Константин Калбанов – Кукловод. Капер (страница 51)

Требютор, конечно же, попытался разок атаковать. Вот только оба его клинка оказались отброшенными в сторону. Сам он остался невредим только благодаря своей отменной реакции и звериному чутью. Не отскочи он назад, разрывая дистанцию, и лежать бы ему, истекая кровью, в уличной пыли. А незнакомец все наседает и наседает, с легкостью меняя направление и все время держа противника перед собой.

– Стоять, ублюдки! Господин капитан, все в порядке, делайте свое дело! – вдруг послышался голос Мартина.

Разумеется, Патрик не хотел раздражать окружающих излишне воинственным видом. Но и благостным идиотом он также не был. А потому прихватил с собой группу поддержки из десяти мушкетеров во главе с их командиром. Разве что они до поры держались в стороне. А вот теперь решили вмешаться, и скорее всего, повод для этого дали сопровождающие француза пираты.

Очередная атака Требютора закончилась двойным звоном отбитых клинков и выбитым из его руки кинжалом. Вот так, мгновение – и они теперь в равных условиях. Пожалуй, Патрик даже почувствовал свое несомненное преимущество. Ну а коль скоро так, то отчего бы не попытаться разрядить обстановку и не вернуться к переговорам. Ну не хотел он убивать этого лихого малого. Пока не хотел.

– Капитан, еще раз напоминаю, я не собирался тебя оскорблять, – остановившись, но будучи готовым возобновить схватку, заговорил Патрик. – Извини, что назвал дураком. Это просто вырвалось. Признаю свою неправоту.

Говорил Патрик ровным голосом, словно только что не вращал клинком в бешеном ритме. Шашка в полуопущенной руке под углом смотрит в сторону противника, сжимающего абордажную саблю, готовая в любой момент возобновить танец смерти.

– Ты, ублюдок старой шлюхи…

– Остынь, капитан! Я извинился. И я раньше сдохну, чем ты получишь что-то больше. Так, может, все же примешь извинения, и мы поговорим? Поверь, от моей смерти ты ничего не выиграешь, и даже наоборот, многое потеряешь.

Когда извиняется трус, да еще и в подобной ситуации, он заслуживает только презрения. Когда же это делает тот, кого никак не отнести к трусливому десятку, и уж тем паче тот, от кого зависит твоя жизнь… А Франсуа прекрасно сознавал, что его жизнь сейчас в руках этого молодчика, а вовсе не наоборот. И при этом противник дает ему возможность выйти из ситуации, сохранив лицо. Единственную возможность. Нет. Дураком Требютор все же не был.

– Ладно. Извинения приняты. О чем ты хотел поговорить? – опуская клинок, поинтересовался Франсуа.

– Как насчет кружки холодного пива? День достаточно жаркий, а мы слегка вспотели.

– А чем тебе не нравится ром? – хмыкнув, возразил Требютор.

– Тем, что от него быстро хмелеешь, а у меня к тебе дело. И как ты правильно догадался, оно относится к ныне покойному Моргану.

– Вот как? Морган… Ирландец… А ты случаем не из команды некоего Ирландца?

– Нет. Я сам этот Ирландец и есть.

– Сам?

– Капитан, похоже, парень не врет, – подал голос помощник Требютора.

– С чего ты это взял, Жан?

– Бригантина в сторонке, едва видная среди двух купцов. Она показалась мне знакомой. Теперь я точно уверен, что это «Ласточка», последняя бригантина Пикардийца.

– Значит, ты и впрямь тот самый Ирландец, который отправил на костер Пикардийца? – задумчиво произнес Франсуа.

– Я передал его испанцам, потому что в тот момент состоял у них на службе. Костер – уже их затея. А тебя это как-то задевает? Вы были молочными братьями?

– Этот английский лизоблюд и цепной пес Моргана никогда не был моим молочным братом, – с ухмылкой возразил француз, а потом добавил: – И то, что его сожгли, меня ничуть не задевает. Разве только с удовольствием посмотрел бы, как он визжал, когда его поджаривали на костре.

– Тогда не вижу причин, препятствующих нам поговорить в спокойной обстановке.

– И уж я тем более не вижу причин, отчего не могу угостить хорошей выпивкой того, кто накрутил хвоста этой собаке Моргану, – поддержал Патрика Требютор.

– Вот и отлично! Но только пиво. С крепкими напитками придется обождать. Во всяком случае, нам двоим и нашим офицерам.

– Жан.

– Я, капитан.

– Скажи этой каналье Бертрану, чтобы организовал нам отдельную комнату для переговоров.

– Сделаю, – лихо кивнув головой, ответил помощник и тут же скрылся за дверью.

Надо сказать, что данное заведение было более приличным, нежели те, что ютились ближе к порту. Пожалуй, это общая черта всех портовых городов. Чем ближе к гавани, тем гаже само заведение, хуже выпивка, несносней кухня, старее и страшнее шлюхи, обретающиеся в них. Возможно, именно поэтому Требютор в сопровождении десятка членов своей команды и направился сюда.

