Константин Филиппов – Маленький шаг в неизвестность (страница 27)

– Эй, парнишка, – раздался скрипучий голос, и из окна дома неподалеку высунулась седая голова, – подойди ближе. Кину мазь, обработаешь ей свои ссадины.

Взглянул я на себя и, внутренне согласившись, что надо замазать кровоточащие ссадины, подошел к дому. Из окна вылетел какой-то тюбик, и поймав его, я увидел, что на нем нет ни одной надписи.

– Не сомневайся, это то, что надо, – раздался голос старика, увидевшего, как я кручу в руках мазь. – Мажь свои царапины, а потом спущусь и помогу тебе с мотоциклом.

Ладно. Чуть пожал плечами и, выдавив на палец синей пасты, смазал ссадины. Защипало, зажгло, и кровь, на удивление быстро, прекратила идти.

– Спасибо, – поблагодарил старика, когда он вышел из дома, опираясь на тросточку. – Мазь, очень классная. Те, что продаются, ей в подметки не годятся.

– Хе-хе, – довольно рассмеялся старик. – Это со времен моей работы сохранилось. Я тогда на полигоне работал, где новые образцы техники испытывали. Кто-нибудь получит травму или рану какую, сразу вытаскивал мазь, и она помогала, как и тебе.

– Наверное, давно это было? – спросил я его, видя, как он, достав отвертку, выкручивает болты из боковой пластины мотоцикла.

– Больше двадцати лет прошло, – с грустью в голосе ответил старик, а я мысленно закатил глаза.

Только вдумайся, Никос, ты мазал себя мазью, срок действия которой истек десятилетия назад. Когда вернусь, обязательно куплю большую аптечку, и, отложив эту мысль на потом, стал внимательно слушать старика, который объяснял причину возникшей неисправности. И показывал, что надо делать, если у мотоцикла заклинит колесо.

Домой я пришел уже под вечер, и как только мать увидела меня, она немедленно закатила глаза.

– Никос! – с чувством сказала она. – На тебя одежды не напасешься. Что на этот раз случилось?

– Я упал с мотоцикла, – ответил я, обводя комнату глазами. – А где моя кружка? Она там стояла!

– Кружка? – фальшиво удивилась мать. – Я ее куда-то переставила. Так где ты упал?

– Расскажу, когда найду свою прелесть, – сказал и начал искать кружку и нашел ее возле пакета с мусором.

– Даже не представляю, как она там оказалась, – открестилась от всего мать и крайне неодобрительно стала смотреть, как я ее мою, протираю и несу обратно.

– Так что с тобой случилось?

– Это долгая история, – вздохнул в ответ, и я ее ни капли не обманывал. Ведь после того, как старик помог мне с мотоциклом, я захотел как-то отблагодарить его и в результате стал безмолвным слушателем истории всей его жизни. Обрадовавшись, что нашлись свободные уши, тот говорил до тех пор, пока не начало темнеть, и лишь тогда я смог отвязаться от одинокого старика, который загрузил и перегрузил мне мозг своими байками.

– Вот как-то так все и было, – закончил свой рассказ матери.

– Тебе надо будет туда еще раз съездить и узнать адрес, по которому он живет, – подумав, сказала мать. – Купишь и отправишь ему пакет сладостей и сбор хорошего чая. Старых людей надо уважать.

Глава 29

Мне снился сон. Яркий, красочный, полный жизни. Мы с матерью шли, держась за руки. Вокруг нас буйствовал карнавал, веселились люди. В небо взлетали разноцветные салюты, раскрашивая его всеми красками, но вдруг их сменили тучи, и все цвета куда-то пропали. Появились несколько мужчин, схватили мать и куда-то потащили. Я бросился вслед за ними, но, получив сильный удар, отлетел назад и упал.

– НЕТ! – кричу от чувства безысходности и горя, видя, как ее фигура начинает удаляться.

Наглая усмешка на лице преградившего мне путь мужчины, и вся слабость вымывается волной решимости.

– НЕ ПОЗВОЛЮ! – говорю, сжимая кулаки, и мир вокруг меня рушится и трещит. Моего противника разрывает на части. Рушатся здания, трещинами идет земля, и, увеличиваясь в размерах, я обрушиваю свой гнев на тех, кто посмел отнять у меня самое дорогое. – УМРИТЕ!

Достигнув размеров горы, я с силой опускаю ногу на тех, кто посмел посягнуть на самое дорогое, и отчетливо вижу их искривленные в ужасе лица.

– Никос, – расширенными глазами на меня смотрела мать, – что с тобой?

А я, чувствуя, как суматошно и громко колотится сердце в груди, сидел на кровати, ошалело смотря по сторонам.

– Сон приснился, – прохрипел пересохшим горлом и, поднявшись, пошел наполнять мою прелесть водой. – Плохой.

Выпив литр холодной воды, я посмотрел в окно. Раннее утро. Уже начинает светать.

– Я пойду погуляю.

– Я с тобой, – подошла и обняла меня сзади мать.

Мы оделись и пошли в парк.

