Константин Хант – Шелортис. Часть вторая (страница 37)
Без малого добрая сотня облачённых в рваные лохмотья людей беспринципно сверлила вышедшую из башни девушку суровыми взглядами. Не мешкая ни секунды, разномастная толпа быстро окружила опешившую принцессу. Всем своим видом демонстрируя недобрые намерения, собравшиеся в зале мужчины и женщины, безмолвно шевелили губами.
Оказавшись лицом к лицу со своим народом, Эми впервые увидела их обезображенные войной за собственную свободу лица. Время нещадно отнимало их молодость и красоту, а судьба без устали подбрасывала всё новые и новые испытания, но, несмотря на всё это, гордые срединийцы не бросили свою борьбу за лучшую жизнь для собственных детей.
Тем не менее, проживая долгие годы в бесчисленных лишениях, огонь надежды в их глазах преобразился в еле тлеющие угли, которые едва ли могли разгореться вновь. На выжженных палящим солнцем лицах проступали десятки старых шрамов, а обветренные губы уже и забыли, как улыбаться.
— Ваше Выс… — выкрикнул чей-то голос из толпы, явно принадлежавший ребёнку, но не успел тот закончить свою мысль, как тут же стих, словно некто заставил его замолчать.
Пытаясь высмотреть отважного храбреца среди толпы угрюмых лиц, Эми внимательновглядывалась в каждого из присутствующих. В какой-то момент, мужчины и женщины перестали просто перешёптываться между собой, приступив смыкать свой полукруг.
Приближающаяся толпа держалась за рукояти своих подранных мечей, от клинков которых осталось лишь одно название. Сомкнув собственные ряды, обозлённые срединийцы не оставили принцессе ни единого шага на побег. Первые в рядах приблизились к Эми так близко, что их зловонное дыхание уже касалось нежной кожи её лица.
В этот самый момент у принцессы был реальный шанс сбежать обратно в башню. Спрятавшись от ужасных бандитов за массивной дверью, Эми могла на время забыть о них, но разве так поступил бы достойный правитель. Здесь и сейчас перед девушкой предстал её собственный народ, и именно на её плечах лежит обязанность обеспечить их благополучие.
— А ну-ка разошлись!!! — воскликнул Тарсонваль, появившись из-за спины принцессы, — Вы охамели совсем?! Вы как вообще стоите перед Её Высочеством! Надо на колени встать, в конце концов, это же принцесса из королевского рода Шелортисов!
Если в келье у Эми ещё было сомнение, что Руан нарочно выставляет её в качестве эдакой избалованной дамы, то сейчас они улетучивались с каждым произнесённым им словом.
— Её Высочество, пришла повелевать и править нами всеми!!! — не унимался барон Руан, вальяжно вышагивая перед столпившимися людьми.
В этот момент из-за спины принцессы вышла Хона. Потупив взгляд в пол, женщина поспешила скрыться в толпе, но её выдающийся рост едва ли ей в этом способствовал.
— Вы думаете это легко?! Принимать решения кому жить, а кому нет?! Вы думаете, вся эта роскошь и дворцы сами себя защитят?! Не смешите меня …
В голосе Тарсонваля больше не звучало ни единой доброй ноты. Каждое слово, что вылетало из его рта, было буквально напитано ядом, которым тот щедро одаривал всех желающих его услышать.
— … кончилась наша свободная жизнь, друзья! — подытожил барон, — Как и завещали легенды, принцесса вернулась, а значит извольте-с соответствовать-с …
Стоя рядом с собственным народом, Эми видела их глаза, в которых всё ещё горел огонь человечности. Под личиной изуродованных временем тел, скрывались воистину чудесные люди, чьи души всё ещё были чисты, а дух свободен. Здесь и сейчас никто из присутствующих не нуждался в пафосных речах, которыми в этот самый момент изобиловал барон.
— … и когда королева, пожелает снизойти в отхожее место … — Тарсонваль решил поднять все темы разом, но не успел.
— Спасибо, Тарс! — нарочно назвав кузена по имени, принцесса бесцеремонно прервала его.
— Да, вы правы! — демонстративно закатив глаза, барон, тяжело кряхтя, встал на колени, уперевшись руками в пол.
Тем временем реакция на происходящее была отнюдь не единообразной. Кому-то выступление Тарсонваля казалось уместным и они с ненавистью в глазах сверлили принцессу недобрыми взглядами, а кто-то вовсе отстранённо наблюдал за происходящим. Однако всех их без исключения объединяло единое чувство брошенности и покинутости в час нужды.
На мгновение в сознании Эми вспыли воспоминания об «Уокеле», что поставил на кон свою карьеру, о «Чиппере», что вовсе стал жертвой шпионских игр, защищая её жизнь. Все и каждый из её боевых соратников, хоть и не был ей другом, но в час нужды без единой тени сомнения отдал бы за неё жизнь.
Здесь и сейчас, измученному народу не нужна была королева с её этикетом и богатыми пиршествами при дворе. В этот самый час нужды, каждому из присутствующих нужен был не правитель, а соратник, который понял бы их боль, принял бы её как свою и, встав рядом, вернул бы то, что принадлежит им по праву.
