. Он не боялся быть узнанным, хотя и провел на батарее больше двух недель. С одной стороны, все были уверены, что шпион сейчас сидит в подвале. С другой – на его голове и лице красовались повязки, причем вовсе не бутафорские. Поработали над ним, чего уж там.

Как Джеб и ожидал, у порохового погреба стоял караул из двух ополченцев приданной форту роты. Вот только к чему этот пост, совершенно непонятно, потому что народ забегал в галерею, ведущую под землю, совершенно свободно. И при этом ни на одном из них не было военной формы. Ну, ясно, артиллеристы сейчас у пушек, а в роли подносчиков выступают резервисты.

Джеб снял с себя повязку с крестом и, кривясь от боли, побежал к погребу. Не глядя на часовых, он юркнул в полутьму хода, ведущего в погреб. На лестнице разминулся с ополченцем, несущим ящик со снарядами. Оказавшись в подземелье, освещаемом специальными закрытыми фонарями, он тут же прошел в дальний угол, где устроил тайник.

Все припрятанное им было в полной сохранности. Теперь оставалось сделать все так, как его учил виконт. Зарядить пистолет, воткнуть его ствол в отверстие в бочонке, только как следует. Вот так. Чтобы он хорошо держался.

Кто-то вбежал в погреб, и Джеб замер в ожидании того, что вот сейчас его начнут разыскивать. Но неизвестный практически тут же выбежал вон. Скорее всего, очередной подносчик. Напугал, скотина.

Теперь привязать бечевку к спусковому крючку, а на другой ее конец камень. К камню еще один конец бечевки, закрепленной на ящике. А рядом установить свечку. Как только она догорит, то пережжет бечевку, и камень упадет, потянув спусковой крючок. К этому моменту он будет уже далеко. У него едва не выпрыгнуло от страха сердце, когда он зажигал свечу. Она ведь не в специальном светильнике. И если… Но обошлось. Еще вот так, накрыть куском парусины, чтобы никто не заметил свет от горящей свечи.

Джеб обождал, пока наружу выбежит очередной подносчик, и, схватив ящик с зарядами, побежал наверх по лестнице. Главное – не суетиться. Если не рвануло сразу, то теперь это случится не раньше, чем через несколько минут.

Выбежав наверх, он бросился к первому попавшемуся орудию. В этот момент ядро, пущенное с корабля, оставив борозду на широком земляном бруствере, пролетело мимо. Вроде бы и не так уж близко, в нескольких шагах, и, тем не менее, такое впечатление, что едва не угодило в него. Впрочем, Джеба подобными гостинцами не удивить. Разве только не слышно привычных звуков проламываемого и лопающегося дерева.

Оставил ящик с зарядами и не удержался, взглянул в сторону моря. Эскадра медленно двигалась мимо фортов под кливерами, методично ведя обстрел. Скорее всего, это был уже второй заход, потому что корабли двигались с запада на восток, а эскадра должна была подойти с востока.

Вообще-то довольно сложный маневр, тем более для сборной солянки. Обычно капитаны предпочитают ставить суда на якорь и вести обстрел со стационарной позиции. Но, как видно, виконт все же внял предупреждению Джеба. Хотя это и мало помогло. Как раз в этот момент объятые пламенем останки «Стремительного» ушли под воду. А из строя вывалился еще один фрегат, на борту которого вовсю полыхало пламя.

Джеб глянул по сторонам. Одно из двенадцати орудий уже подбито. Стоп. Ошибочка. Вон только что ядро срикошетило от ствола другой пушки, напрочь развалив лафет. Странно, однако никто из обслуги не пострадал. Но пушке, скорее всего, конец. Вряд ли обошлось без трещин или деформаций. К тому же орудия сейчас горячие.