Константин Калбанов – Гений (страница 34)

У него на витрине, между прочим, даже кремневые образцы. Причем в исключительном состоянии. На пару дуэльных пистолетов Борис даже засмотрелся. Настоящее произведение искусства. И цена у них ломовая. Но к-крас-савцы! Кстати, ему сейчас вполне по карману. Только блажь ведь.

– Позвольте, но модели с откидными барабанами и без того невероятно удобны для перезарядки, – недоуменно пожал плечами лавочник. – Одновременная экстракция гильз. Быстрее только у переломных моделей, которые выбрасывают гильзы без дополнительного движения.

– Я имею в виду не разрядку, а именно зарядку. Нет ли такого приспособления, чтобы разом заряжать все шесть камор? – уточнил Борис.

– Н-нет. Ни о чем подобном мне слышать не доводилось. Единственно владельцы капсюльных револьверов практикуют ношение дополнительных снаряженных барабанов, замену коих возможно осуществить быстрее перезарядки патронами. Но стоит ли обзаводиться капсюльным раритетом, отказавшись от новейших современных образцов?

Ну, нет так нет. Расплатившись за покупку и прибрав свои револьверы в плечевые кобуры, Борис покинул оружейную лавку. Остановившись на крыльце, посмотрел по сторонам. На этот раз не из опасения угрозы. Со Стужей они разобрались. Местная гопота теперь обходит его стороной, прекрасно зная, кто он, на чьем пароходе служит и какую роль сыграл в недавних событиях.

Эта заминка была вызвана банальным желанием покрасоваться. А что такого? На людей посмотреть да себя показать. Благо сегодня было чем блеснуть.

В прошлое свое посещение острова Яковенковского он в город не выходил. Полностью сосредоточился на учебе и прокачке остальных умений. Наконец вернулся к изучению «Уличной драки», «Приемов самообороны». Вспомнил о «Гимнастике», которая так же в последнее время была в загоне. Ну и стреляет из револьвера периодически.

Причем прекрасно понимал, что ему нужен пластилин для изучения скульптуры, но вот в город сподобился выйти только в обновленном гардеробе. Славный городок Голубицкий для покупки учебного пособия отчего-то решительно не подходил. Его непременно нужно было приобрести именно в Яковенковске.

Не приметив ничего интересного, навестил книжную лавку. Постоянно исследуя взглядом улицу, вновь сделал крюк, оказавшись у памятной кондитерской. Зашел вовнутрь. Долго не мог определиться, какие именно пирожные купить. При этом отчего-то больше пялился не на витрину, а в окно. Наконец, купив десяток заварных пирожных, подхватил сверток и направился на выход.

Н-да. Нужно бы озаботиться каким-нибудь портфелем или саквояжем. Есть у него холщовая сумка, но в новом прикиде щеголять ею как-то не очень. И в то же время уже третий сверток в руках. Понятно, что несет их он не в охапке, а за перевязочный шпагат. Но все же будь они упакованы в одну тару, было бы куда удобнее.

Приняв решение, тут же изменил свои планы и вместо возвращения на «Карася» двинулся в сторону рынка. Там точно можно прикупить что-то подходящее. Благо сейчас, если судить по положению солнца, около одиннадцати. Вот. Еще и часы не помешают.

Одет он, между прочим, с некоей претензией на шик. Разумеется, на своей ступени. Пиджак, жилетка, прямые брюки, туфли. Крой простой, но ткань добротная, не броская, но и не из дешевых. Сшито прямо исключительно. Борис даже не подозревал, что получится настолько удобно. Нужно будет подумать, чем еще пополнить гардероб, и непременно озаботиться у Ицхака. Все же знает он свое дело.

Как ни странно, но Борис нашел искомое, не доходя до рынка. Совершенно случайно взгляд задержался на вывеске «Ломбард». Вообще-то он направился сюда для того, чтобы наконец приобрести часы. Покупать на рынке не хотелось. Мало ли на кого нарвешься. А часы нужны. Это не просто удобно. Вещь статусная, при наличии которой тебя принимают уже не за простого работягу, а как минимум за зажиточного горожанина.

Однако помимо часов он приметил и вполне приличный, в меру потертый кожаный саквояж. Господам такой, может, носить уже и неуместно. Но Рудакову вполне по чину. Уложив в новую покупку свои прежние, он вновь оказался на улице.

Вообще-то блажь – рассчитывать встретиться с Катей, дабы блеснуть своим новым обличием. Нет, не набиваясь в ровню. Но чтобы показать свой неизменный рост и движение вверх по социальной лестнице. Бог весть, отчего, но для него это было важно.

Н-да. Ну, себе-то врать не стоит. Нравилась она ему. И хотелось произвести на нее положительное впечатление. С одной стороны – глупость. Это в прошлой его жизни сословные различия ничего не значили. Здесь подобный мезальянс был редкостью несусветной и неизменно повлек бы за собой куда как серьезные последствия.

