Константин Калбанов – Колония. Дубликат (страница 28)

– Ишь ты каков! А может, еще и знаешь, чего это Семеныч такую здоровую домину поставил?

– Так все это знают, – пожал плечами не по годам рассудительный мальчишка. – Жениться он хотел. Чтобы семья и все как у людей. Да только какая же баба пойдет за запойного, когда тут женихи в очередь выстраиваются. А он свою глотку так и не переборол. Как подхватил заразу еще на Земле, так и сюда ее перетащил.

– Надо же, а мне говорил, что вторую бензопилу не потянет, потому и жениться не хочет.

– То дядя Ваня заливает, – убежденно произнес паренек, махнув рукой. – Ладно, дядь Вов, мне тут управиться нужно, а потом по дому еще дела есть.

– Все, все, больше отвлекать не буду. Слушай, а тебя как зовут-то?

– Степка, – запустив двигатель, представился парень и опустил на лицо прозрачное пластиковое забрало.

Парнишка уже закончил свою работу и ушел домой, когда вернулся Степаныч. Владимир видел, как он остановился посреди двора, окинул взглядом представшую картину. Явно удовлетворенный осмотром, он повернулся в сторону соседского дома и поднял руку с выставленным большим пальцем. Скорее всего, это он оценивал так работу Степана. Но самого мальчишку в окно Владимир не видел.

– Сиделец, собирайся, – едва переступив порог дома, объявил Рогов.

– Уже? Ты же сказал завтра поутру.

– Обстоятельства изменились. Нужно будет проверить берлогу бандюков.

– А как же зубры? Сам же говоришь, самое время для охоты.

– Говорю же, обстоятельства изменились. Возможно, это не их берлога, а заимка охотника. У него семья была, жена и пятилетняя дочка. Может, еще живы.

– Ясно. Ну мне-то собираться особо нечего, хоть сейчас в дорогу, – даже не думая отнекиваться, тут же согласился Валковский.

Не сказать, что он проникся местными реалиями и был готов вот так очертя голову броситься спасать совершенно незнакомых людей. Тут скорее сработало другое. В частности, получение самых банальных трофеев, которые по местным понятиям должны будут принадлежать им.

Взять тот же захваченный у бандитов «Урал». Нет, награбленное с УАЗа, как и саму машину, вернули другу Семеныча. Тут Валковский спорить не собирался, потому что оно вроде как по их недогляду случилось. Притянуто, конечно, за уши, причем самим Роговым, но Владимир принял это как данность. То же самое можно сказать и о безвозмездном возвращении имущества Даши – тут он по-другому и помыслить не мог. Зато все остальное – уже их законный трофей. Причем богатый. Сама машина – минимум семь тысяч, потому как укомплектована еще и полностью подготовленным для проживания кунгом, ну и вообще, приспособленная для местных условий. Компактный бензиновый генератор на три киловатта, довольно неплохое снаряжение, оружие – два СКСа, СВТ, три дробовика, две помпы и одна полуавтомат, четыре ТТ, маузер, причем в переделке Вертинского. Словом, хорошо получалось, солидно. А там, глядишь, и в берлоге найдется чем прибарахлиться.

Валковский сразу хотел предложить отправиться на поиски этой пещеры Али-Бабы, но Рогов его опередил, заявив, что оставят это мероприятие на время после охоты. Тут ведь неизвестно, может, и нет там ничего, а время упустят.

Но то, что там может оказаться бандитская пленница, перевесило упущенную выгоду. Странный все же мужик, этот Рогов. Впрочем… Судя по обстановке в доме, для жизни ему много не нужно. Живет так, как ему нравится, придерживаясь собственных принципов. Просто, потому что жить больше не для кого. Дети на Земле выросли. Причем уже без него, ведь жена его бросила достаточно давно. Здесь новой семьей обзавестись не удалось. Вот и получается, что и не живет он вовсе, а доживает.

Они уже почти собрались, когда в дом зашел местный лавочник и по совместительству друг Рогова, Петр Пилин. Владимир при виде этого крепкого мужчины лет сорока пяти отчего-то почувствовал неловкость. Хотя с чего бы, они даже ни разу не общались. Так, видел его со стороны. Но вот как-то не по себе стало, и все тут.

– Здравствуй, Сиделец.

– Здравствуйте. Примите мои соболезнования.

– Спасибо. И за то, что этих говнюков вместе с Семенычем взял, тоже спасибо.

– Ты чего пришел-то, Петр? – появился из своей спальни Рогов.

– Мне тут Прохор сказал, что вы собираетесь бандитскую берлогу искать?

– Ну, есть такое дело.

– Я с вами.

– А лавку на кого оставишь? – взметнул брови Рогов.

– Соседский Валерка присмотрит. Не впервой.

– Ладно. Только ты свой «Урал» выкатывай, чтобы, если что, мы прямо оттуда на север двинули, а ты сам мог вернуться в Рыбачий.

– Так и собирался.

– Тогда завтра с рассветом выдвигаемся.

– Добро.

