Константин Калбанов – Капер (страница 19)

Высадив людей, Патрик поспешил отправиться в новое морское путешествие. Он намеревался посетить единственный остров, где никто не станет задавать лишних вопросов. Его целью была Тортуга. Отправляться сразу к испанцам он посчитал затеей не из лучших. Его людям было необходимо пополнить запасы продовольствия, а главное – оружия.

В ходе прошедших событий им достались три десятка мушкетов, но оружие это было насколько разнокалиберным, настолько же разномастным. К тому же больше половины – и вовсе фитильные мушкеты. Пистолетов оказалось только десять, четыре из которых были фитильными, пара с колесцовыми замками и только четыре с кремневыми. Оказывается, пистолеты были все еще редкостью.

А Патрику была нужна унификация вооружения. Весь имевшийся у них хлам можно было передать в личное пользование будущим колонистам. Что же касается команды корабля, подобная разносортица была недопустима. Именно необходимость приобретения нужного вооружения побудила его отправиться на Тортугу.

Он собирался сделать основным оружием своей команды буканьерские ружья. Непонятно, с чего их так стали называть. По сути, это было обычное французское пехотное ружье. Достаточно надежное, с недавно появившимся батарейным кремневым замком. Кстати, указ французского короля предписывал каждому кораблю, отправляющемуся в заокеанские владения, иметь на борту для продажи минимум шесть таких ружей. Бог весть, поддержка ли это отечественных оружейников или желание получше вооружить своих колонистов, но Патрик собирался воспользоваться данным обстоятельством.

В путешествие он отправился на двух баркасах с командами по пять человек. Их грузоподъемности было вполне достаточно, чтобы привезти все необходимое. (Кроме продовольствия, оружия, пороха и свинца, он собирался закупить кожу для пошива обуви, ну и кое-что еще по мелочам.) И в то же время баркасы не представляли ровным счетом никакого интереса для пиратов. Патрик прекрасно отдавал себе отчет в том, куда именно направляется, и был начисто лишен иллюзий насчет этих джентльменов удачи.

На пиратском острове они провели ровно сутки. Причем Патрику стоило больших усилий, чтобы удержать своих парней от желания поразвлечься. И это при том, что он взял с собой тех, кому наиболее доверял. Даже Кевин с самым серьезным видом предлагал плюнуть на все и присоединиться к пиратской вольнице. Благо губернатор Тортуги с невероятной легкостью раздавал патенты, позволяющие практически на законных основаниях нападать на испанцев. Пришлось вразумлять парней, задействовав весь свой авторитет.

С тех пор прошло уже больше месяца, но Патрик до сих пор не мог забыть, что все могло закончиться, даже не начавшись. Дело в том, что парни привезли с Тортуги новые настроения и взгляды. Что и говорить, толпа пьяных в дым, разодетых в пеструю одежду и сорящих деньгами пиратов могла впечатлить кого угодно. И уж тем более ситуация усугубилась, когда Патрик начал насаждать дисциплину.

Не хотелось об этом вспоминать, но двоих ему даже пришлось отправить на тот свет. Одному он вышиб мозги, благо никогда не расставался с пистолетами. Второму вскрыл глотку. И ножички он также предпочитал держать всегда при себе. Зато его авторитет сразу же укрепился настолько, что прекословить ему больше желающих не было. Люди вообще куда более охотно идут за тем, кого считают удачливым, а еще за тем, кого отличает храбрость и воинское умение.

Вообще-то далеко не все проходили воинское обучение. Боевая подготовка большинства мужчин свелась к тому, что их научили стрелять из мушкетов, при этом более или менее попадая в цель. Впрочем, они и не проявили особого желания участвовать в каких бы то ни было боях. Если придется защищать свои дома – другое дело. А чтобы специально…

Иными словами, в случае необходимости они входили в состав ополчения. А вот вступить в регулярную часть желающих оказалось не так много. И в какой-то степени виной тому была нещадная муштра, происходившая на глазах новых обитателей острова. Впрочем, Патрика данное обстоятельство более чем устраивало. Он вовсе не собирался создавать очередной разбойничий вертеп.

Три десятка бойцов были разделены на три отделения, с которыми ежедневно, за исключением воскресенья, проводились различные занятия. Так, к примеру, Кевин натаскивал парней, гоняя по вантам и палубе «Охотника», так Патрик назвал бригантину. Мартин муштровал и обучал приемам обращения с оружием. Капитан в основном обучал рукопашному бою.

Сейчас как раз было время обеда, и его отделение под командой капрала направлялось в столовую. Ее устроили под камышовым навесом, с такими же легкими стенками в половину высоты. Это позволяло прикрыться от ветра и в то же время избежать духоты.

– Привет, Гобан, – опускаясь на скамью рядом с кузнецом, поздоровался Патрик.

