Константин Калбанов – Колония. Ключ (страница 40)

— Выходит строго на север, — задумчиво потёр подбородок Заброда. — Сколько здесь?

— Две тысячи триста километров.

— Не получается. Я просматривал карты экспедиции, они дошли до моря.

— Ну и что? — Не согласился Вертинский. — Мы дошли до побережья, и просто не стали соваться дальше. Да и зондов у Чирикова оставалось всего лишь два, он их пользовал только на поводке с машины. Может до противоположного берега всего-то две сотни километров, а дальше опять земля. Да там по любому до портала не больше семи сотен километров, даже если это остров. На том же автожире добраться реально.

У Вертинского даже плечи расправились. Все в посёлке знали, что этот молчун, у которого дар красноречия просыпался крайне редко, и далеко не со всеми, увлекался воздухоплаванием. То он брал уроки у того же Власова и отправлялся в полёт на мотодельтаплане, хотя всем было известно насколько это опасно. Потом появились автожиры, которые он так же не обошёл своим вниманием.

Вот теперь он и вспомнил об автожире Ладыгина, специально подготовленного для дальних экспедиций. Может имея ввиду именно вот такой полёт, Александр и запретил переделывать аппарат опять под трёхместный, предпочтя вместимости, дальность. Не иначе как Вертинский собрался искупать свою вину, перед обществом, за то что не уберёг Наталью. Но с другой стороны, а зачем его ещё сюда пригласили? Он к руководству никогда не относился, а тут вполне себе серьёзные вопросы решаются.

— Хм. В принципе, Сергей дельная кандидатура, это ты, Игорь, правильно прикинул. С нервами у него всё в порядке и подготовка соответствует. Так что, если кому и лететь к староверам, так только ему.

— Ага. А ещё я и сам из староверов, — Вертинский тут же поспешил получить дополнительное преимущество перед возможными другими кандидатами. — Подумаешь не из их общины. Мы веру сберегли через все гонения коммунистов. И в семье у меня к этому вопросу всегда отношение было серьёзным. Так что, перед ними как бы и преимущество имею. Словом, найду я с ними общий язык, не сомневайтесь. Тем более, Устин этот наверняка в адеквате, иначе Сергеич его не инициировал бы. А полёт. Проще пареной репы. Сообщаем в Рыбачий чтобы они УРАЛ с топливом выдвигали на север. Дня три будем готовиться. Рыбаки за это время отскочат километров на тысячу, степь там позволяет. Вертолётом и Автожиром летим к месту встречи, дозаправляемся от рыбаков и к морю. Там я делаю полную заправку и ухожу.

— Хм. Вчерне вполне годится, — помяв подбородок, согласился Заброда. — Детали можно будет и позже обмозговать. Главное немедля отдать приказ в Рыбачий, чтобы не терять ни минуты. Чем дальше они продвинутся на север, тем лучше.

— И что потом? — С некой хитринкой взглянув на собеседников, поинтересовался Волков.

— Главное у нас будет связь с Землёй, — поддержал Вертинского и Заброду, Любущенко. — Вряд ли Устин откажется нам помочь. Хотя бы из чувства благодарности к Александру Сергеевичу.

— Угу. Раз, другой, ну десяток. Но кто сказал, что он станет на нас работать.

— Ты можешь предложить что-то конкретное? — Набычился капитан.

— Угу. Шляпа с подвыповертом, раскудрить твою в перехлёст через колено, Серёжа, — слегка прокашлявшись чётко произнёс Волков.

— Что за…

Заброда, даже подался вперёд, от хватившего его возмущения. Любущенко, предпочёл промолчать, пока происходящее хоть как-то не прояснится. Мент, он и есть мент, никогда не спешит с выводами, если позволяет ситуация.

А вот Вертинский наоборот резко выпрямился, словно его притянуло к спинке мощным магнитом или кто-то вогнал вдоль позвоночника лом. Взгляд сначала остекленел, потом в нём мелькнул испуг, понимание и наконец злость. Всё это настолько явственно читалось в его глазах и облике вообще, что смотреть на это зрелище было очень даже занимательно.

— Едрить твою в корень! Гребаный ты Экибастуз, Сергеич! — Наконец придя в себя, разразился Вертинский.

— Браво! Состязания по загибу коленец объявляется открытым! Вам что, заняться больше нечем, кроме как крыть на всю Ивановскую.

Заброда разозлился настолько, что даже встал со своего стула. Тут такое творится, а они устроили не пойми что. Или он всё же чего-то не понимает?

— Нормально всё, капитан. Никуда ехать и лететь не надо. Сергеич затейник, в той экспедиции инициировал и меня, а потом погрузил в транс и заставил забыть об этом, пока я не услышу фразу ключ. Её-то сейчас и выдал Игорь. Ну а я уже так, от души.

— Погоди. Так ты что же?..

— Могу. И даже открывал, там в экспедиции.

