Константин Калбанов – Концерн (страница 63)
Одним словом, пока этот регион полностью стал независим от привозного угля. Такая ситуация злила поставщиков, вдруг лишившихся рынка сбыта, ну да это их проблемы. А они постараются, чтобы такое положение дел сохранялось и впредь. Правда, потребность в твердом топливе росла день ото дня, но концерн, будучи основным поставщиком, на данный момент вполне справлялся с необходимыми объемами. Дальше потребуется расширение, и уже сегодня поднимается вопрос о прокладке как минимум узкоколейки от Сучанска до уссурийской ветки, но это забота казны, он больше в подобные игры играть не хочет. Конечно, на этом можно было бы неплохо заработать, однако распыляться не хотелось – не для того они ввязались во все это.
Во Владивостоке появился новый частный банк. Все верно, банк носил название «Росич», учредителями его были именно путешественники во времени, и он входил в концерн. Банк стал весьма популярным, так как имел два дочерних отделения в обеих столицах, это было весьма удобным для дальневосточных дельцов, имеющих свои интересы в средней полосе России.
Обернулось небывалой удачей и пребывание Гризли в Китае, а в частности, на ЮКВЖД. Одно дело, что он смог ознакомиться вплотную с будущим театром боевых действий, организовать деятельность топографической экспедиции, что позволило заполучить подробнейшую карту Маньчжурии, в особенности Ляодунского полуострова, а также предстоящего морского театра будущей войны. И совсем другое – получение огромного количества различных станков, доставшихся России в результате репараций, после подавления восстания «боксеров», по цене обычного металлолома – не без взяток, но все же экономия получилась настолько большой, а станков настолько много, что удалось расширить завод во Владивостоке, построить новые цеха, которые заполнились всем этим добром. Построить судоремонтный, а по сути одновременно и судостроительный, завод в Порт-Артуре. Там же уже был заложен большой сухой док для принятия в ремонт броненосцев – на этом настоял Звонарев. Понятно, что для флота хорошо иметь сухой док, способный вместить в себя любой корабль эскадры, – это позволит сильно снизить сроки ремонта поврежденных кораблей, но Сергей очень изменился: его в первую очередь интересует то, сколько они смогут на этом заработать. Что поделать, формулу «кому война, а кому и мать родна» не они придумали. Гаврилова и Песчанина несколько смущал подход друга, так как у того проявился неуемный интерес к деньгам, но с другой стороны, ставить ему это в вину они тоже не собирались.
Гаврилову удалось также обследовать склады в Дальнем и Порт-Артуре. Это уже Антон сам вспомнил и послал ему весточку. Там удалось обнаружить очень много всего интересного, а в частности – просто огромное количество различного вооружения и снаряжения, доставшихся России от Поднебесной. От озвученного Семеном становилось просто не по себе: сколько же всего досталось японцам, после того как русские войска оставили Дальний абсолютно нетронутым! И все это можно было выкупить просто по смехотворным ценам, практически даром и как не пойми что. Так, например, в ящиках с надписью «Китайские пожарные машины» Гаврилов обнаружил шестнадцать пулеметов. Но они решили пока не нарываться. Если всплывет то, как они занимаются незаконным оборотом оружия, а это непременно всплывет… Лучше не надо.
Возникли сложности с рабочими для обоих предприятий, так как потребность в них возросла в разы. Но тут друзья занялись беззастенчивым сманиванием всех, до кого могли дотянуться, организуя бесплатный проезд и выдачу подъемных за свой счет.
В Порт-Артуре был собран первый эсминец новой постройки, со сварным корпусом. Спасибо Калашникову, который сумел довести свой сварочный аппарат до нужной кондиции и наработать необходимый для этого опыт. Другое дело, что это пока по большому счету оставалось невостребованным. Корпус собрали в рекордно короткие сроки, отчего судостроитель концерна, теперь скорее все же кораблестроитель, буквально впал в ступор. Только сейчас ему стало понятно, почему при проектировании от него требовалось рассчитывать крепление деталей стык в стык. Газо– и электросварка поставила все буквально с ног на голову. Головной эсминец они смогли построить и ввести в строй за шесть месяцев, последующие должны были пойти быстрее и строиться примерно за пять. Технологические процессы были уже отработаны, у людей наработан какой-никакой опыт – может, первую серию и не осилят в пятимесячный срок, но следующую точно. Пять вымпелов – это хорошо, но девять – еще лучше. Друзьями изначально рассматривался вопрос о строительстве завода, способного заложить одновременно четыре миноносца.
