Константин Калбанов – Капер (страница 23)

– Благодарю вас, ваше сиятельство.

– Это мелочи в сравнении с тем, что сделали вы, сеньор доктор. Дон Флавио де Торрес – мой родной племянник, и я даже не представляю, как бы смотрел в глаза моей сестре, если бы он умер на моих руках. И потом. Я потерял всех своих сыновей, так что Флавио мне больше, чем племянник. Но признаюсь, если бы вы не справились…

– Н-да. Если честно, я даже не представлял, насколько рискую.

– Сеньорита Анита Сантос буквально требовала от меня, чтобы я строго покарал того, кто подарил ее Флавио надежду и укрепил его веру в безнадежное. Она помолвлена с Флавио и через полгода должна выйти за него замуж. Предчувствую новую бурю со стороны моей сестры, но ведь у нее есть еще двое старших сыновей, так отчего бы не уступить одного мне.

– К чему такие откровения, ваша светлость?

– С одной стороны, я вам обязан и хочу, чтобы вы знали, насколько. С другой, будучи откровенным с вами, хочу взамен такой же откровенности.

– Даже в мыслях не было лукавить с вами, ваша светлость.

– Вот и замечательно. В таком случае ответьте, какова ваша истинная цель? Если бы вы искали только защиты, то могли прийти прямиком в Пуэрто-Рико. Но вместо этого вы обосновались на Вьекесе и отправились сюда, дабы добиться аудиенции. Причем сделали это через полтора месяца после побега. А перед тем еще и заходили на Тортугу. Как видите, я неплохо осведомлен.

– Остается только непонятным, отчего этот разбойничий вертеп все еще существует.

– Испании не нужны осложнения во внешней политике, и уж точно не нужна война. А на Тортуге сидит французский губернатор.

– Ну и что? Ни французов, ни англичан не останавливает тот факт, что между вашими государствами существует мир. Два года назад пират Морган с одобрения английского губернатора напал и разграбил Панаму, жестоко расправившись с ее жителями.

– Губернатор Модифорд и Морган сейчас в Англии под судом.

– И я даже могу сказать, чем этот суд закончится, ваша светлость. Коль скоро губернатора держат за решеткой со всеми возможными удобствами, а пирата – под домашним арестом, то и в приговоре по отношению к ним не приходится сомневаться. И уж тем более, на фоне войны англичан и голландцев. Ведь Испания является союзницей последних.

– Ваши выводы не лишены смысла.

– Еще бы. Тем более что каперские патенты с легкостью выдаются даже сейчас, когда на посту губернатора Ямайки стоит человек, которому вроде бы предписано покончить с пиратством. Собственно, именно с этим вопросом я и собирался обратиться к вам.

– С каким именно?

– Позвольте, я отвечу развернуто. Поскольку вопрос далеко не один.

– Я слушаю вас, сеньор доктор.

– Я был простым лекарем, решившим остепениться и жить своим умением врачевания. И скорее всего, у меня получилось бы прожить спокойную и безбедную жизнь. С моими-то умениями в этом не приходится сомневаться. Однако зависть моего коллеги бросила меня на скамью подсудимых по совершенно надуманному обвинению. «Справедливый» английский суд сделал из преуспевающего доктора несчастного раба. Признаюсь, только после этого у меня по-настоящему открылись глаза на происходящее на моей родине. Англичане попросту уничтожают мой народ. И закрывать на это глаза я больше не желаю, получу ли я вашу поддержку или нет. Большинство рабов на Барбадосе являются ирландцами. Немалая их часть находится и на Ямайке. Я намерен организовывать бегства моих соотечественников и хочу, чтобы они обрели новый дом.

– На острове Вьекес?

– И под флагом Испании. Мы добрые католики, и будем верными подданными. И мы готовы вам это доказать. Я хочу просить вас выписать мне каперский патент против англичан.

– То есть вы предлагаете спровоцировать англичан на очередные нападения?

– А к чему их провоцировать? Карл заверяет вдовствующую королеву в своей дружбе, искренне возмущается пиратскими рейдами каперов с Ямайки и грозится их покарать. Вот только дальше слов дело не идет. Злодеи разгуливают на свободе по улицам английского города, пусть Порт-Роял и находится за океаном. Самый известный из разбойников не гниет на соломе в каземате, а попивает дорогое вино в собственном доме. И наконец, при всем показном возмущении Карл преспокойно ссыпает в казну оговоренную долю с добычи пиратов. Так кого вы боитесь спровоцировать, ваше сиятельство? Волка в овечьей шкуре, который продолжает таскать ваших овец, с милейшим оскалом своей ненасытной пасти? То, что предлагаю я, принесет Испании только пользу. Потому что ни англичане, ни французы не прекращают ей вредить, пусть и руками пиратов.

– Допустим, я выпишу вам патент. Что дальше?