Столик у них был отдельный, здесь принимали пищу только Патрик, Гобан, сержант Мартин и боцман Кевин. Так сказать, элита колонистов, которую капитан всячески старался выделить. Если четверо из них были заняты, так сказать, в войсках, то кузнец представлял собой гражданскую власть. Он откровенно тяготился своими обязанностями, но вынужден был их исполнять, пока не подберет подходящую для этого кандидатуру.

– Здравствуй, Патрик. Или все же капитан? – вопросил он.

– Не вижу повода для сарказма, – покачав головой, ответил Патрик. Потом кивком головы поблагодарил женщину, поставившую перед ним его обед. И внимательно посмотрев на кузнеца, продолжил: – Даже местные дикари-индейцы прекрасно сознают, что кто-то должен быть вождем. У животных, ведущих стадный или стайный образ жизни, имеются свои вожаки. А ты хочешь открыть нечто новое? Все люди – братья, каждый занимается, чем пожелает по совести и способностям? Чушь, которую сознают даже тупые и жадные пираты, всюду выпячивающие свою свободу. Не бывает так. Подобное общество просто не может существовать. И потом, я же говорил, не тащи все на своем горбу. Подбирай и привлекай помощников. Согласись, что я знаю чуть больше, чем ты. Но я не стесняюсь сваливать часть работы на плечи Кевина и Мартина, а ведь у меня только три десятка парней. С твоей сотней не сравнить.

– Да из той сотни чуть не половина детвора, – отмахнулся Гобан.

– Значит, двух помощников тебе вполне хватит. Тем более что вскоре, как я надеюсь, у тебя будет достаточно много работы в кузнице.

– Когда отправляешься к губернатору?

– Ну, парней я уже слегка поднатаскал, так что, думаю, завтра и двину. Нет смысла и дальше тянуть кота за подробности.

– Как-как?

– Что, понравилось выражение?

– Никогда такого не слышал.

– Дарю. Пользуйся, – весело ухмыльнувшись и отправляя в рот ложку с кашей, предложил Патрик.

– Что-то я не видел, чтобы Кевин готовил «Охотника» к отплытию.

– «Охотник» останется здесь. И Кевин с большинством бойцов – тоже. Это на случай, если с нами что-то случится. Кевин уже довольно прилично наловчился управляться с кораблем. Навигация, конечно, не его конек, но будет нужно, до Сан-Хуана он вас доведет. А там попросите подданства у испанцев. Они вам не откажут, все же единоверцы, да еще и ненавидящие англичан. Конечно, в этом случае жизнь сложится не так, как задумал я, но и не хуже, чем в былые времена в Ирландии. И уж точно получше, чем на Барбадосе.

– И сколько человек возьмешь с собой?

– Пятерых, включая Мартина. Приглядит за бездельниками, пока я буду добиваться аудиенции у губернатора.

– Не мало?

– А к чему больше? Чтобы управиться с баркасом, этого более чем достаточно. Пиратов эта скорлупка не прельстит ни при каких обстоятельствах. Опять же пойдем в виду берега, и уйти на мелководье не составит проблем. А там попробуй нас достань. Ну и если губернатор вдруг решит увидеть в нас пиратов, то наличие всей нашей команды ничего не изменит. Только и того, что погибнет больше народу.

– Ну, если глянуть с этой стороны, то оно, конечно, да.

– О чем речь, уважаемые? – опускаясь на скамью и потирая руки, жизнерадостно поинтересовался Мартин.

– Руки мыл? – вместо ответа строго поинтересовался Патрик.

В настоящий момент он вводил среди колонистов правила гигиены, причем действовал самыми драконовскими методами. До плети пока не доходило, но пять ударов розгами по рукам заполучить можно было без проблем. И народ терпел. Сказывался авторитет капитана. Расправа с патрулем на Барбадосе успела обрасти такими подробностями, что Патрик просто диву давался, какой он оказывается былинный богатырь. Впрочем, при всем богатом воображении, люди не забыли и прилюдной расправы над двумя строптивцами.

– Обижаешь, капитан, – гордо выпятив грудь, ответил Мартин. – Я ведь с тобой еще из Ирландии плыл, поэтому твою науку помню крепко. Да и прилюдно получать по рукам, как нашкодивший мальчонка, особого желания нет.

– Это хорошо, что нет, – с самым серьезным видом произнес Патрик.

Угу. Кроме всего прочего, здесь у них никаких кишечных болезней нет, и поносом никто не мается. А уж это явление на плантациях было делом привычным, если не сказать обыденным. И вшей ни у кого не замечено. Хорошо, что среди груза «Охотника» оказалось достаточное количество мыла. Оно, конечно, не туалетное, а предназначалось для стирки, но… Помнится, в детстве Сергею Федоровичу доводилось мыться хозяйственным мылом, и ничего, не помер. Правда, у новоявленных колонистов были случаи аллергической реакции, но вскоре все пообвыклись.