– Как твои успехи в овладении техникой? – спросила Этта, когда мы дошли до середины аллеи.

– Уже лучше, – начал выкладывать ей свои достижения. – Джин меня научил одной атакующей технике, а Ханна, я про нее тебе рассказывал, она показала защитную технику. Я пытался их соединить, и вчера у меня впервые получилось. До этого я запускал серпы, а за ними защитную форму, и атака шла куда угодно. Вбок, вверх, вниз, а вот когда в мишень запустил защитную форму, потом связку серпов, то получилось круто. Изначально форма была плоская, но уже через полметра начала меняться, и в конце это был направленный в цель вращающийся конус. Мне очень понравилось. Теперь думаю о том, как вытянуть его и придать форму сверла.

– Молодец, – чуть улыбнулась мама. – Что за кошмары тебе снятся, Никос? Это ведь началось после того, как тебя избили.

– Давай оставим сны снам, – заглянул ей в глаза, – не будем тянуть их в реальную жизнь.

– Если ты так хочешь, – поморщилась Этта. – Но, может, тогда расскажешь про свою девушку.

– Про какую девушку? – вытаращился я на нее.

– Разве у тебя ее нет? – удивилась в ответ мать.

– Была Исана, но она куда-то пропала. Написала: прощай, я уезжаю.

– Ты из-за этого расстроился? – забеспокоилась мать.

– Не то чтобы расстроился, просто непонятно, даже немного обидно вначале было. Ни с того, ни с сего. Могла бы и добавить подробностей в свое сообщение. Я размышлял потом, вроде бы ее ничем не обидел, а она…

– Я понимаю, – меня погладили по голове. – Не переживай. Я думаю, она вернется и все тебе объяснит.

– Было бы хорошо, – не стал скрывать своих чувств, и мы развернулись обратно. Скоро матери надо будет идти на работу, и задерживать ее ради своего эго неправильно.

Она взяла меня за руку, мы какое-то время шли молча, а потом я вспомнил этот яркий сон и того мужика, что посмел остановить меня. Откуда-то я был абсолютно уверен, что скоро с ним встречусь, и тогда он ответит мне на все вопросы, а если посмеет солгать, то раздавлю ему голову, как гнилой огурец.

– Эй, – вернул в реальность голос Этты, – мне больно.

– Извини, – поспешил разжать хватку, – я случайно, не специально. Давай разотру ладонь, станет легче.

– Отстань. – Прилетел профилактический подзатыльник, и мама покачала головой. – Никос, Никос, хотела бы я знать, что творится в твоей голове. Можешь расскажешь?

– Нет. Со мной все хорошо.

– Здорово, малец. – сердитый мужик стоял за порогом и буравил меня хмурым взглядом.

– А вы кто? – спросил, уже готовясь выйти из тела и атаковать его.

– Я Додс’эс, – представился он. – Док сказал, что за тобой стоит присмотреть, но похоже, я опоздал. Возьми попить и пойдем. Док – это доктор Гер, а его попросил Джин. Усек? – добавил мужик, видя мой ступор.

– Да! – закивал я, немного расслабляясь. – И куда пойдем?

– Туда, где я буду учить тебя, что делать, когда морду бьют. – Он развернулся и зашагал прочь.

Пожав плечами, я быстро накинул рюкзак на плечо, кинул туда бутылку с водой и вышел из квартиры. Главное, полчаса назад мать ушла на работу, и я думал, что это она вернулась. Узелок на память надо завязать, что не стоит открывать дверь на полном расслабоне. Мой железный конь стоял в закутке возле входа. Втиснул его вчера туда кое-как, сдвинув люльку для мытья окон с ее законного места.

– Разрешение на вождение есть? – спросил поджидающий меня Додс’эс.

– Есть.

– Тогда буду ждать тебя здесь. – Он переслал на мой навигатор маршрут и сел в стоявший на тротуаре пикап.

Ехать было недалеко. И как ни странно, новый знакомый предпочел для общения промзону, а не ресторан или бар.

– В общем так, малец, – начал Додс’эс, когда я подъехал к его пикапу. – Вижу, что ты уже успел найти проблем на физиономию. Хоть док и просил за тобой присматривать, нянчиться у меня времени нету. Дам тебе гражданский парализатор и свой номер. Будут неприятности, сначала валишь всех, потом звонишь мне. Именно в такой последовательности. Усек?

– Да.

– Тогда смотри, как работает эта машинка. – Мужчина быстро распаковал на капоте машины оружие, похожее на средневековый наруч. – Крепим на руку. Чтобы замаскировать его наличие, будешь носить куртку с длинными рукавами. Спусковое кольцо выводится возле запястья. Тянешь его и надеваешь на палец. Выстрел происходит после сжатия пальца. Разжатие для перезарядки. Двадцать четыре парализующие иглы. Целься куда хочешь, кроме головы. За это наказывают жестко. Усек?

– Да.

– Лучше всего бить по ногам. Отстрелял обойму и набрал мне. Я приеду и решу все вопросы.

– Долго длится этот парализующий эффект?