Константин Калбанов – Гренада моя (страница 62)
Кочанов, не стесняясь, нагрузил пленника как его пожитками, так и маскировочными комбинезонами контрразведчиков. Оружие досталось на долю Карлоса. Сам майор двигался налегке, присматривая за сигнальщиком. Мало ли что учудит.
– Ну и как у тебя? – спросил бывший чекист.
– Листок она съела.
– Плохо.
– Да без разницы, в общем-то.
– Этот не зря хотел себя порешить.
– Напрасные надежды, Василий Иванович, – отмахнулся капитан. – Он просто гнал полученные цифры, получал другие и передавал их по цепочке. В воротнике нет ампулы с ядом. А она куда надежней пули. Значит, задача не даваться в плен не стоит. Что же до «застрелиться»… Ну кому охота подвергаться пыткам с закономерным исходом? Уж лучше сразу.
– Думаешь?
– Уверен.
– Нет, ну каковы наглецы! Средь бела дня, – хмыкнув, невольно восхитился майор.
– Это не наглость, а трезвый расчет, – возразил Егоров. – Сами посудите, на полянке его можно рассмотреть либо в упор, как мы, либо с расстояния километров шесть-семь, да и то с возвышенности. Ближе и ниже прикрывают деревья. Ну увидит кто-то человека. Даже попытается изучить его в бинокль. На выходе ноль. Кратность оптики недостаточная. Ночью же световой код ни с чем не перепутаешь, пусть даже и не поймешь.
– А ловок ты, казак. Эка на пистолет пошел. Из пластунов будешь или специально учили?
– Это от деда с батей, но и учили, чего уж. Блокнот его у вас?
– Вот, – протянул Кочанов.
– А ну-ка, дайте-ка, я малость поколдую.
Игнат присел на корточки, откинул обложку и, вооружившись простым карандашом, начал быстро заштриховывать верхний листок. И тут же проступили столбцы цифр. Полминуты работы – и он протянул блокнот обратно:
– А вот и шифровка.
– Кхм. Н-да.
– Согласен. Все гениальное просто. Если вас это успокоит, то этому меня в контрразведке не учили. Это мы еще в гимназии так забавлялись.
Оторвал листок и переписал набело, стараясь подражать почерку глухонемого. Но майору передал только заштрихованный листок и блокнот. Чистовик сложил вчетверо и засунул под лиф Изабеллы.
– Положишь куда следует.
– Поняла.
– Вот и умница.
– Хм. А то сообщение, что он сжег, тоже можешь восстановить? – поинтересовался Кочанов.
– Только записать знаки семафора по международному коду. А там уж пускай ваши шифровальщики голову ломают. Ну или вот этого пытайте.
– Хочешь сказать, что ты запомнил передачу? Но ты же отвлекался – и со мной беседовал, и в бинокль пялился.
– А вот этому нас уже учили, – разведя руками, сообщил капитан.
– Пиши, – решительно рубанул майор.
– В машине. Не хочу время терять.
– Добро.
До «стенли» Егорова добрались за неполный час. После чего Карлоса отрядили заняться телом Хуана. Все одно возвращаться в Хадраке, а там при контрразведке целый взвод бойцов. Жаль, не волкодавов из добровольческого корпуса. Не разрешили Егорову прихватить с собой парочку ребят. Вот уж не помешали бы. Но…
Игнат по факту должен рядом постоять, оказывать посильную помощь, опираясь непременно на кадры самих интернационалистов. Н-да. Гладко было на бумаге, да забыли про овраги. Вот не получается рядом постоять. Приходится самому тащить, да еще и обеспечивать присутствие местных спецов, если их можно так назвать. Чтобы каждый его шаг засвидетельствовать могли. А то ведь пока будут разбираться, могут успеть и к стенке поставить.
Правда, и так приходится самому под пули бросаться. Причем под дружественный, мать его, огонь. Хорошо хоть Мигель умеет водить автомобиль. А то еще и баранку крутить с больной рукой. Рана-то несерьезная, считай, порезался. Но неудобства доставляет, а начни ее напрягать, так опять откроется и станет кровоточить.
С тайником все прошло штатно. Егоров настоял на том, чтобы приглядывать за ним поставили контрразведчика из бывших полицейских. Тут без вариантов. Либо он сам, либо человек с реальным опытом топтуна. Иначе эти бойцы наворотят столько, что потом весь штаб не разгребет.
Сам он не мог. Потому как в тайнике и впрямь был указан адрес, где молодая мать должна повидаться с сыном. Ему однозначно нужно идти с ней и вызволять мальца.
– Слышь, благородие. Я в штаб, его из-за артобстрела и бомбежек за город вывели. Вот тебе Кротов, нагружай задачами, – проинформировал выглядевший озадаченным майор.
– Задача одна. Страховать агента и известить о действиях клиента, что явится к тайнику. И ради бога, не хватайте его раньше времени. Только если будете уверены, что это не очередное передаточное звено. Впрочем, думаю, я успею к этому времени обернуться.
– Пойдешь за дитем? – удивился Кочанов.
– Я дал слово, – просто пояснил капитан.
