Константин Гурьев – Тайна старого городища (страница 25)
— Даду-у-ут они, — протянул Кашуба, и было ясно, что он этого очень хотел бы. — Они только своим и дают. А чтобы стать «своим», надо им разные подарки возить, ну и…
— Деньги, что ли? — высказал неприличное предположение Воронов.
— Ну! — подтвердил Кашуба. — Вы в таком месте не работали, не знаете, а я-то…
— А ты, старлей, из меня слезинку-то не выдаивай, я тебе не телка. Ты лучше соображай, зачем я тебя все время стараюсь растолкать!
— Зачем? — спросил Кашуба, шагавший теперь рядом с Вороновым.
— Ты ведь и сам не дурак, соображай!
— Кое-какие соображения, конечно, имеются, но хотелось бы, так сказать, сопоставить.
— Ну, ты нахал, Кашуба! — улыбнулся Воронов. — У меня тут одна забота, одна проблема — Ирма. В одиночку мне ее не защитить, сам понимаешь. На тебя надежды мало, потому что твоего интереса тут нет, а без интереса у нас никто не работает, сам сказал. Правильно я тебя понимаю?
— Пра-а-авильно, — с нескрываемой завистью протянул Кашуба. — Вы бы к нам в следователи шли, а?
— Если жилплощадью обеспечите, рассмотрю предложение, — улыбнулся Воронов. — А пока, предлагаю так: я тебе помогаю это дело расследовать, а ты мне помогаешь Ирму защищать.
— Да как я буду ее защищать? Спецназ вызову?
— А ты нахал, точно — нахал, старлей! В начальники рвешься, чтобы самому не работать, а только вопросы задавать. И не думать.
— Зачем вы так говорите?
— А зачем нам с тобой спецназ? Мне пока достаточно просто узнавать, кто новый тут появился, например, за три последних дня, а тебе их отслеживать. Отслеживать их перемещения и интересы.
— То есть пройти по деревне и опросить?
— И пройти, и опросить, и все это отразить как розыскные мероприятия. И о результатах сообщай в район постоянно.
Кашуба пожал плечами:
— Неудобно как-то… нескромно…
— А чего тут скромничать-то? О чем? Что ты уже такого сделал? Поймал преступников? Знаешь, где они спрятали орудие преступления? Хвастать тебе нечем! Во всяком случае, в настоящий момент. Так что ты не смущайся и вообще реже думай! Твое дело — искать! Кто, ты сказал, экспертизу проводит?
— Эксперт… Забыл имя-отчество его… Да и видел-то всего второй раз.
— Ну, если позвонишь, он тебя вспомнит, расскажет?
— Вспомнит. А о чем расскажет-то? — спросил Кашуба, открывая ворота двора Овсянниковых.
— Он что тут фиксировал?
— Ну… что… протектор откатал, фото делал…
— Трупов?
— Ну да. Потом… вообще все тут фотографировал. Пули не вынимал, конечно.
— Ну, это как раз понятно: у него тут ни места подходящего, ни инструментов. Да и потом, как он их потом повезет в таком-то виде. По такой жаре повезет, если по дороге не начнут разлагаться, — согласился Воронов. — Ты позвони-ка эксперту да прояви интерес. Эксперты ведь в таких местах долго работают, всю жизнь. Начальников — и больших начальников, скажу тебе, — еще пацанами помнят, и при случае могут поговорить по-свойски. Так что имей в виду.
— Так, может, я… того…
— А ты не срывайся с места всякий раз, как мысль пришла в голову. Ты старайся мыслить стратегически.
— Это как?
— А так: ты сейчас что эксперту скажешь? Мол, отчитайся-ка ты передо мной. Так? Так. Потому что сказать тебе больше нечего. А вот сейчас мы с тобой тут осмотримся, и тогда ты стратегически точно начнешь.
— Стратегически? — недоверчиво ухмыльнулся Кашуба.
— Именно. Начнешь по-взрослому. Дескать, Иван Иваныч, продолжаю я тут следствие своими силами. Выявил и допросил важную свидетельницу и по ее показаниям провожу проверку. Пока, мол, осматривал я место происшествия, появились соображения. Так что, дорогой Иван Иваныч, расскажи-ка, что ты по пулям выяснил? Понимаешь?
— Понимаю, — снова восхитился Кашуба. — Да тут-то мы ничего больше не найдем.
Воронову хотелось как можно скорее остаться одному, но и сразу отпускать участкового было рискованно. Мог вернуться в самый неподходящий момент.
Поэтому возразил:
— Давай-давай, не манкируй. И потом, я тут без тебя как без рук. Я ведь только и помню, где они лежали, да и то неточно. Рассказывай.
Кашуба рассказывал умело, точно, достаточно нудно вдаваясь в детали.
Подошли к дому, и Воронов не заметил никаких признаков опечатывания.
— А опечатывать почему не стали? Вдруг кто возвращался?
Кашуба будто споткнулся на бегу:
— Да я-то что! Я говорил, а он, мол, какой дурак сюда еще раз полезет.
— Майор?
— Ну да! Что я — буду с ним спорить?
— Ну, зачем тебе с ним спорить…Ты сейчас гляди внимательно, может, с той поры что-то изменилось?
— Как это — изменилось?
— Ну, лежало вот так, а теперь лежит эдак. Смотри внимательно. У тебя память молодая еще. Начнем с того места, где, ты говоришь, все было раскидано, — предложил Воронов.
В комнате, где они уже были вместе с Ирмой, платяной шкаф все так же стоял на своем месте. Трехстворчатый шкаф, которого было вполне достаточно для семьи из двух человек.
Две створки — отделение для верхней одежды. Одежда там так и висела, но с верхней полки были сброшены коробки, в которых хранились, видимо, какие-то мелочи, а может быть, и обувь. Внизу, под одеждой, тоже было пусто, и содержимое валялось в общей куче.
— Вот куда это все потом? — спросил Кашуба. — Выбрасывать жалко. Может, людям раздать.
— Ну, это потом в рабочем порядке… — не задумываясь, ответил Воронов, увлеченно рассматривая то, что было за третьей створкой.
За третьей створкой находилось несколько полок и ящиков, которые, как правило, предназначались для белья и иных мелочей вроде чулок, носков и прочей мелочи.
Сейчас там была пустота, а все, что прежде там лежало, валялось на полу.
— Ты понял, Кашуба? — спросил Воронов, уже предвидя ответ.
— Нет, — не обманул его ожидания участковый.
— Вот смотри: шкаф как таковой должен быть совершенно равнозначен для поиска, верно?
— Не понял, — признался старлей.
— Ну, если ты
— Ну да…
— А тут — обрати внимание — одежда чуть-чуть тронута, скорее, для проформы, а полки и ящики чуть не с корнем вывернуты!
— Точно, — подтвердил Кашуба. — Так, значит, тут что-то лежало, важное для убийцы?
Воронов кивнул головой.
— Так, ну а еще где они наследили?
— Да, больше почти нигде, — оглянулся по сторонам Кашуба.
— Ну, давай по избе пройдемся, посмотрим.