Крепко пожав им обоим руки, Петр вышел на улицу. Ему предстояло еще подготовиться к дальнему выходу. А здесь к этому делу подходили со всей серьезностью. Места такие. Веселые. Очень даже может статься, что рассчитывать придется только на собственные силы. Поэтому при подготовке банальной поездки по давно проложенному маршруту учитываются самые различные сценарии. Что уж говорить о целине.

– Семеныч, а что, без него не справимся?

Рогов внимательно посмотрел на напарника. Нет, тот думает не о хабаре, который, возможно, придется делить с Петром. Ему действительно непонятно, отчего случился этот перенос выезда на утро, тогда как они могли двинуться в путь уже через полчаса. Конечно, до предгорий им добираться не меньше двух суток, хотя тут около трехсот километров, но эти километры предстояло наматывать по девственной степи, а в этом случае хорошо, если удастся выдерживать скорость километров двадцать.

Но тут такой момент, как возможная пленница. А что, если ее держат под замком? Тогда получается, что она взаперти уже минимум четверо суток. При таком раскладе каждый лишний час задержки может стать роковым. И охотник не может этого не понимать.

– Душно Петру сейчас в Рыбачьем. Развеяться нужно, – наконец пояснил Семеныч.

– А, ну да. Я как-то не подумал. Что же, завтра, значит, завтра.

Даша с видимым удовольствием выключила воду, отдернула шторку и протянула руку к полотенцу. Не к казенному коротышу, каким она пользовалась в детдоме, или после выпуска, которое было не лучше прежнего. А к самому настоящему большому махровому полотенцу. Оно было такое, что казалось, будто ты не вытираешься им, а оно тебя обнимает и ласкает.

И вышла она, кстати, из своей собственной ванной, в своем же доме. Сейчас-то этот двухкомнатный модульный домик пока что не ее собственность, но стоит он уже на ее участке, а вскоре здесь вырастет настоящий двухэтажный коттедж. Причем за счет Рыбачьего. Правда, она может пожелать и кирпичный дом, но тогда уж разницу в цене нужно будет взваливать на свои плечи.

Кирпич здесь дорогой. С одной стороны, один-единственный завод едва успевает удовлетворять запросы. С другой – вывоз его совсем даже недешев. Сначала машиной до порта Кавказ, потом дождаться морской баржи, которая сможет доставить груз на Дон. А барж этих не так и много. В общем, из-за отдаленности одного-единственного завода материал получался почти что золотым.

А еще добавлял сложностей и такой фактор, как необходимость в цементе. Заводик-то имелся, и потребности он вполне удовлетворял. Но опять же находился в Портальной долине, то есть неподалеку от того же кирпичного завода, и имел ту же проблему с транспортировкой.

С деревом же все было куда проще. В районе Нефедовска действовали как лесхоз, так и небольшой деревообрабатывающий завод. Готовые пиломатериалы в виде досок, брусов и кругляка доставлялись по рекам с помощью речных барж, которые изготовить куда как проще, чем мореходные. Да и поднимались такие дома гораздо быстрее.

Даша накрутила полотенце на голову, надела мягкий халат и вышла из ванной комнаты. Мельком взглянула на окна, задернуты ли шторы. А то мало ли, какой любопытный найдется. При этой мысли она невольно поежилась. Отчего-то сразу вспомнилась та свинья, что лапала ее связанную в кунге. Стало так противно, что она едва сумела перебороть желание вернуться под душ.

Она слышала, как в ту ночь кричали эти трое. От дяди Володи и дяди Вани узнала, что те оставили бандитов на съедение диким зверям. Может, она психически больная? Что же, очень может быть. Потому что в тот момент она испытала мрачное удовлетворение от происходящего, а ледяные тиски, сдавливавшие сердце, пропали, как будто их и не было. Вот и сейчас ничего, кроме омерзения и мрачного удовлетворения, у нее при мысли о бандитах не появилось.

Все же справившись с собой, девушка присела за туалетный столик, подмигнула своему отражению в зеркале и вооружилась феном. Удивительное дело, но, оказывается, здесь не было никаких проблем ни с женскими штучками, ни с косметикой, ни с электроприборами для укладки волос. Причем все было хорошего качества и по ценам вполне сопоставимым с земными. Вот только тут у нее и с доходами куда лучше, а потому, в отличие от прошлой жизни, она могла себе это позволить.

А ей очень хотелось сегодня выглядеть хорошо. Нет, она мечтала быть неотразимой. Ведь сегодня фактически ее первый выход в свет. В Рыбачий-то она приехала три дня назад. Но сначала были размещение в домике, потом похороны Виктора. Сегодня весь день она провела в школе. Нужно подготовиться к новому учебному году.

Подумаешь, у нее набирается только семь учеников, это ничего не значит. К ней здесь отнеслись с должным пониманием и вниманием, поэтому и она должна дать детям качественный толчок, сделать правильную изначальную закладку. Ведь от того, как ребенок начнет учиться, во многом зависит все его будущее образование и вообще отношение к учебе.