А может, причина была в том, что уж больно много собралось в гавани кораблей. Ну и как следствие – их команды кутили на берегу. Местные заведения не отличались героическими размерами, а моряки не горели особым желанием забираться слишком высоко в гору. Одним словом, в заведениях ближе к порту, скорее всего, яблоку было негде упасть.

Впрочем, вполне вероятно и то, что Требютор любил сиживать именно здесь. Патрику не были известны его предпочтения. Да и не намеревался он собирать об этом типе подробную информацию. Он просто ждал его появления, снимая один из чистеньких домиков, что выше по улице. А получив известие о его прибытии, не без помощи Перегудова, подгадал встречу на улице.

Пока рядовые члены команды размещались за столами, довольно шумно знакомясь друг с другом, четверо офицеров расположились в отдельной комнате. Разумеется, Патрик прихватил с собой Мартина. Кто знает этого француза, вдруг он окажется злопамятным типом, так что поддержка никак не помешает. В смысле, если бы тот не взял с собой помощника, то и Патрик был бы один. С другой стороны, даже хорошо, что они не остались наедине.

Звуки из общего зала сюда едва долетали, что не могло не радовать. И вообще было здесь довольно уютно. Чистые беленые стены, большой стол на шестерых, со скамьями. На стене напротив двери окошко, дающее достаточно света, чтобы чувствовать себя вполне комфортно. Ну и отсутствие вони. И здесь, и в общем зале. Видно, что хозяин следит за чистотой в своем заведении. Словом, обстановка располагала к беседе.

Жан уже успел сделать заказ, и вскоре перед посетителями появились кружки с охлажденным пивом, а на столе – запотевший кувшин. Обед придется слегка обождать, но это не страшно. Как раз успеют переговорить. Собственно, долго рассусоливать Патрик не собирался.

– Итак. Приступим, господа? – начал он.

– Пожалуй, – согласился Требютор, тут же присасываясь к кружке.

– Как вы уже поняли, не так давно, в открытом море, у меня случилась встреча с Генри Морганом.

– А я слышал, что встретились вы в Англии, – вытирая пену с усов, произнес Франсуа.

– Я еще не сошел с ума, чтобы лезть в Англию, рискуя снова оказаться на плантации или вовсе на виселице. Нет, господа. Это было совершеннейшей случайностью. Единственное отличие от официальной версии заключается в том, что это я напал на английский бриг, на борту которого оказался Морган. Несмотря на мой испанский флаг, англичанин шел своим курсом, и не думая задевать меня.

– Ну так, значит, так. Всякое случается, – пожав плечами, легко согласился Требютор.

– Не суть важно, – отмахнулся Патрик, как человек, которому все равно, поверят в его правоту или же уличат во лжи. – Главное то, о чем мне поведал Морган. Есть карта, на которой обозначено точное место, где он зарыл основную часть взятой в Панаме добычи.

– Сказки, – небрежно отмахнулся Франсуа. – Тебя там не было, парень. А я был. То, что он нас надул и сбежал с основной частью добычи, – это факт. А вот насчет зарытых сокровищ… Парень, тебе хоть раз доводилось держать в руках хотя бы тысячу песо? Это груз почти в четыре стоуна[9]. А в тысяче фунтов почти двадцать стоунов. Ну и как бы он сумел провернуть подобное? Говорю тебе, он дотащил всю добычу до побережья, погрузил на корабль и сбежал, оставив нас с носом.

– Вот-вот. Морган рассудил так же. Потому что ему нужно было обмануть не только вас, но и английских капитанов, которые конвоировали его во время бегства.

– Ты хочешь сказать, что он обманул даже своих сподвижников, которые были уверены, что они самые умные и обманывают нас?

– Ты невероятно догадлив, дорогой Франсуа, – отсалютовав ему кружкой, подтвердил Патрик.

– Но-о…

– Изумруды, дорогой мой друг. Изумруды и золото. Вот что находится в тайнике. Весит не так много и места занимает куда как меньше. Вы наверняка помните, как Морган объявил о том, что часть драгоценностей пропала. – Ответом ему были кивки капитана и его помощника. – Тайник он устроил еще до отбытия из Панамы. В один из дней вышел вместе с отрядом в десяток человек и нескольких рабов. Отошли от города миль на двадцать, на север. Зарыли клад и вернулись обратно. По дороге прибив рабов, а потом наловив новых. В те дни все пробавлялись подобными походами. Ты ведь хорошо должен помнить это.

– Да. Я помню, – задумчиво помяв заросший щетиной подбородок, признал Требютор.

– Потом со всеми, кто принимал участие в этом предприятии, случилось несчастье. Со всеми разное, но с одним итогом. Они умерли. Однако что-то как-то просочилось, и слухи дошли до короля.

– Слухи, – хмыкнул Требютор. – Да слухи о зарытых Морганом сокровищах бродят по островам чуть не с первого дня.