Константин Калбанов – Камешек в жерновах (страница 50)

- Я подготовлю чертежи и расчёты. Скажем, к весне. Там много всего. Раньше никак.

- Вот и договорились. В ответ обещаю вам свою поддержку, насколько это вообще возможно.

- Благодарю. А пока не могли бы вы поддержать лейтенанта фон дер Рааб-Тилена. Нам бы для начала хотя бы создать отряд подводных миноносок и начать натаскивать специалистов.

- А вот тут я предлагаю сперва впечатлить его превосходительство. Чтобы не только создать отдельный отряд, но и на командование поставить именно вашего визави. Ведь у вас, как я понимаю, ставка и на него тоже.

- Так и есть.

- Вот и давайте действовать последовательно.

Глава 27

Гладко было на бумаге

Ну, насчёт пары суток это я изрядно так погорячился. На подготовку ушло четверо. Причём одобрение Скрыдлова получили сразу. Эти дни ушли на то, чтобы его превосходительство смог разработать подробнейший план похода. Ох и дотошный дядька. Мало того, что расписал всё в мельчайших деталях, так ещё и в нескольких вариантах. Как будто в этой жизни можно всё предусмотреть.

Вице-адмирал расписал даже мою роль в предстоящем деле. Вызвал меня к себе и лично беседовал, мучая вопросами и выслушивая мои доводы. После организовал стрельбы с «Новика». Оно и я пристреляюсь, и способности свои продемонстрирую. Надо сказать, вице-адмирал был серьёзно так удивлён.

А вообще на меня он произвёл достаточно позитивное впечатление. Серьёзный такой и обстоятельный дядька. Богобоязненный и в меру жёсткий. Я о нём читал всё больше в негативном ключе, но, как ни странно, у моряков он пользовался уважением. Ну и боевым кораблям не давал застояться в порту.

Уже через месяц после боя в Корейском проливе крейсера починились и вновь вышли в море. Эссен также рвался в дело, но «Севастополь» остался у стенки, хотя и имел вполне сопоставимую скорость с «Рюриком».

Пять крейсеров сделали изрядный крюк и, пройдя проливом Лаперуза, вышли в Тихий океан. Хорошенько пошумели вдоль южных берегов Японии, утопив восемь пароходов с контрабандой и прихватив один угольщик. Впрочем, его они также утопили, не имея возможности увести приз. Зато перевозимый им уголь пополнил ямы кораблей и увеличил срок их крейсерства.

Второй выход получился не таким удачным. На этот раз Безобразов опять сунулся в Корейский пролив, и его подловили в двадцати милях северо-восточней Цусимы. Драка вышла жаркой, но несмотря на значительные повреждения, удалось обойтись без потерь, хотя теперь кораблям и предстоял длительный ремонт. «Новику» в этом плане повезло, так как по нему практически не стреляли…

Впрочем, нельзя отнести задержку только на счёт командующего. Мне для изготовления достаточно компактной радиостанции потребовалось три дня. А потом ещё день на отладку оборудования. Конечно, я мог бы управиться и быстрее, но так уж вышло, что имелись и другие вопросы. Разумеется, я делегировал их решение как своей команде, так и нанятым специалистам. Но всё же постоянно держал руку на пульсе.

Вернее, делал я сразу два комплекта, так как собирался радиофицировать миноносец «Бойкий». Ему предстояло снять меня с «Форели» и переправить на «Новик», а для этого нужна связь. Елесеев протестовал против этого, настаивая на установке телеграфа на «Выносливом», несущем брейд-вымпел командира отряда. Но был вынужден уступить, ведь не исключено, что «Бойкому» для подбора меня придётся оторваться от основных сил, а командиру покидать свой отряд всё же нельзя.

Кроме того, провели четыре учебных пуска торпед с помощью вкладышей. И результаты меня вполне удовлетворили. Минные аппараты были установлены с должной точностью, и самодвижущиеся мины легко укладывались в заявленные допуски по точности. Разве только дальность у них возросла на пару кабельтовых, я по своему обыкновению и в нарушение инструкций закачал в баллоны чуть больший объём воздуха.

Ну и под занавес изготовили складную стремянку высотой в четыре метра, которая крепилась на палубе подводной лодки. Так себе средство наблюдения, но это куда проще, чем увеличивать высоту обрубка, именуемого перископом. А мне нужно хоть на сколько-то подняться повыше, чтобы отодвинуть горизонт и увеличить обзор. Увы, но в намечающемся деле без визуального контакта никак не обойтись…

К западному входу в Корейский пролив шли двое суток. Тащить на буксире подводную лодку оказалось не так уж и просто. Да ещё и волнение поднялось, и пришлось чуть замедлиться. Проветривание же помещений вообще превратилось в тот ещё аттракцион. Система вентиляции тут тупо не предусмотрена и осуществляется путём открытия единственного люка на рубке.