— Слишком много было сказано сегодня! — обойдя склонившегося кузена, Эми подошла вплотную к расступившейся во время речи барона толпе, — Но наша жизнь не вечна и просто немыслимо тратить драгоценное время на пустые разговоры, сожаления, обиды …
Сжав кулаки, Тарсонваль упёрся ими в пол и резко поднялся с колен, при этом, не издав ни единого звука.
— Кто есть король?! — продолжала Эми, переводя взгляд с одного лица на другой, — Королева?! Принцесса?!.. Что есть корона без королевства?! Что есть королевство, без её народа?! — на секунду девушка стихла, словно давая шанс на ответ, но лишь тишина вторила её словам, и ей пришлось дать ответ самой: — НИЧЕГО!
Собравшиеся в зале мужчины и женщины замерли. Их взгляды перестали угрожающе блестеть, напротив, наполнились неподдельным интересом к происходящему, и в этот раз это чувство объединяло их всех.
— Наша жизнь это череда приобретений и лишений! — вновь заговорила Эми, — Увы, так устроен этот мир! Таков порядок с начала времён! Не мы его установили, и, к сожалению, не нам его менять!
С каждым шагом Эми всё сильнее скрывалась в толпе. Увлечённые речами принцессы люди покорно расступались перед ней, выстраиваясь в единый живой коридор.
— Однако!!! — оказавшись едва ли не в центре зала, Эми замерла, — Лишь только мы способны решать: какой отпор сможем дать судьбе. И пусть Сама Вечность решила выбросить нас всех за борт собственной истории, плевать! Лишь только от нас зависит то, каким будет наше будущее, лишь в наших силах построить его!
Искренность оратора без особого труда завладела вниманием всем присутствующих. Здесь и сейчас перед собравшимися в зале людьми выступала не королевская особа, кою из Эми активно пытался изобразить Тарсонваль, а воспылавшая в пожаре искренности соратница, разделившая общую судьбу с вольным народом.
— Вольный народ! — голос принцессы стал увереннее, а настрой заразительнее, — Волей судьбы мы собрались в этих стенах. Я боюсь представить, через что вам пришлось пройти, чтобы выжить в тех ужасных условиях, что создала для вас корона.
Стоя в кругу собравшихся людей, Эми то и дело поворачивалась, чтобы успеть посмотреть в глаза каждому присутствующему.
— Так или иначе, все мы срединийцы! — принцесса продолжала, — Все мы единый народ Срединного королевства, его сила и опора во все времена. Можем ли мы прятаться за семью замками, пока наши братья и сёстры изнывают в агонии тирании?
В толпе прокатился тревожный гул.
— Допустим ли мы произвол обезумевших от власти чужаков?! — ожидая ответа, принцесса развела руки в стороны.
Мужчины и женщины активно переглядывались между собой, словно советуясь друг с другом.
— Закроем ли мы глаза и спрячем головы в песок?! — продолжала Эми, оглядываясь по сторонам.
Принцесса бросала в толпу один вопрос за другим, тем самым распыляя пожар в сердцах людей. Энергия, с которой говорила девушка, словно ветер раздувала тлеющие угли, которые вот-вот могли вспыхнуть яростным пожаром перемен.
— Способны ли мы бросить тех, кто не успел сбежать?! — задыхаясь от эмоций, Эми задала очередной вопрос.
— НЕТ! — нарушив молчание, кто-то из толпы всё же осмелился выкрикнуть.
— НЕ СПОСОБНЫ! — вторил другой голос.
— НИ ЗА ЧТО! — выкрикнул третий.
Словно снежный ком, настроение собравшихся людей резко переменилось, и вместо испуганной толпы в этот самый момент каждому слову Эми внимали разгорячённые сердца.
— ОДНАКО!!! — рявкнул Тарсонваль.
Голос барона эхом пронёсся по углам полупустого зала, от чего все присутствующие тут же обернулись в его сторону.
— Как легко рассуждать о том, чего никогда не видел! — заполучив желаемое внимание, Руан продолжал, — Держа в руках ружьё, охотник как никто другой знает, что будет лучше для дичи! — барон усмехнулся, — А мясник, конечно же, заботится о комфорте загнанного скота!
Уперевшись спиной в дверь, ведущую в башню, Тарсонваль сопровождал свои слова по-саркастически размеренными аплодисментами.
— Вот уже десять лет … — барон сделал особенный акцент на величии времени, — … мы живы благодаря нашему холодному уму, трезвой выдержке и сплочённости!
Руан ткнул указательными пальцами в свои виски, после чего развёл руки в стороны, указав на всех.
— Её Высочество правы! — барон многозначительно затих, окинув взглядом всех внимающих его речам людей, — Если мы выступим сейчас, то не-ми-ну-е-мо … — Тарсонваль нарочно произнёс последнее слово по слогам, — … окажемся в мире куда лучшем чем этот!