Константин Калбанов – Консорт (страница 35)

К слову, как следует из прослушки калга-султана, крымский хан весьма недоволен тем, что авантюристов, желающих поживиться за счёт русских, оказалось не так много. Уж больно быстро и жёстко на подобные выпады отвечала великая княгиня. Помимо казачьей станицы под раздачу попало стойбище ногаев, а также один из татарских родов, проживавший посреди Крыма. Наш карательный отряд прыгнул прямо туда и раскатал село в пух и перья. И это при том, что павших солдат у нас больше не было, только двое тяжелораненых.

Благодаря тому же «Поводку» в теле Мехмеда стало известно и то, что Герай с Батал-пашой получили повеление султана к началу следующего лета решить проблему Азова. Для чего те уже приступили к подготовке похода. Им даже обещали в момент штурма крепости переправить сильных одарённых.

Ну и, конечно же, я не мог обойти вниманием Константинополь. Бог весть как оно всё обернётся, но никогда не помешает иметь возможность ударить в самое сердце турок. Вот я и решил воспользоваться помощью своей бывшей учительницы.

— Вижу, Пётр Анисимович, недаром в свете гуляют слухи о том, что нашла великая княгиня Долгорукова себе утеху в глухих азовских степях, — склонив головку набок, произнесла Рябова.

— Не ожидал я, Эльвира Анатольевна, что вы сплетни слушать станете, — хмыкнул я, поднося к губам чашку с чаем.

— Не в сплетнях дело, Пётр Анисимович, для себя знать хочу.

— Не стоит, Эльвира Анатольевна.

— Знать, правда. Ну что же, тогда всё между нами ясно. Я так полагаю, что вы хотите отправиться к Константинополю прямо сейчас?

— Вечер наиболее подходящее время, чтобы остаться незамеченными, — подтвердил я.

— Хм. А я прогулялась бы с вами, чтобы срубить пару-другую турецких голов. Давно уж кровь по жилам не гоняла.

— И в чём загвоздка? Перебирайтесь под руку Долгоруковой. Там есть где разгуляться

— Подозреваю, вы в курсе, что не со всякой службы можно уйти по собственному желанию, — покачала она головой.

— А вы попробуйте попросить, быть может, вам и пойдут навстречу. В конце концов, чин майора и командование батальоном вам пристали куда больше, чем быть учителем фехтования в гимназии, — возразил я.

— Вы уже вот так просто раздаёте чины и должности.

— Не верьте всему, что говорят, Эльвира Анатольевна. Мой голос не последний в Азовском княжестве благодаря моим заслугам, а не из-за особого ко мне отношения. К слову, не желаете, чтобы я обновил вам узоры? Вы же слышали, что они после моей руки получают серьёзную прибавку. И по времени это займёт всего лишь несколько минут.

— Хотите меня купить? — вздёрнула она бровь.

— Что вы. Хочу если не сжать ваше прекрасное тело в объятиях, то хотя бы ещё раз полюбоваться им.

— Уверены, что только полюбоваться? — хитро сощурилась она.

— Абсолютно.

— Ну что же, я подумаю над вашим предложением.

— Помнится, вы выжидали полгода, чтобы получить от князя Долгорукова узоры десятого ранга. Я же предлагаю прибавку прямо сейчас, а вы говорите, что подумаете?

— Да, — пожав плечами, просто ответила она, откусила пирожное и сделала очередной глоток чаю.

— Мне никогда не понять женщин. Но в окрестности Константинополя-то вы меня забросите?

— Пётр Анисимович, вы для чего принесли эти великолепные порожные? Что, даже насладиться их вкусом не дадите?

— Кхм. Вообще-то, я и не говорил, чтобы отправляться прямо сейчас. Чем позже, тем лучше, — беря свою чашку, произнёс я.

Закончив с чаепитием, мы вышли на улицу, где нас ожидали Дымок и Хруст в наёмном возке. Пока я был в гостях, на улице окончательно стемнело, и начался снегопад с ветром. Ещё не метель, но приятного всё равно мало. Мы запахнули меховые воротники и устроились внутри.

Хруст тут же тронулся с места, и экипаж потянул в сторону городской заставы, которую миновали без проблем. Воронеж ведь не в осаде, чтобы нам преграждали путь. Хотя кто именно выезжает за город на ночь глядя, всё же проверили. А то ещё окажется, что кого-то вот так внаглую похитили, иди потом, оправдывайся перед начальством. Тут ведь и под судом оказаться можно.

Как ни странно, но за городом было не так ветрено, как на улицах. Возможно, оттого, что на вольном просторе ветер уже не завывал, как на узких улицах. Где-то даже стало и теплее, хотя снегопад и не прекратился. Едва застава скрылась за поворотом, как Хруст свернул с тракта в какую-то боковую стёжку и вскоре остановился в небольшом леске.

Проявляя галантность, я помог Эльвире Анатольевне выйти из возка и передал ей амулет с десятикаратным алмазом со стандартным плетением. В мои планы не входило информировать посторонних о том, что мне доступно вдвое экономичное плетение. Так что ей предстояло открыть малый портал на одного человека. Больше с её седьмым рангом просто не потянуть.