– Я начну обустраивать колонию на Вьекесе, чему в немалой степени поспособствуют сами же англичане. Вся моя часть добычи пойдет на развитие новой испанской колонии. И уверяю вас, уже через пару лет этот пустой клочок земли начнет приносить значительную прибыль.

– Мы уже пытались колонизировать Вьекес, но не смогли там закрепиться, – покачав головой, возразил губернатор.

– Наверное, потому, что этого не пытались сделать беглые ирландские рабы. Ведь нам некуда будет идти, кроме как держаться из последних сил за свою новую родину. И потом, какое-то время мы выстоим, а близость Сан-Хуана с его гарнизоном послужит неплохим подспорьем для того, чтобы англичане не пялились в нашу сторону.

– Боюсь, вы преувеличиваете мои возможности.

– Так же, как и вы возможности англичан, ваше сиятельство. Каперский патент и ваше письменное благословение на создание ирландской колонии под рукой короля Испании – это все, что я хочу. Взамен Испания получит преданных подданных, которые скорее умрут, чем позволят кому-нибудь завладеть тем, что принадлежит испанской короне.

– Я благодарен вам за спасение моего племянника. Я готов принять ваших товарищей по несчастью и позволить поставить поселение на острове Сан-Хуан. Благо места тут более чем достаточно. Но это и все.

– Я все же хотел бы настаивать на том, чтобы нам было позволено обосноваться самостоятельно на острове Вьекес. Ведь выгода от этого для испанской короны очевидна.

– Не все очевидное для нас очевидно для мадридского двора, сеньор доктор. И для того, чтобы добиться права принести пользу короне, необходимо доказать свою способность к этому серьезными поступками.

– Например?

– Ну не знаю. Доставить на скамью подсудимых пирата Моргана.

– Всего-то?

– То есть?

– Вы уверены, что этого будет достаточно?

– Вы хотите сказать…

– Я это сделаю. Не пройдет и полугода, как Генри Морган будет стоять перед вами, закованный в цепи.

– Вот так просто?

– Не просто. Но ведь я прошу у вас патент против англичан. А значит, и против их каперов в том числе, коль скоро они находятся на службе у короля Карла. И Морган подходит по всем пунктам.

– Что вам нужно в настоящий момент?

– Пока ничего. Разве только в течение полугода вы не станете обращать внимания на скромное поселение на острове Вьекес. И позволите нам закупить все необходимое для обустройства ферм.

– Ферм?

– Да, ферм, ваша светлость. В мои планы вовсе не входит создание разбойничьего вертепа. И потом, ирландцы издревле были земледельцами.

Глава 5

Боевое крещение

– Что мы должны сделать?! – с нескрываемым удивлением едва не воскликнул Кевин.

– А что тебя смущает, дружище? – отламывая кусок лепешки и забрасывая его в рот, спокойно поинтересовался Патрик.

– Но… Ведь это же Генри Морган.

– И?

– Ну-у…

– Значит, так, друзья, давайте-ка вы сейчас дружно выбросите из головы все бредни. Морган – не герой, а простой морской разбойник. К тому же англичанин. А еще он символ того, чего может добиться отважный и неглупый человек. Яркое подтверждение факта, что благословенные времена Френсиса Дрейка не канули в Лету. Для каждого из пиратов его пример – та самая цель, к которой они стремятся. Большинство из них останутся прозябать в полунищем состоянии. Более удачливые по-прежнему будут бездумно спускать награбленное серебро в Порт-Рояле. И все они действуют на благо Англии. Хотим ли мы блага для Англии и англичан?

– К дьяволу Англию! – с ненавистью прорычал Кевин.

– В бездну англичан! – опрокидывая в себя стакан воды, решительно поддержал его Мартин.

– Умеешь ты убеждать, – хмыкнув и покачав головой, спокойно произнес Гобан.

– Вопрос не в моем умении. Просто если кто-то с завидным прилежанием трясет перед тобой мишурой, значит, он хочет что-то скрыть. Английскому королю плевать на то, сколько погибнет его подданных, в конце концов, они и так перемрут в сточных канавах родного острова. А то гляди еще и вздумают учинять бунты. Зато здесь, за океаном, они сдохнут не просто так, а принесут прибыль, пополнив английскую казну или подвинув Испанию. Если мы хотим сражаться с Англией, то нам совсем не обязательно отправляться в Ирландию и поднимать там восстание. В открытом бою у нас нет шансов. Хотя бы потому, что наши лидеры никак не могут договориться между собой. Но если мы сделаем так, что хоть какая-то часть желающих заняться разбоем задумается о неотвратимости наказания и оставит подобные планы, мы уже нанесем удар Англии.

– Иными словами, если мы выкрадем Моргана, то это в результате нанесет вред проклятым англичанам? – почесав в затылке, поинтересовался Мартин.

– Не просто выкрадем, а доставим его в Пуэрто-Рико, где его будут судить по законам Испании, после чего предадут этот факт огласке. Вот это я называю неотвратимостью наказания.