Константин Фрес – Жена-беглянка. Ребенок для попаданки (страница 93)
Рядом со мной был мой верный брат Стир, с которым и бедствовать не страшно, моя старая Марта, и, конечно, Робер.
Он подал мне руку и помог выйти из экипажа.
Он накинул на мои плечи накидку, подбитую огненными лисами, и провел скорее в ратушу, в зал, что был отведен для гуляний состоятельных людей и знати.
А Лисий Хвост, Гийом с Мартой и Стиром сопроводили детей вслед за мной и Робером.
Ох, сколько же взглядов я ловила на себе!
Взглядов, полных зависти, изумления и восхищения.
Да, Ивар был прав — это платье привлечет ко мне всеобщее внимание! Так и случилось.
И внимание короля я получила тоже.
Заиграла музыка — думаю, мы поспели к третьему или четвертому танцу.
Я уж было хотела обвить руками шею Робера, но он вдруг с поклоном отступил, и мою руку взял человек в изумрудно-синем одеянии, переливающемся, как оперение колибри.
На голове его была круглая шапочка с павлиньим пером, на лице – красивая цветная полумаска.
— Ваше Величество! — изумленно воскликнула я, когда король повел меня в танец.
— Графиня Рубин, моя дорогая, изумительная, прекрасная графиня Рубин! — произнес он, чинно удерживая мою руку.
Ага, сердится.
По-моему, даже танец сменили, с более веселого, быстрого, на более чинный. Плавный и неторопливый.
— Я даже и представить не мог, что вы окажетесь настолько жадной!
— Жадной, Ваше Величество? — беспечно рассмеялась я.
Это смех дался мне тяжело.
Потому что я видела — король зол.
Он с трудом сдерживается, чтоб не влепить мне пощечину.
И глаза его злы.
— Я рассчитывал на подарки от вашего небольшого предприятия, — произнес король, заложив руку за спину и кружа меня в танце. — И что же? Ни камешка! Как будто я много прошу…
— О, Ваше Величество!
— А вам идут рубины. Господи, это так красиво. В жизни не видывал красивее беременной женщины, чем вы. Этот алый цвет — он подобран с невероятной любовью. Видит бог, я почти хочу вас. Вы невероятно соблазнительны в этом цвете.
А подобран он Иваром.
Ивар знал, на что клюнет король.
…с невероятной любовью?!
— Так что там ваш прииск? Не приносит больше?
Я тяжело вздохнула.
— Приносит, Ваше Величество. Но…
— Но? — с готовностью подхватил король.
— Но я скорее позволю отрубить себе руку, чем преподнесу вам эту дешевую безделицу.
Я остановилась посреди танца.
Вывернула свою руку из руки короля.
И у него прямо перед носом открыла шкатулку, где лежал невероятный рубин.
Король всех Рубинов.
Камень с кулак величиной.
Его я выпросила у земли, стоя на холодной мерзлой траве босиком, долго, на глинистой почве на берегу ручья.
Только когда камень до боли надавил мне в ступню острой вершиной, я перестала просить.
В глазах короля отразилось рубиновое сияние.
— Это… стекляшка? Страз? — произнес король, как зачарованный.
— Да что вы! — возмутилась я. — Это Король Рубинов! Настоящий!
— В чем же тогда дело? — терпеливо осведомился король.
— Дело в Блестящих и в их оценщике, — ответила я, сунув под нос королю свое кольцо. — Красиво?
— Великолепно! — подтвердил король.
— Я знаю. И королеву можно порадовать.
— Но?..
— Но по оценке этих господ, — ядовито ответила я, — это кольцо со стекляшкой. Проще его зарыть обратно в землю. Ваше Величество! Ах, вы можете гневаться на меня. Прикажите меня наказать. Но я не могу преподнести королеве дешевку в три гроша ценой. Это неуважение. И я на это пойти не могу! Мне проще увешаться этими стекляшками, как рождественская елка, чем дарить дешевки знатным господам.
Король долго смотрел на кольцо.
На бумагу, где был описан и оценен камень из кольца.
И его глаза сделались бесцветными от гнева.
— Мерзавцы, — прошипел он, как толстый павлин при смерти, обожравшийся садовых червяков. — Подлецы. Гадюки! Впрочем, я сам виноват. Они узнали наверняка, что вы ко двору не званы, и потому решили, что с вами можно все…
— Наверное, так — смирно признала я.
— Но никто не смеет обесценивать мои сокровища!..
— Конечно, нет, — согласилась я. — Поэтому можете с меня снять все, что пожелаете. И отдать вашей королеве. Думаю, ваш оценщик сможет назвать более внятную цену.
Король с трудом перевел дух.
— Нет-нет-нет, дорогая, — слабым голосом произнес он. — Ваши украшения останутся при вас. Вы их уже носили, вы в них так хороши. Соблазнительны. Так бы и съел!
—Тогда примите новые, — я была неумолима, и Стир подбежал ко мне с ларцом по единому знаку.
Король нервно махнул рукой, и прибежал некий человек, видимо, тоже оценщик.
Он натянул лупу на глаз, но почти тотчас отпал, раскинув руки.
— Это невероятно! — шептал он. — Это лучшее! Я беру это!
— Сколько? — деловито осведомился король.
— Это подарок, — ответила я быстро. — Мои камни и король рубинов. Но оценщику Блестящих их не показывайте.
— Отрубите ему голову, — сказал король.
— О, нет! — воскликнула я.