– Не ходил бы ты один.
– Извините, но я обещал вытащить ребенка. А с вашими дуболомами – только в атаку. Если из-за них что-то пойдет не так, пришью и глазом не моргну. Слово даю, Василий Иванович. Так что не посылайте за мной никого.
– Добро. Делай как знаешь.
Встреча была назначена в давно пустующем, полуразрушенном доме. Со слов Изабеллы, они здесь уже виделись. Ну да чего удивляться. Хадраке – небольшой городок, заброшенных домов не напасешься. Игнат сильно сомневался, что неизвестный будет с подстраховкой, засевшей где-то на наблюдательном пункте. Места всякий раз разные, дома вокруг вполне обитаемые. Ну и где тут размещать наблюдателя? Опять же, они имели дело с обычной крестьянской девкой.
Выждав пару минут, чтобы молодая мать успела заполучить в свои руки ребенка, капитан прошелся мимо дома и, уже миновав его, скользнул между каменным забором и зданием. Прошелся вдоль стены, вышел с обратной стороны.
Небольшой внутренний дворик, плотно поросший сорняком чуть выше колена. Легкая изломанная ограда и дальше сад, вот уж где заросли репейника удались на славу, эдаким сводом нависают над стежкой. Она тянется из сада через покосившуюся калитку прямиком к дверному проему дома. Получается, часто пользуются этим маршрутом. Но тут уж скорее всего вездесущие мальчишки.
Бесшумно скользнул к двери. Из дома донеслась приглушенная возня и нежное женское воркование. С ребенком управляется. Молодец девка, не забыла, чему он ее учил. Полностью сосредоточилась на сыне. Самый верный способ не выдать себя.
Извлек ТТ, аккуратно взвел курок и вошел в сумрак давно пустующего помещения. Оно лучше бы не стрелять. Но тут дело такое. Нельзя никого упускать. И если придется, в самом крайнем случае будет действовать радикально.
Выстрел!
Игнат упал на колено и дважды нажал на спусковой крючок, целясь в противоположную стену. Да еще и задрав ствол так, чтобы, случись рикошет – и пуля ушла в прогнивший потолок. И как он себя выдал?!
Многострадальная левая рука повисла плетью. На этот раз в плечо прилетело качественно. В глазах зарябило. Вот только сознание это фиксирует как-то отстраненно. А тело между тем действует на рефлексах.
Едва отстрелявшись, перекатился по сумрачному коридору. Еще выстрел с ослепительной вспышкой. Пуля ударила в каменную стену и с визгом ушла в рикошет. Игнат, вскочив на ноги, снова выстрелил, стараясь бить в направлении противника и вверх. По нервам. Только по нервам.
И еще выстрел. Егоров был уже в трех шагах от поворота. Пробегая мимо одного из пустующих дверных проемов, успел выхватить взглядом Изабеллу, забившуюся в угол и прижимающую к себе младенца. Живы! Вот и слава богу. Не будет дурой – не сбежит. Иначе подведет под монастырь всю семью.
Когда приблизился к окну, в которое выскочил неизвестный, тот уже проломился сквозь густой бурьян и был у калитки в сад. Еще несколько секунд, и скроется из виду в зарослях репейника. Егоров вскинул пистолет. Нежелательно. Но он скоро начнет слабеть, и за беглецом ему не угнаться.
Выстрел!
Есть! Нога неизвестного подломилась, и он упал в шаге от ограды. Игнат перемахнул через подоконник и помчался к раненому. Тот перевернулся на спину и вновь выстрелил. Капитан успел броситься в сторону. Еще несколько бросков в непредсказуемом направлении, одновременно сокращая дистанцию. Два выстрела. И нога ударила по руке, выбивая из нее оружие. Еще мгновение, и обратным ходом каблук врезался в челюсть. Сломать не сломал, но в нокаут отправил с гарантией.
Присел рядом с пленником, извлек конец веревки. Вот не нравились ему наручники. А зря. Удобная штука. Сейчас не пришлось бы мучиться. Но зато при минимуме навыков от наручников избавиться проще простого. А ты поди совладай с дедовским узлом. Казачьи ухватки передаются из поколения в поколение. Теми узлами вязали невольников и невольниц еще в старину седую. Хм. Нет, пожалуй, куда как раньше.
– Господин капитан, вы живы? – выглянула в пустую глазницу окна Изабелла, прижимающая к груди младенца.
– Жив. А вы с малым в порядке?
– Да.
– Ну вот видишь, пока я свое слово держу. Ты это… Не могла бы опять поработать сестрой милосердия? Трудно в это поверить, но в меня снова попали.
И тут во двор вбежали двое парней в форменных комбинезонах и с пистолетами наперевес. Егоров конечно же удивился данному обстоятельству, но не настолько, чтобы растеряться. Он перекатился назад через левое плечо, которое тут же прострелила боль, и выхватил из открытой кобуры пистолет. Плевать, что ТТ без самовзвода. Оружие еще только покидало кобуру, как курок был уже в боевом положении. А когда он закончил свой кульбит, ствол уже смотрел на новых персонажей этой бурной сцены.