Едва появилось завывающе кольцо в всполохах зеленоватых молний, как я тут же ступил в зев портала, вывалившись в тёплую южную ночь. Активировав «Кошачье зрение», огляделся по сторонам в готовности вступить в драку. Задействовал и «Поисковик» на случай, если рядом окажется кто из одарённых. Но всё было чисто.

Рябова отправила меня на какой-то голый холм, где подобраться ко мне незамеченным было достаточно проблематично. Зато у меня появилась возможность осмотреться. Что я и поспешил сделать, задействовав «Дальнозоркость». Моего ночника хватало на три с половиной версты, а это большая площадь.

Зато магический бинокль мог заглянуть куда дальше, а потому я сумел рассмотреть в темноте смутные очертания строений, а также горящие то там, то тут факелы. Хм, а ведь это городская стена Константинополя, за которой начинается сам город. Обзор с этой точки так себе, зато отлично видны одни из ворот. Возможно, у Рябовой тут когда-то был наблюдательный пункт.

Наметив несколько точек перехода, я скользнул к одной из них, теперь уже используя бесшумный портал. Даже если кто-то и заметил моё появление, пусть поломает голову, куда я запропастился. И уж тем паче, когда я определился на местности и сделал ещё один прыжок.

Фу-у-ух. Жарко. Я расстегнул ворот и снял шапку. Нет, однозначно пора завязывать. Я наметил три точки на полянках, окружённых кустами, так что можно будет появиться здесь и днём. Тем паче, что я могу сделать это совершенно бесшумно. Но уходил я с громом и молниями, потому что Эльвира Анатольевна должна была увидеть обычный портал. А быстро я управился. Даже снег на воротнике до конца не растаял.

Глава 19

— Шелест, здесь Оса. Наблюдаю войско Герая на марше. Направляются на северо-восток тремя колоннами. Полагаю, не меньше пятидесяти тысяч. Слушаю.

— Их семьдесят тысяч, Оса. И это абсолютно точно. Вас заметили? Слушаю, — поинтересовался я.

— Трудно не заметить стаю таких крупных птичек. Но паники и брожений не замечаю. Слушаю.

— Это потому, что они ещё не знают, как больно вы умеете жалить. Выставь «Маяк» между передовыми дозорами и колонной хана Герая. Слушаю.

— Готово. До головы не больше шестисот шагов. Слушаю.

— Прикрывайте нас. Закончил разговор.

— Закончила разговор…

Тот первый полёт для боярышни Столбовой оказался незабываемым. Она буквально влюбилась в небо. Разумеется, долго находиться в полёте Арина не могла, ведь ей не под силу чувствовать потоки подобно воздушнику. Но настойчиво теребила сначала меня, а после других представителей этой стихии. В результате на основании своего опыта и почерпнутых сведений сумела вывести кое-какие закономерности.

Арина по-прежнему могла лишь планировать, постепенно снижаясь. Но вместе с тем научилась по косвенным признакам определять восходящие потоки и набирать высоту. Тонкости ей, конечно же, недоступны, самостоятельно висеть в воздухе у неё получалось самое большее около часа. Но на сегодняшний день это был лучший результат для представителя другой стихии.

После того, как я более или менее наловчился управляться с дельтапланом, в том числе и со стрелком, решил, что пришла пора набирать пилотов. Для чего отправился, конечно же, в Архангельск, где уже ориентировался и имел какие-никакие связи.

Мой расчёт на то, что моряки с неменьшей радостью кинутся покорять пятый океан, полностью оправдался. Стоило им только совершить один полёт, как они тут же подсаживались на эту иглу. Им, само собой, было знакомо плетение «Крыло», но оно не шло ни в какое сравнение с летательным аппаратом, управляемым полётом и возможностью висеть в небе несколько часов кряду.

Затем мы отобрали водников, каковые лучше всего подходили на роль бортстрелков. Ну или бортового вооружения, это уж как кому. В результате у нас появилась эскадрилья из двенадцати дельтапланов, в которой каждый за прошедшие полгода успел поднатореть в полётах настолько, что теперь способен не просто держаться в воздухе сколь угодно долго, но ещё и выполнять фигуры высшего пилотажа.

Я ни при чём. И мало того, понятия не имею, насколько они соответствуют тем, что были в моём мире. Да я вообще знаю только мёртвую петлю, про которую и брякнул новоиспечённым воздухоплавателям, а тут уж они сами расстарались. А чего им? Воздушники же. Высокоранговые, да ещё и с крупными алмазами, залитыми под завязку. При таких раскладах им разбиться нереально, потому как плетение «Крыло» рулит.

Словом, командовала эскадрильей Столбова, которой теперь ну очень не нравилось, что она не воздушник, и на боевом вылете приходится ей кататься на пилоте. Ну а что такого, вполне оправданный выбор. Это же теперь наша ударная сила дальней руки. Посредством порталов выдвигаются куда поближе вместе с дельтапланами, собирают их, взлетают и… Карусель, карусель, кто успел, тот присел. Как-то так…