Завод получался каким-то смешанным – так сказать, комплексное производство. Здесь планировалось организовать именно судоремонт, так как о закладке полноценной верфи не могло быть и речи. «Росичи» здесь должны были только собираться, а детали этих «конструкторов» поставлялись из Центральной России. На Дальнем Востоке не было своего металла, так что все заказывалось на заводах в России, затем доставлялось в Одессу, а оттуда пароходом уже в Порт-Артур, где и осуществлялась сборка. Сложно. Дорого. Но по-другому было нельзя, так как «росичи» нужны были именно на Квантуне, даже не во Владивостоке.
Предполагаемые трудности с нефтяными котлами тоже удалось разрешить. С военно-морским ведомством был подписан контракт на разработку котлов с нефтяным отоплением. Контракт жесткий. Все работы производились только за счет концерна, более того, в случае неудачи они должны были за свой счет вновь перевести выделенный им под это миноносец на угольное отопление и плюс уплатить солидную неустойку. Но обошлось. Машинокотельная установка работала как часы – не сразу, пришлось изрядно помучиться, не раз переделывать, но как результат получили изделие, значительно опередившее все известные аналоги, а главное – сэкономить время. Кстати, затраченные деньги должны были вернуться, и похоже, что они еще будут и в прибытке, так как сейчас решался вопрос о переделке кораблей на нефтяное отопление, во всяком случае, миноносцев. Но решение затягивалось, так что когда оно будет принято и последует заказ, было непонятно. А вот законченный проект и отработанное производство котлов для их катеров были уже готовы.
В связи с повысившимся аппетитом, пришедшим во время еды, они полностью отказались от задумки реконструкции «Новика». С другой стороны, он и так хорош, кое-какие новшества они предложат: согласятся – хорошо, не согласятся… Да нет, согласятся.
Это все, что относилось к хорошему. Но было и плохое. Суммарный чистый доход всех их предприятий в прошлом году дошел до двух миллионов. В этом году, с учетом вложений в расширение производств, он должен был составить три миллиона. Большая сумма, просто огромная. Но этих денег им было явно недостаточно, иными словами – они постоянно испытывали финансовый голод. До этого года концерн наращивал мощности, а потому большие средства уходили на рост производства. В этом году с ростом решили повременить.
Как показала практика, постройка эсминца обошлась в триста пятьдесят тысяч. И это без учета вооружения. Нужны были торпедные аппараты, орудия, боеприпасы, торпеды. Вооружение обошлось чуть не в сто тысяч, торпедные аппараты были закуплены нелегально. Риск. Но по-другому никак не получалось. Для сторожевиков промысловой стражи совсем не типично иметь минное вооружение, даже артиллерия – и та была избыточной. Сейчас оно находилось уже во Владивостоке, в трюме шхуны, которая должна сопровождать головной эсминец: монтировать вооружение будут уже в Магадане. Необходимы были артиллерийские и торпедные стрельбы. Опять удовольствие не из дешевых.
Уже налажено производство пулемета Горского. Патент получен еще не был: Песчанин решил не светиться раньше времени, – ну сделают они это за пару месяцев перед войной, военное ведомство, как обычно, отклонит новое оружие. А к чему новый пулемет, если есть «максим», вполне отвечающий требованиям, да и на тот многие косились из-за его непомерного аппетита, с которым он потреблял боеприпасы. Но так было задумано, чтобы не возбудить преждевременных подозрений. Так вот, прошедший жесточайшие полевые испытания «горский» уже производился на заводе во Владивостоке – небольшими объемами, всего тридцать штук в месяц, но это были невосполнимые затраты, так как пока не приносили никаких прибылей. Тут нужно заметить, что по просьбе Песчанина Горский разработал новый станок для «максима» – тот самый станок, который ассоциировался у друзей с этим оружием. Но идея также пока легла под сукно, так как Россия еще не имела лицензии на производство пулемета, хотя опытный экземпляр станка был изготовлен и всесторонне испытан.
Точно такая же ситуация была и в цеху по производству оптических приборов. Линзы – надо заметить, дорогой товар – по заказанным размерам поставлялись из Германии. После сборки эта продукция, дальномеры, специальные приборы наблюдения в ночное время с большими линзами, попросту складировались и лежали мертвым грузом. Исключение – прицелы для снайперских винтовок, которые уже вовсю проходили войсковые испытания в учебном центре. А предстояло еще наладить производство орудийных прицелов. Сейчас нужно испытать имеющиеся опытные образцы. Как они поведут себя на орудиях, было пока неизвестно. Опять минус.