— Это же сколько он народу закодировал? — Удивился капитан.

— Если верить записи, то только троих, считая и Устина, — пояснил Волков. — Мы знаем, что он пытался проделать это на многих переселенцах, даже Власова привлекал, но безрезультатно.

— Нда-а, Опер он и на Колонии опер, — тряхнув головой, развеселился Любущенко. — Не понятно от кого шифровался, но в результате всё срослось красиво.

— Ничего ещё не срослось, — отмахнулся Волков. — Итак, одной проблемой меньше. «Ключ», это Сергеич так себя называет, у нас есть.

— Ну, если Сергеич «ключ», то Серёга получается «дубликат», — вот же весело Любущенко, прямо обхохочешься.

— Да хоть «отмычка», — отмахнулся Волков, — вы лучше думайте, что дальше делать. Начнём пользовать портал, амеры прознают, тут без вариантов. А раз уж они отказались вернуть хотя бы Наталью, значит хотят получить полный контроль над связью миров. И что-то мне подсказывает, что если они не смогут умыкнуть Серёгу, то просто устранят его.

— Это если мы им позволим, — в один голос едва не взревели Заброда и Любущенко.

— Угу. Такой настрой радует. Но сдаётся мне, у них возможностей побольше будет. У амеров в этом деле государственная машина завязана, а это не шутки.

— Может тогда податься к нашей конторе, — предположил Любущенко. — Информация такова, что дойдёт до верху. Глядишь заинтересуются, а тогда уже две государственные машины схлестнутся. Целый мир, куда можно свалить, от души хлопнув дверью. Это скажу я вам очень серьёзно. Это такой козырь в руках ядерной державы, что существенно развяжет ей руки.

— И кранты всей нашей самостоятельности, — скривившись, произнёс Волков, — привет чинуши бюрократы и коррупционеры, очень сильно соскучились. Да здесь для них будет золотое дно. Одни только месторождения самородных платины и меди чего стоят. А кто сказал, что две партии отправившиеся в этом году в экспедиции не найдут ещё чего-то интересного. Зарубин вообще эти горы сравнивает с Уральской кладовой. А вспомнить об икре, которая уже даёт прибыли не меньше чем золотой прииск? А там можно будет и осетрину пристроить, раз уж государство в это дело ввяжется. Да тут такое начнётся, что только держись.

— Ну, Колония это не область и даже не Россия, тут столько просторов, что ещё сотни лет можно жить абсолютно свободно, — возразил Любущенко, — Так что, вопрос о том чтобы всех этих коррупционеров оставить другим, а самому жить как нравится, решается легко. Если ты о том, что загадят этот мир, так человек не может по другому, он всегда гадит, даже если не хочет. Натура у него такая, потребительская. А вот без поддержки государства пожалуй всё же не обойтись.

— Хм. Если бы только с местными бодаться, то хрен бы они нам что сделали. Теперь-то мы о них знаем. Да и дирижабль их раскурочить как два пальца об асфальт. А с такими расстояниями, без этого аппарата здесь им не светит. Но с государством, это пожалуй уже серьёзней. Пожалуй соглашусь с нашей милицией, нужно сдаваться российским властям.

— Вот пойди и пойми вас, — покачал головой Вертинский глядя на Заброду и Любущенко. — То, пусть только попробуют, порвём как тузик грелку, а потом сами же и сдулись.

А что, теперь он не просто телохранитель важных персон, а вроде как сам к этой самой персоной стал. Понятно, что наличие способностей открывать портал, никак не может повлиять на повышение интеллекта. По сути он просто привратник. Но с другой стороны, дураком он вроде как никогда не был.

— Что ты хочешь этим сказать?

— А то, Игорь. Мы тут думаем гадаем, как нам будет удобнее, как обезопасить себя любимых. И делаем вид, что нас больше ничего не волнует. А между тем, у них остаются Ладыгин и Лебедева. Бросать своих это не дело.

— Вот контора и займётся этим делом. У них возможностей куда больше, — высказал своё мнение Заброда.

— Ага. Как только до российского руководства дойдёт это дело то тут уже вступит в дело политика, — возразил Вертинский, который сегодня был в ударе, вон как заливается соловьём. — Сомневаюсь я что президент санкционирует военную операцию на территории Америки, а иначе наших не вытащить.

— Не санкционирует на Земле, санкционирует здесь, на Колонии, — продолжал гнуть своё Заброда.

— А если Сергеича держат на Земле, а не здесь? Я конечно же смогу открыть портал и пропустить на ту сторону чуть не полк. Но это опять будет земля США, со всеми вытекающими.

— Что ты предлагаешь? — Сложив руки на столешницу, словно подводя итог, произнёс Волков.

— А просто всё. Мы своих не бросаем. Там на Земле, переправить пару десятков человек к порталу. Долготу знаем, найти несколько бараков на определённой линии вполне реально. Расстояние там небольшое, если судить по карте, места практически не заселённые, настоящая глушь.