Тесноту на лодке вообще описать невозможно. Аккумуляторы занимают едва ли не всё внутреннее пространство. Плюс механизмы, и под экипаж вообще ничего не остаётся. А нас тут, на секундочку, четверо. Вообще жесть. Было бы время, я ещё мог бы что-нибудь придумать и модернизировать. Но его-то как раз и не осталось, потому приходится довольствоваться не просто малым, а минимумом.

Кстати, я вдруг осознал, какую глупость сотворил. В смысле тупо не подумал в эту сторону, а ведь мог бы, йолки. Но голова оказалась занята другим. Имелся у меня шанс подкузьмить джапам и помочь нашим. Хорошо так помочь. Настолько, что они и без моего непосредственного участия подсыпали бы перца под хвост адмиралу Того.

Я о подводной лодке Джевецкого, которую в реале так и не смогли поставить на ход, хотя и пытались. Но ведь пробовал не я с моими знаниями. Да и офицеры, занимавшиеся этим, не имели моих финансов, чтобы обеспечить заинтересованность работников Невских мастерских. А двигались они в правильном направлении, пытаясь установить на лодку ДВС.

И ведь я прекрасно знал о попытке Налётова построить подводный заградитель. Видел, как Миллер пытался вдохнуть жизнь в лодку Джевецкого. Но вот как-то даже не думал в ту степь. Возможно оттого, что у меня под рукой был катер, и голова была забита совершенно не тем. А главное, я ведь не верил в то, что Артур можно отстоять. Как, впрочем, не верю и сейчас.

И очень даже зря. Уж при обороне-то крепости, когда речь о радиусе действия не более десятка миль, этой лодочке было бы, где разгуляться. И нет нужды городить огород, ввязываясь в авантюру за пять сотен миль от ближайшей базы во Владивостоке, имея в двадцать раз меньший запас хода…

Шли кильватерным строем. Головным «Новик», за ним три миноносца. Четвёртый держался в стороне, время от времени разгоняясь и поднимая в воздух наблюдателя на парашюте. Не хотелось бы внезапно оказаться в ловушке. А так отличный обзор, позволяющий прикинуть соотношение сил и принять решение на отход или сближение.

- Ваше благородие, с «Новика» передают, обнаружен противник, - сообщил рулевой, находившийся у штурвала в рубке.

Люк закрыт, проветривали не так давно, поэтому в лодке сухо и относительно тепло. Что ни говори, а с отоплением тут полный швах, поэтому свитера наше всё, но и так мы постоянно чувствуем прохладу. В бушлате же тупо не развернуться. Не будь «Форель» единственной подводной лодкой во Владивостоке, ноги бы моей не было на её борту.

Хорошо хоть, весь экипаж сюда забрался только на подходе к цели, а так дежурили по вахтам. Подходил «Бойкий» и производил смену. Заодно отработали и переход с подводной лодки на миноносец…

Рулевой смотрит в четыре небольших иллюминатора, и передача ведётся с помощью светового семафора. Начни мы использовать радио, и нас сразу услышат. Учитывая же то, что на русских кораблях установлено радио Попова с радиусом в двадцать пять миль, самураям сразу станет понятно, что мы не так уж и далеко от них.

- Подробности есть? - спросил лейтенант, не спеша занять место рулевого, как и влезать в рубку, там и одному тесно дальше некуда.

- Четыре крейсера с миноносцами, развёрнутые в наблюдательную сеть. До ближайшего дистанция двадцать миль. «Новик» поворачивает и начинает сближаться с правофланговым, ближе к корейскому берегу.

Вот и началось. Хорошо хоть, море сегодня спокойное, не то была бы нам радость. Не то чтобы выполнить задачу было бы невозможно, и мы отступились бы. Но кому добавят настроения дополнительные сложности. Опять же, мне ведь забираться на стремянку, а это и сейчас не так чтобы и просто, а уж при волне так и говорить не о чем.

Примерно через час мы отдали «Новику» буксировочный трос, как отсоединили и кабель, посредством которого наши аккумуляторы были на постоянной подзарядке. В бою всё же лучше иметь полный заряд. Выдерживая средний ход в три узла, мы двинулись следом за всё удаляющимся и постоянно увеличивающим скорость крейсером. Миноносцы легкокрылой стайкой умчались вперёд навстречу появившимся дымам.

Боцман помог мне установить стремянку, после чего я взобрался на неё, как на насест. Горизонт, конечно, отодвинулся, но в пределах видимости были всё те же дымы. Ну и как тут ориентировать Шульца?

Не доверяя командиру лодки, я сам вооружился секстантом и определил наши координаты. Мне нужна абсолютная точность, чтобы сориентировать «Новик». А меж тем вдали послышались звуки первых выстрелов.

Я вскинул бинокль и попытался что-то рассмотреть. Тщетно. Только дымы. Ничего не поделаешь, остаётся лежать в дрейфе, отдавшись на волю морского течения и экономя заряд батарей. Сведений от Шульца пока нет, и самое разумное - это не отсвечивать.