Но именно эта-то разница и подстегивала его. Не готов был Рудаков смириться с подобным положением. Всяк сверчок знай свой шесток. Вот уж с чем он не согласен. Хм. И самое смешное заключается в том, что решить эту проблему он мог легко и просто. Достаточно предстать пред очи любого боярина и-и-и… Обойдутся! Рано идти на попятную. Он еще и не начинал, чтобы отступаться.

Проходя мимо трактира, остановился и резко изменил направление. Не кабак какой или дешевая забегаловка. Некоторые его посетители могут себе позволить просто из вредности арендовать на весь вечер ресторан и кормить всех посетителей за свой счет. Да что веер – хоть месяц, хоть целый год. Да только кто же купца пустит в заведение европейского типа? Ну да уже говорилось о том.

Половой тут же направился навстречу новому посетителю. Оценил одежду, цепочку от часов, тянущуюся к кармашку жилета, и уверенный взгляд. Поэтому тут же рассыпался в любезностях. Ну-у, кормили здесь и впрямь хорошо. Обстановка… Чисто, пригоже, светло, в воздухе витают приятные ароматы.

Вот только не понравилось ему тут. Возможно, из-а чрезмерной угодливости полового. А может, оттого, что раньше ему сюда путь был заказан. Или причина в том, что вот это заведение для него – потолок, и плевать, что в его распоряжении пара-тройка тысяч рублей, чем мог похвастать не каждый дворянин.

Пообедав без аппетита, наконец направился на берег. Хватит ерундой маяться. Нужно вплотную заняться собой. В подобные заведения он не ходок. Во всяком случае, пока. Прегадостное ощущение.

К берегу вела широкая и хорошо натоптанная тропа. Да оно и неудивительно – сколько народу тут проходит. По сторонам пустырь, где выпасают своих коров горожане. Эти живые газонокосилки не дают траве слишком уж подняться. Разве только островки зарослей бурьяна, которые не заинтересуют даже всеядных коз.

Послышался недалекий лай собак. Бегали тут как бездомные Шарики, так и очень даже домашние, которым посчастливилось сорваться с цепи. Порой они устраивали шумные погони за велосипедистами. Бывало докучали и пешеходам. Отчего тем приходилось вооружаться палками.

Выстрел! Еще один!

Борис и сам не понял, как револьвер оказался у него в руке. Он, конечно, тренировался. Но тут оно как-то получилось само собой.

Девичий крик. Снова выстрел. Собачий лай стал яростным. Опять крик, полный ужаса, и очередной выстрел.

Это там, впереди, на спуске. Еще метров пятьдесят, и он как раз начнется. Борис побежал вперед настолько быстро, насколько вообще мог. Никаких сомнений, там сейчас творится что-то страшное.

Когда спуск наконец предстал перед его взором, он увидел, как девушка отбивается от огромного серого пса. Еще шесть собак облаивают ее, не рискуя приблизиться. Удерживая левой рукой между собой и нападающим велосипед, она в очередной раз произвела выстрел из «бульдога». И снова мимо.

Метров семьдесят. Слишком далеко. Борис сорвался с места и побежал к ней на помощь, осознавая, что скорее всего не успеет. Вот только это не повод стоять в стороне. Опять же «укусит» – это не «порвет».

Следующий выстрел, более гулкий и далекий, оказался куда результативней. Злобный лай и рык сменились визгом и скулежом, перемежаемым рычанием. Пес завертелся волчком, волоча задние ноги и пытаясь достать свинцовую блоху, впившуюся в филейную часть. Хм. А ведь, пожалуй, пуля раздробила ему таз. Только псина этого пока еще не понимает.

Остальные собаки настороженно замерли, уставившись на своего вожака и силясь понять, как им поступить. Борис наконец достаточно приблизился для уверенного выстрела. Вскинул «бульдог» и взял в прицел голову крайней собаки. Выстрел. Псина рухнула как подрубленная, не издав ни единого звука.

Для остальных это послужило сигналом к бегству, и они сорвались с места. Однако как ни стремительны они были, Борис все же успел подстрелить еще одного Шарика, пока они не скрылись за изломом подъема.

– Зачем?! – воскликнула девушка.

На этот раз одной пули оказалось недостаточно. Калибр и скорость оставляют желать лучшего, собачка же здоровая, килограммов пятьдесят живого веса. Не обращая внимания на возглас девушки, Борис выстрелил еще раз.

Следом прозвучал очередной выстрел из берданки. Все еще вертящегося на месте вожака как кувалдой приложило. Борис глянул в направлении берега. Так и есть. Дымок поднимался над ходовой рубкой «Карася», до которого было метров триста. А молодец Рыченков. Лихо управился. Причем Рудаков готов был биться об заклад, что первым выстрелом он намеренно ранил собаку, чтобы максимально обезопасить девушку от случайности. И только когда зафиксировал цель, добил окончательно.